Чтение онлайн

— Привал, значит привал, — Я спрыгнула с Рохша, отпуская шалша «мышковать». Хотя, конечно вряд ли он здесь что-нибудь найдет. Ну да его с утра хорошо накормили.

А дальше… дальше нужно готовить тот самый обед, ради которого этот привал устраивался. Намекнуть Нэри? Или, проще перекусить у солдат?

— О чем задумалась? — Эр насмешливо осмотрел мою застывшую фигуру.

— Решает сложнейшую задачу, — усмехнулся в ответ Шали, — Кому доверить кашеварить.

Тэ! Он же обещал не рассказывать, о чем я думаю!

— Ша! — зло шиплю, но пока я подбираю слова, Ачи робко спрашивает:

— Госпожа

Ну и как тут сердиться?

— Хорошо, малыш, — устало вздыхаю и, бросив на телепата обиженный взгляд, отправляюсь к Элиси. Может, ему какая помощь нужна?

Подойдя к эльф, перехожу на магическое зрение и заворожено останавливаюсь. Бледно-розовые нити легко вытекают из ладоней эльфа, заставляя расплываться синяки и срастаться кости. Последние, кстати, уже заботливо выправлены. Хм, ну да, исцеление Эль, по сути же, просто ускорение естественной регенерации, быть может, слегка управляемой, так, что шрамов и прочих неприятностей не остается. Но, все же, если, прежде чем воспользоваться магией жизни не задать костям правильное направление, магией или руками, — результат будет очень сомнительный.

А Шали остался возле костров что-то обсуждать с Нэритом. Мог бы и извиниться! А впрочем, ладно. Может, он и прав: я бы ещё этин решала.

Надеюсь, у них с Нэри сложатся нормальные отношения…. Если Эр на них вообще способен. Впрочем, ко мне он, вроде, нормально относится….

— Как сложилось путешествие? Не было проблем? — спросил телепат, сидящий на земле с наветренной стороны от костров. Чуткий нос полузмеелюда раздражали запахи дыма и готовящейся еды.

— Смеёшься? — усмехнулся в ответ вампир, — Разве с этой сумасшедшей девчонкой можно хоть несколько часов проехать без приключений?

По ложбине прокатился шипящий смех.

— О да, это чудо способно выискать себе неприятности там, где другой ничего не найдет!

Впрочем, эти бессмысленные слова были лишь прикрытием другого разговора. Который никто не мог подслушать… кроме разве Айаны и Элсиитэля. Впрочем, они сейчас были слишком увлечены лечением.

— «Вот и встретились, Нэрит, — растерянно прозвучала мыслеречь Ша, — Она же действительно вытащила тебя из больших неприятностей, Эр-таан. Пусть и не до конца».

Последней фразой телепат намекнул на не исцеленную рану от эсиэльде. А предыдущей на свое знание, что Эр вовсе не человек.

— «Значит, тебе она доверяет на столько, что готова вручить и чужие тайны?», — недовольно откликнулся вампир.

— «Не сердись на неё, Эр-таан. И не стоит придумывать, как меня уничтожить. В голове у нашей юной подруги такой хаос, что и я не всегда могу в нем разобраться. Но злиться на Ян за то, что она думает о тебе как о вампире…», — телепат не стал добавлять неприятных эпитетов. Все было ясно и без них.

— Верно, — кивнул Нэри, мягко улыбаясь.

— «Ну, допустим, почему мне не следует обижаться на эту забавную девчонку, я понял. А вот зачем оставлять тебе жизнь?»

— Надеюсь, хоть ничего действительно опасного не было? — в голосе телепата мелькнула нотка сомнения.

— «Хм, ну если тебя не заботит, что Ян расстроится, когда узнает? Право же, а какая польза тебе в моей смерти, Эр-таан? Она достаточно связала нас, чтоб мы могли в определенных

— Не скажу, чтоб это было действительно безопасно, Ша. Хотя серьезных проблем избежать, все же, удалось. Надеюсь, так будет и в дальнейшем, — голос вампир чуть поднялся, словно угрожая будущим неприятностям.

— «Связываться с потомком юань-ти не безопасная затея. И, хотя тебе я смогу доверить больше, чем любому другому из твоего народа, я не собираюсь возвращаться домой в компании потрошителя мозгов. Слишком… недальновидно. И уж тем более, тебе не стоит рассчитывать на теплый прием на плато Смерти».

— Ну, конечно это было бы здорово, но получится ли усмирить это чудо? — телепат с явным сомнением склонил голову.

— «Я вовсе не стремлюсь туда, Эр-таан. Боюсь, я провожу вас лишь до Великой. Хочу проверить кое-что ещё в северной Ассиде. Вот только не знаю, как сказать об этом Ян так, чтоб она не решила остаться вместе со мной».

— Да, Ян и впрямь несносна. Но, надеюсь, мне удастся на неё воздействовать, — Нэрит ехидно усмехнулся.

— «Не нравится её компания?»

— Ну, если это получится. Надеюсь, ты сможешь о ней позаботиться, — в змеиных глазах блеснула мольба.

— «Ей не место в здешней мясорубке. Она уже надломлена. И, если надавить, прежде чем выступивший через трещину сок застынет над изломом, подобно панцирю. Она… она сломается. Этого я не хочу, Эр-таан. Позаботься о ней. Все же, она спасла тебя».

— Конечно, Шали…. Знаешь, думаю, она права, что считает тебя братом, — впрочем улыбка вампира в этот миг демонстрировала насмешку и угрозу.

— «Не только, Ша. Не только. Да, я присмотрю за ней. Об этом можешь не волноваться…. О своей жизни тоже… пока».

Золотые лучи разбивались о стянутые в тугой хвост черные локоны сильфа, легкий ветерок колыхал свободные пряди. Ачи внимательно следил за похлебкой, иногда помешивая или подкидывая в костер новые пластины. Кожа на изящных ладонях тогда чуть розовела от жара, он через несколько мигов, вновь становилась снежно-белой.

Вдруг юный сильф чуть вздрогнул, пронзительно-синие глаза заметались, выискивая что-то. А ещё через миг рядом с ним появилась фигура второго сильфа. Затянутый в черный шелк, с коротко и чуть неровно обрезанными волосами и темными до черноты глазами. Запястье, словно браслетом, было охвачено прядью волос. Той самой, которую несколько часов назад Ачи срезал с его виска в знак прощения.

— Не бойся дитя, — улыбнулся Асиль, садясь на землю, возле костра, — К чему страх?

— Разве он… напрасен? — скрывая дрожь, юноша протянул руку, чтоб вновь помешать похлебку.

— От чего он? Мы служим одной госпоже. И, пока ты не прогневишь её, тебе нет причин бояться, — древнейший недоуменно повел плечами.

— Хочешь сказать, что смиришь свою ненависть, пока мое здоровье волнует госпожу? — наконец успокоившись, Ачи повернулся к собеседнику, заглядывая в темно-синие глаза с редкими проблесками звезд.

— За что мне ненавидеть тебя, дитя? — искренне удивился древнейший.

— Разве не все изгнанные ненавидят оставшихся? — тонкие, но удивительно правильной формы брови приподнялись над синими глазами.