Чтение онлайн

–  Зигмунт?
– настороженно повторил майор и подумал: «Кто же это вертится около нее?..»

–  Зигмунт Квасневский. Вы познакомились с ним на нашей встрече у адвоката,- напомнила Ярецкая.

–  Ах да, припоминаю. Кажется, ваш близкий родственник? Темпераментный молодой человек, который во что бы то ни стало хотел, чтобы мы посадили этого беднягу Станислава Ковальского.

–  Никакой он не бедняга. Получил с меня ни за что, ни про что тридцать тысяч злотых.

–  Но ведь и вы не возражали против такого полюбовного соглашения.

–  Я не отрицаю этого.

А Зигмунт - сын моего покойного брата.

Это объяснение в достаточной мере успокоило майора. И все же он спросил:

–  Надеюсь, молодой человек знает толк в машинах и все отладит как следует?

–  Помните, когда мы ездили к Заливу, я рассказывала вам, что Зигмунт опекает мои две машины - «рено» и «варшаву»? Я очень довольна его работой. А майор, занятый более важными делами, не обращает внимания на то, о чем ему говорит одна несчастная женщина.

–  Эта женщина сегодня почему-то особенно нападает на одного несчастного мужчину. Преподает ему хороший урок.

–  Ибо он того заслужил.

–  Ну, так что же мы предпримем?
– спросил майор, чтобы прекратить пикировку.

–  Предлагайте, слушаю вас.

–  Я уже сказал, что готов подчиниться любому вашему желанию.

–  Предлагаю: пройтись пешком до центра, там где-нибудь выпьем кофе, посидим, поговорим. Ну, а потом вы проводите меня домой. Согласны?

Шли неторопливо. На дворе стоял уже октябрь, а было тепло, как летом.

–  Я очень устала,- прервала молчание Барбара Ярецкая.- Трагическая смерть мужа, потом неприятности с завещанием. Да и нелегкое это дело - одной вести такое большое ремесленное предприятие… И наконец, этот взрыв - он окончательно доконал меня. Чувствую себя старой…

–  Что вы такое говорите! Это только нервы н перенапряжение - физическое и душевное.

–  Как я мечтаю отдохнуть! Еще в сентябре хотела уехать. Но все как-то не получалось. А тут еще этот взрыв. Я уже потеряла надежду вырваться из Варшавы хоть на неделю. И не вырвалась бы, если бы не адвокат Рушинский.

–  Давно не видел его, а мне хотелось бы с ним поговорить.

–  Он сейчас очень занят моими делами, связанными с пожаром. У меня на это недостало бы ни сил, ни времени. В лабиринте предписаний, инструкций я окончательно потеряла бы голову, а Рушинский знает, как выйти из любого положения.

–  Не удивительно. Ведь он юрист, и прекрасный юрист. Я давно его знаю.

–  Именно благодаря ему, благодаря тому что он взвалил на себя все эти хлопоты, я смогла так организовать работу, что вот вырываюсь в Закопане.

–  Октябрь в горах, пожалуй, самый лучший месяц. Какая в это время удивительная гамма красок - от темной зелени елей до старого золота буков. Я сам всегда стараюсь побывать в горах в октябре. Немного завидуювам. Мне в этом году придется отказаться от отдыха.

–  Жаль.- Это «жаль» прозвучало у Барбары Ярецкой очень искренно.- Был бы у меня спутник. Как это нистранно, в Закопапе трудно найти любителя пеших прогулок.

–  Вы любите ходить в горы?

–  Очень. Я имею в виду не альпинистские подъемы, а прогулки по горным тропам.

–  Я мог бы показать вам несколько чудесных малоизвестных

тропок. Они совсем не опасные, просто на них не встретишь стада курортников. Некоторые из них совсем недалеко от Закопапе. И несмотря на это, их почти никто не знает. Например, тропинка над Стронжиской долиной.

–  Это какая? Та, по склону Лысанок, или в Сарних Скалках?

–  Вы их знаете? Удивительно! Так знать мои «личные» тропы!

–  Так уж получилось, что знаю. Ах, при одной мысли, что завтра утром я сяду в машину и распрощаюсь с Варшавой, меня охватывает радость. Я так давно не путешествовала в машине. Горы и автомобиль - две мои страсти.

–  Я уже кое-что знаю об этом. Во время поездки к Заливу я на себе испытал одну из этих ваших страстей.

–  Завтра мне предстоит проехать более пятисот километров. Если бы вы знали, как радует меня эта поездка. Темная лента шоссе и послушная мне машина! Это же прекрасно!

–  Вы надолго уезжаете?

–  Не меньше чем на неделю. Но хотелось бы пробыть там подольше. Буду поддерживать телефонную связь с адвокатом Рушннским и с моим заместителем в мастерской. Если они без меня не смогут обойтись, придется, как это ни огорчительно, вернуться.

–  Ничего, справятся и без вас. Незаменимых людей не существует.

–  Да я и сама убедилась в этом. После смерти Влодека думала…

–  А где вы остановитесь в Закопане?
– Майор поспешил перевести разговор на другое.- На частной квартире?

–  В одной гуральскон семье, с которой я подружилась и у которой всегда снимаю комнату.

–  Это, пожалуй, удобнее всего. Не будете связаны распорядком дня.

–  Меня в дрожь бросает при мысли, что Зигмунт не успеет подготовить машину.

–  Успеет. Пани Бася, я хочу, чтобы вы дали мне одно обещание.

–  Какое?

–  На всем пути в Закопане ехать, не превышая восьмидесяти километров.

–  Так плестись?!

–  Вы переутомлены и много нервничали. В таком состоянии у человека иная реакция. Можете потерять управление. Тогда и до аварии недолго. Обещаете?

–  Это так важно для вас?

–  Очень.- Майор произнес это с таким чувством, что Ярецкая слегка зарумянилась.

Некоторое время они шли молча.

–  А если я скажу «нет»?
– отозвалась Ярецкая.- Вы же знаете, как я люблю быструю езду. И хорошо веду машину.

–  Тогда я готов разослать телефонограммы по всем милицейским постам на вашем пути, и вас всюду будут задерживать и штрафовать за превышение скорости.

–  Вы это серьезно?

–  Конечно, нет. Но еще раз очень прошу вас быть благоразумной.

–  Хорошо. Буду ехать медленно и осторожно.

–  Не превышая восьмидесяти километров?

–  Сдаюсь. Не превышая восьмидесяти километров.

–  Честное пионерское? Барбара Ярецкая рассмеялась:

–  Ужасный вы человек! Такого деспота еще свет невидел. Ну хорошо. Даю слово.

–  Теперь я буду спокоен за вас. Надеюсь, вы умеете держать слово?

–  Безусловно. При любых условиях. Поэтому и стараюсь не давать обещаний.

–  В таком случае ценю свой успех.

–  Вы сегодня удивительно милы.