Чтение онлайн

Мои колени протестуют, но рычание, которое он издает, как только я обхватываю его губами, стоит того. Вода попадает мне в глаза, и я с трудом дышу, но медленно заталкиваю его себе в горло.

— Блять. Блять.

Это единственное слово, которое он знает, пока я сосу его, постанывая по всей его толстой длине. Я держу одну руку обернутой вокруг его бедра для равновесия, в то время как другая тянется вверх, чтобы накачать остальную часть его члена, до которой мой рот не может дотянуться.

Аромат Винсента никогда не был таким насыщенным.

Он наполняет комнату и, усиливаемый паром из душа, ощущается повсюду.

Я не останавливаюсь только на его длине. Отпуская его, я наклоняю голову, чтобы пососать его яйца, накачивая его член, уделяя каждому из них то внимание, которого они заслуживают.

Когда я облизываю его мешочек и возвращаюсь по всей длине, он рычит и запускает пальцы в мои волосы, заставляя меня остановиться.

— Я долго не протяну, если ты будешь продолжать в том же духе, — предупреждает он меня.

Я ухмыляюсь.

Хорошо.

Я уже несколько недель хотела посмотреть, как он развалится на части.

Я могу встретиться с ним взглядом всего на секунду, прежде чем капли воды закрывают мне обзор.

— Кончай мне на лицо, Альфа, — бормочу я, накачивая его и высовывая язык.

Он рычит так громко, что я уверена, это слышат соседи. Он размазывает свою сперму по моему лицу, его струйки попадают мне на лицо, шею и грудь.

После этого он тщательно моет меня, затем балует, пока я не засыпаю в его объятиях, мы оба завернуты в мои одеяла.

В ту ночь я спала спокойно.

31

СКАЙЛАР

Я не знала, что пресс-конференция состоится всего через два дня после того, как Винсент рассказал мне об этом.

Утром я в панике.

Я пекла накануне вечером от стресса. Возможно, это не лучшая идея — приходить с выпечкой, но я все равно упаковала отдельные коробки для людей.

Уместно ли дарить начальнику полиции коробку макарон? Вероятно, нет.

Но это не повредит.

Тэмми предлагает отвезти меня туда и приподнимает бровь при виде множества печенья на моем кухонном столе. В углу есть специальная порция, которую я приготовила специально для Лэндона, Ривера и Винсента, но они останутся.

— Нервничаешь? — Со знанием дела спрашивает меня Тэмми.

— Совсем чуть-чуть.

Я в ужасе, что все испорчу.

Тэмми присоединяется ко мне на кухне и подходит к духовке. — Что здесь? — спрашивает она.

— Брауни с арахисовым маслом и ирисками в шоколаде, — выпаливаю я. — Новый рецепт.

— И когда ты придумала этот рецепт?

— Утром.

— Ммм. Во сколько сегодня утром?

— Это не важно, — говорю я слишком быстро.

— А. Так, может быть, в три часа ночи? — Спрашивает Тэмми, поворачиваясь ко мне. — Это кажется точным?

Я фыркаю и отвожу взгляд. — Я не хочу все испортить, — бормочу я, не имея в виду печенье. — Я не знаю, что я делаю.

— Конечно, знаешь. Ты и раньше бывала на пресс-конференциях, — мягко говорит Тэмми. — Парни сказали тебе, чего от тебя ожидают?

Я почти улыбаюсь, когда она упоминает

Лэндона, Винсента и Ривера как парней. — Я могу сказать столько, сколько захочу, — говорю я ей. — Я могу рассказать о своем опыте, об Эйприл или о чем-нибудь еще. Но я, по сути, лицо Омеги, которая прошла через это.

Тэмми кивает, ее взгляд смягчается. — Разговор о том, что с тобой случилось, даже если он будет кратким, откроет людям глаза. Тебе достаточно просто быть там, наверху.

— Я знаю это, — выдыхаю я, прислоняясь к стойке и закрывая лицо руками. — Объективно, я знаю. Но почему мне кажется, что мир разваливается на части?

— Потому что твой мир действительно развалился на части. И теперь ты решаешь разделить это с другими.

— Черт, — стону я. — Это было не очень полезно.

— Может, и нет, но это было честно, милая, — радостно говорит Тэмми, подходя ко мне и поглаживая мою спину. — Это будет тяжело. Но это будет не самое сложное, через что ты когда-либо проходила. Ни в коем случае.

Я вздыхаю и поворачиваюсь к ней. — Я знаю, — бормочу я, и она заключает меня в объятия.

— Я так горжусь тобой, — говорит она, крепко обнимая меня. — По многим причинам.

Мое сердце болит от ее безусловной любви.

— Они найдут ее, — говорю я. — Я просто знаю это.

— Я думаю, они найдут, — соглашается она. — Особенно после сегодняшнего.

За последнюю неделю было спасено десять Омег, все живы.

Это единственное спасительное преимущество во всем этом.

Кровь здоровой Омеги дает самые сильные порции O.

Итак, в интересах поставщика обеспечить их относительную безопасность.

Я дрожу от этой мысли.

Тэмми выпускает меня из объятий и отходит, с любопытством глядя на меня. — Как у тебя дела со здоровьем? — спрашивает она. — Ты, конечно, не обязана рассказывать мне подробности, но с тобой все в порядке?

Я пожимаю плечами, не в восторге от того, что разглашаю какую-либо информацию о своей течке Тэмми. — Ну, ты же знаешь, у меня была ломка от подавляющих препаратов. Но еще не все последствия… произошли.

— Ах. И когда наступят эти последствия, ты доверяешь своим детективам быть рядом с тобой?

Я краснею и направляюсь к духовке, чтобы проверить, готовятся ли брауни. — Ладно, прекрати, Тэмми, боже.

— Я просто говорю. Знают ли они, чего ожидать?

— Прости? Ты пытаешься устроить мне беседу о течке? — Я недоверчиво смотрю на нее.

Затем она улыбается, и я понимаю, что она шутит.

— Это не смешно, — бормочу я, хватая прихватку, чтобы вынуть брауни.

— Однако это отвлекло тебя, не так ли? Это отвлекло тебя от мыслей.

Я ворчу в ответ, хватаясь за подставку для охлаждения.

— Я позабочусь об этом, — говорит Тэмми. — Начинай собираться. Мы отправляемся через час.

Я вздыхаю и направляюсь в свою спальню, тревога закрадывается в мою грудь.