Затерянные
Шрифт:
– Ну а сама-то знаешь, из-за чего весь сыр-бор тут начался?
– Догадываюсь.
– Видела это?
– Нет. Мой допуск секретности ограничивался исключительно надземной частью комплекса.
– А как насчет удовлетворения любопытства с моей помощью?
– Хочешь в четвертый сектор сунуться? – сразу же смекнула Кэтрин.
– Хочу. Зря я, что ли, по твоей консервной банке столько времени шарахался.
– Ну а мне-то какой резон тебе помогать? Да и чем я, собственно, могу помочь?
– Так, развлечешься перед смертью. Все лучше, чем просто сидя смерть ждать. А мне проводник нужен. Даже если у тебя не было допуска сюда, ты просто не можешь не знать план местных катакомб. Что
По выражению ее лица было видно, что я попал в точку. Но Кэтрин еще сомневалась:
– Может, ты и прав, но что-то темнишь, «свой». Я не хочу перед смертью дядю Сэма подставить, помогая русским диверсантам.
– А что я теперь могу? Все виды связи в этом регионе наверняка надежно заблокированы. До взрыва станцию будут однозначно пасти со всех сторон так, что амеба не просочится. У меня просто нет выхода, кроме как погибнуть с тобой.
– Ты мне мозги не пудри. Знаю я ваши телепатические фокусы! Все равно найдешь способ передать информацию.
– Если дойду. Кажется, весь четвертый сектор забит этой латиноафриканской мерзостью. Шансы на то, что мы сможем хотя бы приблизиться к объекту, практически равны нулю. А уж чтобы изучить его, мне просто времени не хватит – твои подопечные тут годами чего-то химичили. Так что соображай, а то времени совсем мало осталось. В любом случае у тебя будет возможность меня вовремя остановить.
Кэтрин задумалась:
– В твоих словах резон, конечно, есть, но меня гнетут смутные сомнения… А, к черту все! Хуже все равно уже не будет. Делись оружием и пошли, «свой». За четверть часа никто действительно не в состоянии разобраться в тутошних заморочках и что-либо изменить.
«Как знать,– подумалось мне.– Поглядим, посмотрим».
И мы пошли…
Э-э-х, как мы пошли! Сначала вдвоем вчистую распотрошили шестерку «саламандр», которые пришли разнюхать причину исчезновения конвоя с пленными. Модульную винтовку с амуницией пришлось уступить даме – она ей пришлась как нельзя впору. Женщина-морпех в облегченном ярко-красном комбинезоне с офицерскими лычками и в каске, вся увешанная подсумками с запасной амуницией и с М-29 OICW наперевес,– это круто! Особенно, когда она с диким воплем вылетала из-за моей широкой спины и азартно жарила со всех стволов по напирающим монстрам. Не захочешь, а залюбуешься. Одно слово – валькирия двадцать первого века!
К сожалению, у нас так и не нашлось времени повторно сгонять в арсенал бесславно почившей в бозе охраны и максимально затариться конфедеративным оружием. Поэтому я вооружился трофеями, ухватив в каждую руку по громоздкой ультразвуковой дробилке. Проф на всякий пожарный поначалу оставался инкогнито – вдруг забалует девка, сюрприз будет. Но по ходу дела стало как-то не до сюрпризов в нашей маленькой компании, и пришлось Профа легализовать не совсем обычным способом.
Прямо за входом в четвертый сектор мы с Кэтрин набрели на следы грандиозного по местным меркам побоища. Здесь дымилась целая колонна из пары дюжин шестируких механических монстров в окружении не менее полутысячи трупов мутантов и бородатых людей в гидрокостюмах. Знатная, видать, была схватка. И место выбрано удачно – есть где развернуться.
В четвертом секторе были самые обширные помещения на станции, годами выдалбливаемые прямо в сверхпрочной скальной породе. Попадались даже полупустые залы размером с небольшой крытый стадион. Правда, глянец тут навести так и не успели: на стенах отсутствовала стандартная отделка в стиле
хай-тек. Зато разнокалиберный металлолом попадался довольно часто, разбавляя господствующий пещерный ландшафт.Хотя источники искусственного освещения тоже встречались повсеместно, здесь царил полумрак непривычно синеватого оттенка. Наверное, так проявлялись особые свойства местной специфической породы, о которых предупреждал полковник Хусанов. Хороший знак, ясно указывающий на то, что мы движемся в верном направлении.
Вот только сопротивление по мере нашего углубления в дебри четвертого сектора возрастало в геометрической прогрессии. Все явственнее сказывалось численное и маневренное преимущество противника. На значительных открытых пространствах нам с Кэтрин нечего было противопоставить многочисленным патрулям «Саламандр». Срочно требовалась дополнительная огневая поддержка.
Проходя мимо хорошо сохранившегося и внешне почти не потрепанного в сражении механоида, меня осенило, как в разы увеличить наш военный потенциал. Я дал знак рукой, что пора отдохнуть, и начал внимательно осматривать приглянувшуюся машину.
– Что, уже расхотелось побыстрее умереть? – язвительно поинтересовалась неумная американка.
– Это ты шальной пули ищешь, а я все-таки намерен добраться и посмотреть, из-за чего тут весь сыр-бор начался. Подожди минуту, я знаю, как нам завести и приручить этого механоида. Его основные механизмы вроде не пострадали, только матрицу управления выбило. Авось, починю.
– Матрицу киберклона невозможно перепрограммировать или приручить. Чему только в ваших русских спецшколах учат?
– Вот этому и учат: как вас, шибко умных американцев, удивлять. Я ж псионик. Сейчас волшебное слово шепну – и заработает эта махина в режиме «чего изволите», как миленькая. Легкий танк нам сейчас не помешает…
– Да какая разница, грохнут нас здесь или в следующем гроте? Все равно минут через пятнадцать мы все будем трупами.
– Ну не скажи. За четверть часа можно многое успеть.– Пока мы болтали, я успел вскрыть панель к блоку управления, отсоединить поврежденную матрицу и уже довольно успешно начал перестраивать оборудование Профа со своей спины на механоид. Грушник не соврал: Проф действительно оказался электронным джинном-универсалом. Минута ожидания – и механоид стал активно подавать признаки жизни. У Кэтрин челюсть отвисла от удивления. Придя в себя, она с подозрением спросила:
– Слушай, может быть, я ошиблась? И ты азиат, а не русский?
– «Да, азиаты мы, с раскосыми и жадными очами. Мильоны нас. Нас тьмы, и тьмы, и тьмы»… Короче, не бери в голову. Какая тебе разница: китаец я или русский? Пойдем, показывай дорогу. Нас ждут великие дела!
Окончательно опешив от моего пространного ответа, Кэтрин послушно двинулась вперед, с опаской оглядываясь на глухо урчащую махину Профа. Сам Проф благоразумно не проявлялся как личность. Даже со мной втихую на радиосвязь избегал выходить. Наверное, полностью сосредоточился на управлении машиной. С ходовой он вроде быстро освоился, а вот шестерка манипуляторов с разнообразными защитными и оружейными системами явно вызывала у него трудности.
На все про все у нас оставалось не более четырнадцати минут…
И все-таки мы уложились в отведенное время и прорвались в самое сердце объекта с запасом минуты в две-три. Под прикрытием Профа разрозненные патрули БУМПов поначалу сметались «на раз-два». Но в итоге за нас решили взяться всерьез. Когда стало ясно, что следующую волну мутантов не сдержать, Кэтрин все-таки нашла оптимальный и безопасный путь в обход наступающих орд противника через лабиринт боковых вентиляционных коридоров.