Земля негодяев
Шрифт:
— Декоративные собаки сошлись в кровавой, страшной драке! — объявил в микрофон негодяй Компрессор. — В такт музыке, девочки, движемся в такт музыке! Эротичнее!
Бог знает, чем бы все это кончилось — но тут сумрачное небо за окном разорвала ослепительная вспышка молнии. Добела раскаленная проволока соединила землю и низкие тучи, пульсируя невыносимо ярким светом. Это продолжалось секунды две, не меньше, а потом в городе разом вырубилось все электричество. Когда свет вспыхнул снова, экзотичной красотки Адриадакис не было и в помине: лишь возле стойки громко рыдала пьяная Натаха, размазывая потекшую тушь.
— Конечно… Все хотят этих… Супермоделей… А что делать нам, толстым и некрасивым…
— И с маленькими сиськами-и-и… — тихонько поскуливала миниатюрная Тонечка, обнимая подругу.
Так окончилась самая гламурная за всю историю Мглы драка.
Восход солнца в горах — зрелище величественное и прекрасное, здесь же оно было еще и смертельно опасным. Шар расплавленного золота поднялся над горизонтом, заливая жгучими лучами пространство. Шуршали травы — мелкие ночные твари
Джо свалял грандиозного дурака, но понял это, как водится, уже после. Какого черта он вообще подобрал этот проклятый револьвер, не говоря уж о выстреле, что прикончил его двойника? «Добил. Я его только добил, — в сотый, наверное, раз повторил себе Джо. — Он все равно уже был покойником». В тот момент это почему-то казалось единственно правильным решением… А теперь даже полный идиот догадается, что кроме этих двух на месте преступления был кто-то третий! Смертоносная машинка оттягивала внутренний карман потертого кожаного жилета, не далее как нынешней ночью принадлежавшего Ловкачу Майку. Нет худа без добра: одежда юного контрабандиста подходила для путешествий куда лучше, чем выданные герцоговым телохранителем шмотки.
Джо напряженно размышлял. Положение, в котором он очутился, радовало не слишком, однако… Сейчас, наверное, впервые на памяти Джо, никто не указывал ему, куда идти и что делать. Ни мать, ни закон, ни злобный шериф Гаргулов, ни профессиональный душегуб Танто, ни сволочь Майк… Сейчас выбирал он сам — и полностью зависел от результатов выбора. Мысль о возвращении в Аристопал Джо отбросил сразу. Он очень сильно сомневался в том, что получит хоть какую-то награду — даже если герцог поверит в историю с двойником. Оставаться в Джеппе также не стоило: судя по всему, Майк Ловкач насолил здесь слишком многим. Существовала большая вероятность того, что расправу над Джо учинят раньше, чем весть о смерти двойника дойдет до всех заинтересованных сторон. Положение казалось безвыходным. В такой ситуации единственно правильным было сделать то, что намеревался Майк: исчезнуть на более-менее длительный срок. К сожалению, Джо не имел даже приблизительного представления о том, в какую сторону направить свой путь. Эти несколько часов он полагался на инстинкт лошадок. Мохнатые зверушки довольно бодро удалялись от Джеппы, но рассчитывать на то, что животные приведут его к другому городу, все-таки не следовало.
Так и не придя к какому-либо решению, юноша полез в седельные сумки. Остановившись на привал, он предусмотрительно снял их с лошадей: Джо помнил, что именно таким образом поступали герои любимых им вестернов. Содержимое сумок оказалось весьма интересным. В одной лежала пара гранат-лимонок — с вкрученными запалами. Еще там нашлись здоровенная фляга и туго набитый провизией полотняный мешок. Нарезанное тонкими полосками мясо, фрукты и овощи местное солнце очень быстро лишило последней капли влаги, превратив в замечательный дорожный припас. Вторая сумка была доверху нагружена черными липкими комками, завернутыми в широкие листья. Густой специфический аромат не оставлял сомнений: Джо уже довелось познакомиться с опиумом-сырцом. В третьей были патроны, в четвертой — разные необходимые в походе вещи вроде котелка, небольшого топорика, запасного брезентового тента и тому подобных вещей. Задумчиво разглядывая груду вынутых предметов, Джо сунул руки в карманы — и вдруг пальцы его нащупали сложенную вчетверо бумагу. Юноша достал ее, развернул и прочитал, потом перечел еще раз. Губы его тронула неуверенная ухмылка.
«Здравствуй, мелкая сволочь! Что-то давненько тебя не видать в наших краях, — так начиналось послание. — А это напрасно! Упускаешь свой шанс, Ловкач. У нас тут творятся интересные дела, наступает новое время — если ты понимаешь, что я имею в виду. Атаман Бузина давно ворчит, что конкуренты засели у него костью в горле. Хочет наладить постоянные каналы. Короче, ты понял. Больше я ничего писать не буду, коли не дурак, сам догадаешься. Тебе придется выбирать, Майки, с нами ты или нет. Пришло время как следует шевельнуть мозгой. Коли надумаешь, милости просим назад в нашу славную компашку. На старое место не ходи — мне тут чирикнула одна птичка, там нынче для здоровья не шибко полезно. Бузина велел оборудовать новое убежище, аккурат на полпути к Джеппе. А вот тебе рисуночек, чтобы не заплутал ненароком. Там всегда обретается кто-то из наших. За пушку тока не хватайся по дурости, не то как раз пилюлю в брюхо схлопочешь, понял? Мы нынче нервные».
Большую часть письма занимала схема — очень подробная, с указанием маршрута и многочисленными примечаниями вроде: «Тропка выводит прямо к ущелью. Местечко для засады — блеск! А ты лучше по бровке дуй».
В самом низу листа была приписка, уже другим почерком — крупными корявыми буквами: «Майки, кончай строить из себя крутого и тащи свою жопу ко мне. Дел невпроворот». Неуловимый Джо перечитал послание в третий раз и глубоко задумался. Таинственные намеки автора казались поначалу китайской грамотой, но чем дольше он размышлял, тем яснее вырисовывалась картинка. Майк ничего не скрывал от напарника — какой смысл утаивать что-то от человека, которого все равно собираешься самое ближайшее время пустить в расход? Джо знал, что между торговцами незаконным товаром царит жестокая конкуренция. Не привязанные к
конкретному городу и привыкшие решать большинство проблем при помощи оружия, контрабандисты частенько устраивали друг другу засады; а перестрелка была самым обычным способом выяснения отношений промеж «вольных торговцев». Похоже, бывшие приятели Майка решили взять весь бизнес в свои руки и избавиться от конкуренции, они предлагали ему действовать сообща. Но случайно ли Ловкач забыл такое важное послание в кармане жилета — жилета, в который, сложись все иначе, был бы облачен его, Джо, труп? Возможно, у Майка имелись некие планы относительно бывших товарищей… Как бы там ни было, теперь у юноши появилась еще одна возможность: следуя нарисованной карте, найти приятелей своего двойника и примкнуть к их шайке. Гм, ну что ж… Он снова глянул в письмо. Если две вершины на рисунке, чем-то похожие на кошачьи уши, — это во-он те скалы, то… Похоже, он все время шел в верном направлении. Должно быть, лошадкам не впервой проделывать этот путь. Интересно, как они находят дорогу? Не зрением, уж точно! Может, нюхом? Джо отхлебнул из фляги, покосился в сторону животных. Мохнатые создания меланхолично пощипывали сухую травку. «Надо бы напоить их, — подумал он, — судя по карте, где-то впереди должен быть ручей… Проклятье, я ведь понятия не имею, как за ними ухаживать! Ну и ладно. В конце концов, все как-то само утрясается, вот шериф, например… — При воспоминании о Гаргулове физиономия Неуловимого Джо расплылась в ехидной ухмылке. — Любопытно, что будет делать бывший мент в этом новом для него мире? Да то же самое, спорю на что угодно. Мент — он всегда и всюду мент!»…И все-таки тропка здесь была — неявная, почти невидимая, приходилось как следует вглядываться в окружающий ландшафт, чтобы заметить ее. Она пряталась в заросших колючим кустарником ложбинах, застенчиво скользила в тени невысоких скал, изо всех сил старалась не попадаться на глаза — словно пятиклассница, оказавшаяся волей судьбы в компании прожженных зэков. Поначалу низкое солнце слепило даже сквозь плотную вуаль, так что Джо надвинул шляпу на самый нос. Горный воздух обманчив: расстояние, преодолеть которое казалось делом пары часов, отняло больше полудня. Несколько раз попадались русла пересохших ручьев — берега их заросли густой травой, еще не успевшей высохнуть. В одном из таких мест лошадки заупрямились, и начинающему контрабандисту пришлось потратить немало сил, чтобы заставить их продолжить путь. С проклятиями пришпоривая мохнатые бока, Джо почти не обратил внимания на неглубокую яму посреди русла — лишь отметил, что грунт там несколько темнее, стало быть, влага близко к поверхности земли. Вопросы, которые сразу пришли бы на ум любому мало-мальски опытному контрабандисту — кто и когда здесь копал, пытаясь добраться до воды, — ничуть не встревожили беспечного путника. Он думал лишь о том, когда наконец приблизится лукаво маячившая вдали полоса темной зелени — по схеме выходило, что там должна протекать речка. «Здеся вниз по течению, до кактусов. Перейдешь вброд», — гласила инструкция. Неведомый автор письма не соврал. Река оказалась мелкой, быстрой и дьявольски холодной — ее питали сползающие с вершин ледники. Лошади, почуяв воду, перешли на бодрую рысь. Неуловимый Джо трясся и подпрыгивал, проклиная излишне ретивую скотинку. После дня, проведенного в седле, его ягодицы, казалось, превратились в один большой синяк…
Очень хотелось окунуться. К сожалению, сделать это днем не было возможности — росшие по берегам деревца давали слишком жидкую тень. Приходилось терпеть и жару, и несвежую одежду. Крепкий запах лошадиного пота пропитал, казалось, все окрестности. Идти вдоль берега становилось все трудней. Колючий травяной сухостой коварно скрывал поваленные деревья и камни. Навалилась тяжкая дрема — он гнал сон слишком долго, и теперь наступала реакция. Наконец впереди замаячила небольшая прогалина. Зевая во весь рот, Джо расседлал лошадей и привязал их к ближайшему дереву. Потом установил солнцезащитный тент, привычно уже прикинув, в какую сторону будет ползти тень, лег — и моментально отрубился, даже не успев снять сапоги и шляпу.
Проснулся он утром, в пятне яркого солнечного света. Едва этот факт дошел до его сознания, Джо с ужасом вскочил. Спустя секунду пришло облегчение: вся одежда, включая перчатки, была на нем: жгучие лучи так и не коснулись кожи. На будущее Джо сделал себе пометку: всегда помнить о том, что утреннее солнце может застать врасплох. Он даже рискнул раздеться и искупаться в тени невысокого утеса, потом наполнил водой котелок и разживил костер. После завтрака Джо по одной завел в реку лошадок и вымыл их — неумело, но старательно, так что ядреный запах пота поубавил свою интенсивность. Густая шерсть животных высохла на удивление быстро. Не без труда разобравшись в сбруе, Джо оседлал лошадей и двинулся в путь. Таинственная пометка «до кактусов» вскоре стала понятной: на противоположном берегу возвышался настоящий лес колючих гигантов. Некоторые достигали десятка, если не больше, метров в высоту. Река здесь была совсем мелкой, с песчаным дном. Они переправились на тот берег и углубились в хаос каменных глыб. Солнце, вода и ветер хорошо потрудились, изваяв причудливой формы скалы, и вновь зоркий глаз Джо приметил еле заметную тропку, петляющую меж абстрактных скульптур матери-природы.
Неведомый составитель карты называл это место коротко, но емко: Плато Каменных Демонов. Несмотря на яркий солнечный свет, идти было неуютно: все время чудился чей-то взгляд — пристальный и липкий, словно смола. В конце концов, чтобы успокоить себя, Джо достал револьвер: полированная деревянная рукоять легла в ладонь приятной тяжестью. Гранитные исполины становились все выше и выше; вскоре Джо осознал, что идет по дну глубокого ущелья. Каждый звук отдавался раскатистым эхом, но теперь юноше и в голову не приходило выкрикнуть какую-нибудь глупость. Одинокое путешествие сделало его куда более серьезным, чем раньше, — хотя дело было не только в этом… Все события теперь делились на «до выстрела» и «после выстрела».