Зэками не рождаются
Шрифт:
— Ах ты гнида, сволочь очкастая, — прошипел второй парень со слегка приплюснутым носом на одутловатом лице. Был он широк в плечах и с виду неуклюж. Он резко дернул дверцу на себя и схватил водителя за грудки, пытаясь вышвырнуть его из машины, но тот молчаливо сопротивлялся. Тогда парень с узким разрезом глаз молниеносно вытащил из кармана пистолет с глушителем и в упор выстрелил в водителя. Обмякшее тело тут же вышвырнули из машины, на всякий случай выстрелили в сторону постовых милиционеров. Запрыгнув в машину, бандиты быстро завели ее. В считанные секунды «жигуленок» развил бешеную скорость.
Все произошло так
Но «жигуленок» оторвался слишком на большое расстояние, чтобы можно было настигнуть его. К тому же он исчез из вида.
— Куда ехать? За кем?! — возмущенно спросил таксист.
Старшина задумался. Из города было несколько выездов: в сторону аэропорта, ипподрома и по направлению к морю.
— На побережье! — скомандовал старшина, предполагавший, что налетчики попытаются выбраться в соседние южные республики, а там поминай как их звали. Там все будет шито-крыто. С концами.
Интуиция не подвела старшину. Через несколько десятков минут бешеной езды они увидели вдали какую-то вишневую автомашину. Водитель до конца выжал скорость, но расстояние между машинами не сокращалось; видимо, у «жигуленка» шестой модели был форсированный двигатель.
«Упустили, — подумал старшина, — явно упустили».
— Что делать? — недоуменно спросил он у таксиста, с таким азартом гнавшего свой драндулет, что автомашина дребезжала и готова была разлететься на куски. Водитель, казалось, был в упоении от бешеной гонки. «Ну и лихач, может, нагоним?» — с надежной подумал постовой.
И, о чудо! То ли от встречного потока автомашин на развилке, где «жигуленок» вынужден был, видимо, сбавить скорость, то ли от усердия таксиста, но расстояние метр за метром стало сокращаться.
— Пора, — с облегчением и надеждой подумал старшина и вытащил свой «ТЭТЭшник». Он прицельно несколько раз шарахнул по колесам, но, видимо, пули не достигли цели.
Тогда он решил стрелять непосредственно по автомашине.
Словно угадав замысел милиционера и желая упредить его, из заднего левого окна высунулась рука с автоматом «Узи», который тут же «изрыгнул» целый рой пуль, одна из которых пробила стекло водителя, вторая пролетела над его головой. Водитель тут же мгновенно отреагировал и резко нажал на тормоза, которые жалобно завизжали, а старшина моментально юркнул под «перчаточник» салона.
— Ну что? — проговорил побелевший водитель, правый глаз которого задергался. — Допрыгался?! Я лично пас! Никуда не поеду!
— Надо, Федя, надо, — проговорил просительным голосом старшина, пришедший в себя. — Хотя бы на хвост им сядем, нельзя их упускать.
— Что? — вызверился на него таксист. — Пошел ты на…
— Ну, пожалуйста, — продолжал клянчить старшина.
— Доверяю эту миссию вам, милейший Шерлок Холмс! Можете ехать! А я пас, понятно?! — и резко хлопнув дверью, вышел из кабины. Вытащив пачку сигарет, он торопливо и жадно шкурил. Его всего трясло.
Глава шестая
Вконец измотанный от бесконечных и
бесплодных поисков работы, от постоянных отказов, Виктор в сердцах плюнул на свои мытарства и решил хоть немного подзаработать денег на «товарном дворе». От бывалых пройдошливых ребят, временных коллег по несчастью, или «калек», как их называли в шутливой форме, Виктор разведал, что-де, мол, на товарной станции можно прилично подзаработать на погрузочно-разгрузочных работах и даже справку взять от работодателя «для отмазки» от милиции.«Товарным двором» оказалась огромная площадь железнодорожной станции «Бега», куда прибывало бесчисленное множество вагонов из разных концов света, до отказа загруженных разным товаром: картофелем, луком в сетках, сахарным песком в мешках, огромными ящиками отечественных и зарубежных конфет, печенья, импортных сигарет, изысканного вина, деликатесных колбас и т. д. В общем, сплошное изобилие'. Ешь и пей — не хочу! Но не для простого смертного грузчика, если, конечно, он не смог изловчиться и «стибрить» немного «для сэбэ», чтобы хоть как-то утолить свою хроническую алкогольную жажду или избавиться от коликов изголодавшейся требухи. Такое действо было в порядке вещей, и администрация обычно закрывала на это свои понятливые очи.
Пылища здесь стояла столбом, и грязь на товарном дворе была неимоверная. Все куда-то бежали, суетились, орали, матюкались.
Словом, гвалт и шум от криков, скрипа, визга, урчания и грохота погрузочно-разгрузочных механизмов, грузовых автомашин и снующих в разные стороны локомотивов с составами стоял неимоверный.
Были здесь и другие составы, целые эшелоны с платформами, груженные углем, песком, лесом и т. д.
Прибывало сюда и всевозможное оборудование: станки, машины, тракторы, металлические конструкции и т. д.
В общем, богатое здесь было место, настоящая находка для всякого рода мелкой шушеры, проходимцев и авантюристов, желающих поживиться на халяву или за счет всевозможных афер и комбинаций, а для мелких воришек здесь был сущий рай — «бери не хочу».
Тут при желании всегда можно было упереть мешок-другой картошки, лука или яблок, а то и коробку конфет или печенья, а если особо подфартит, то и чего-нибудь посущественнее «вертануть» [19] . Но в основном приходили сюда бичи, чтобы подзаработать на выгрузке вагонов немного деньжат после буйного пьяного загула, словом, «сбить шабашку», ну и соответственно, по ходу пьесы, прикарманить что-нибудь или слямзить, что плохо лежит.
19
«Вертануть» — украсть.
Наведывались иногда сюда и фартовые, находившиеся в бегах от закона, чтобы урвать чего-нибудь и потопать подальше в поисках удачи. У них была здесь вынужденная посадка.
На задворках товарного двора сидела эта голытьба, словно стаи воробьев, и как только подъезжала какая-нибудь легковушка, вся орава тут же соскакивала с насиженных мест и стремглав устремлялась к клиентам, предлагая свои услуги в качестве грузчиков, столяров, маляров, бетонщиков и т. д., так как приходили сюда зачастую обыватели, чтобы найти дешевую рабсилу для строительства или ремонта домов и прочих работ, но в основном здесь, конечно, котировались грузали.