Зарождение тьмы
Шрифт:
И если да, то почему? Он просто развалина, и ее могут прибить за помощь ему.
– У меня был друг в Хьюстоне, работавший на местную полицию. Он сказал, женщины обычно плохо реагируют, стоит ему признать, что он коп. Полагаю, для тебя отношения тем более сложны из-за всей этой секретности.
«Ты понятия не имеешь».
– Моя работа усложняет дело.
Сара подавила еще один зевок.
Роланд спросил:
– Хочешь поспать? Я в порядке, ты же меня залатала.
– Ты не в порядке, – возразила она, недоверчиво улыбаясь. –
Роланд ухмыльнулся.
– Признаю, такая перспектива мне нравится.
Она улыбнулась в ответ и стала собирать салфетки на поднос из-под пиццы.
– Тогда почему бы мне не убрать весь этот мусор? Затем мы сможем посмотреть фильм или найти что-то по телевизору, чтобы скоротать время.
– Хорошая мысль.
Чувствуя, что, несмотря на мучащую тело боль, на душе полегчало, страж наблюдал, как Сара понесла поднос на кухню.
Глава 4
Роланд проснулся на закате, чувствуя боль во всем теле. И лишь через несколько минут усиленной концентрации смог отрешиться от страданий достаточно, чтобы открыть глаза и осмотреться.
По телевизору показывали новости, звук убран до минимума.
Сам страж лежал на спине на диване, упираясь согнутой в колене левой ногой в спинку с подушками, а правую вытянув так, что стопа свисала с края. На нем раскинулась спокойно спящая Сара. От удивления даже почти забылось причиняемое ранами мучение.
Хозяйка дома щекой припала к его груди, как к подушке. Кудри, источавшие приятный цитрусовый аромат, снова пристали к его щетине и спадали на плечо в беспорядке. Одной ручкой Сара легонько сдавливала плечо Роланда, а другую сунула ему под бок. Бедра прижимались к его паху, возбуждая, несмотря на неудобное положение и боль, полные груди согревали живот.
Черт, какое приятное ощущение!
Поддавшись соблазну, Роланд обнял ее и погрузился лицом в шелковистые локоны.
Сара пошевелилась, стиснув крепче его плечо и прильнув еще ближе, после снова застыла.
Уорбрук не спал с женщиной в буквальном смысле слова свыше девяти столетий, не позволяя себе сближаться с представительницами прекрасного пола и терять бдительность. Даже с Мэри, которая искусно изображала преданность. Сам он в своем ухаживании следовал приличиям. И к тому же всегда был начеку, опасаясь ответных действий, узнай барышня, кто он такой.
Но Сара-то понятия не имела, а Роланд не собирался ее просвещать. Не хотел увидеть то же презрение в ее глазах, что омрачило взгляд Беатрис, или страх, как у Мэри.
Для Сары он обычный мужчина.
Страж напрягся еще сильнее, вспомнив, как от его прикосновения заколотилось ее сердечко.
Теперь оно билось медленно и размеренно, а кровь в ее венах призывала его утолить голод. Слушая ровный ритм, Роланд почувствовал удары собственного сердца.
Он провел рукой по спине спящей, распутывая мягкие
густые кудри, и задержался на атласной коже ее шеи - прямо над жилкой, под которой стучал пульс.Какая она на вкус? Такая же сладкая, как ее улыбки? Или пряная, как ее дерзкий дух?
Приглушит ли ее кровь боль или же разожжет в нем пламя?
Его тело старалось исцелиться. Жажда крови разрывала его на части.
Бессмертный ощутил, как его клыки опустились и удлинились.
Всего лишь маленький глоточек. Сара спит. И никогда не узнает.
Он подтянет ее повыше и прикоснется губами к тонкой коже ее горла…
Застонав, Роланд провел языком по артерии, где бился пульс… и застыл.
Отодвинувшись, в смятении уставился на предполагаемую жертву.
Когда он успел ее передвинуть?
Только что размышлял, какова она на вкус - а в следующую секунду уже касался ртом ее плоти. Неужели у него совсем не осталось самообладания?
Страж заставил клыки скрыться в деснах.
Осторожно потряс соню и позвал:
– Сара.
Та и глазом не моргнула.
На Роланда нахлынула паника. Неужели он уже выпил ее крови? Неужели настолько отключился, что осушил ее полностью и даже не сознавал этого?
Отодвинув волосы от ее лица и шеи, поискал, но не нашел никаких следов от укусов. Собственные раны также не зажили, так что он еще не поел. Попробовал погромче:
– Сара!
– Хм.
Он почти закричал:
– Сара!!!
Она открыла глаза и посмотрела на него.
– Что?
Роланд чуть не рассмеялся, такое почувствовал облегчение. Она просто крепко спала.
Сара моргнула три раза, затем сонно улыбнулась.
– О, привет!
Он просиял в ответ:
– Привет!
Ну-ка, ну-ка…
Она вытаращила глаза, постепенно высвобождаясь из царства Морфея и осознавая, где находится.
– Ой, я уснула!
– Мы оба заснули.
– Но я-то - на тебе.
– В обычных обстоятельствах я бы не имел ничего против, но ты сильно давишь на мои сломанные ребра.
Сара покраснела.
– Мне очень жаль.
Мисс Бингем не знала, куда положить руки, чтобы не причинить раненому боль, пока поднималась. Из-за телодвижений она почувствовала твердый, возбужденный член, прижимавшийся к ее животу, застыла и взглянула в глаза Роланду.
– Да-аа, извини. Ничего не могу поделать, - застенчиво сказал тот. – Мое тело на красивую женщину реагирует соответственно.
И не только его тело. От их близости у Сары во рту пересохло, а внизу живота появился жар.
Уорбрук перестал улыбаться.
Она же с трудом сглотнула, не отрывая от него взора, потом…
Затаила дыхание.
Его глаза засияли – в самом деле, засияли!
– странным янтарным огнем.
Сара приподнялась и соскользнула со своей импровизированной подушки, отползая назад, пока не ударилась задом о металлический подлокотник дивана.
Роланд сел, на лицо его опустилась пелена.