Запорошенный рай
Шрифт:
— Хватит! Про ваши семейные проблемы, я в другой раз послушаю. Собрался вести — действуй! Посмотрим, кто у вас тут главный, и с чем его едят.
Лютик задрал рукав рубашки и пробежался пальцами по экрану наручного коммуникатора. В стене отъехала в сторону панель, сразу и не заметишь, что там потайная дверь встроена. Мы поднялись и по пыльному коридору дошли до станции монорельса. Затем долго куда-то ехали по тоннелю. Мальчишка молчал, я тоже безмолвствовал — общаться мне не хотелось. Морально подготавливал себя, к непростому разговору. Надеюсь, мне не предстоит встретить еще одного упертого идиота, погрязшего в своих желаниях, буднях и всякой всячине. Живут как в лесу, и из за него же, деревьев не
Вагон остановился на каком-то складе, туча сервов таскала тару — но, ни одного киборга не было. Дальше Лютик повел меня с опаской. Постоянно сверялся с коммуникатором, петлял по захламленным переходам. Людьми здесь и не пахло, возможно, несколько десятков лет. Воздух мерзкий, затхлый, вентиляция работала с перебоями. Освещение через раз, вечный полумрак. Когда мы приблизились к более обжитому району, провожатый начал проявлять чудеса изобретательности. Я убил одежду в хлам, ползая по технологическим тоннелям. Но, опять ниочем не спросил — надо, так надо. Это что же за хозяин такой, что к нему в приемную, нужно таким макаром добираться? Нечисто здесь, доложу я вам! Лютик отвинтил в полу небольшой люк и кивнул на проем:
— Прыгай, он тебя ждет. И это… — он немного помолчал. — Не груби там, старших нужно уважать.
— А как назад забраться?
— Не знаю, может быть, тебе и волноваться по этому поводу не придется. Как он решит, так и будет. Прикажет тебя прикончить, ты и минуты не протянешь. И мне все равно, что Словинина плакать станет — переживет как-нибудь. В конце концов, свет на тебе клином не сошелся.
— А ты добрый, как я посмотрю.
— Учителя хорошие, ты один из них — не забыл? Иди уже, хватит тянуть.
Я пожал плечами и спрыгнул вниз. Смерти уже давно не боюсь, и начинать не собираюсь. Слышать угрозы из уст мальчика, недавно превратившегося в юношу, смешно. Но как бы сказать?.. Странный он, и планета эта сомнительная. Более точной формулировки подобрать как-то не получается. Приземлился пролетев метра четыре, мягко спружинил на ногах и откатился к стене. Глупо выгляжу? Лучше перебдеть, чем недобдеть! Мой сержант всегда так говорил, засовывая меня в очередную дыру. Осмотрелся — ну, что тут можно сказать? Пустое пространство огромного амфитеатра, высота купола в центре метров тридцать. Вокруг никого живого. Поднялся и осторожно пошел на середину. Ау! Народ, куда подевались?
Мне ответили, да так, что в ушах зазвенело. Холодная, оглушающая волна прокатилась по всему моему бренному телу, оставив после себя ощущение бодрости. А потом начался сущий ад. Вот представьте себе, что вы живете в тундре, где и словом перекинуться не с кем. А потом, по неведомой прихоти, мгновенно оказываетесь в огромной толпе людей, которая вразнобой чего-то там скандирует. Каждый человек, орет что-то свое, во всю мощь луженой глотки. Мне резко стало нехорошо, но затем какофония оборвалась, так же неожиданно, как и началась. В воздухе засветилась маленькая искорка и последовал беззвучный взрыв. Я закрыл лицо руками и присел на корточки. Вы что творите гады? Ослепнуть же можно!
— Ничего, переживешь, — мужской баритон зазвучал у меня в голове. — Открывай глаза дитя, уже можно.
— Ты еще, что за фрукт? — закричал я.
— Хватит придуриваться, посмотри на
нас. Мы ждем…— Кто это мы? — своего положения, я не менял.
— Мы — общность. Мы — квинтэссенция разума. Мы — Творец.
— Это который в поле жнец и на дуде игрец?
Голос сменился на девичий и начал насмешливо меня уговаривать:
— Ну же малыш, распахни свои глазоньки. Бо-бо не будет.
Сначала, я раздвинул пальцы и глянул любопытным взглядом, потом раззявил рот от изумления и шлепнулся на пятую точку. Обещанные Лютиком непередаваемые впечатления, навалились на меня в полной мере. Галактика, чтоб ее! Ровно посередине зала, висела галактика! Я сразу понял, что она настоящая, а не какая-нибудь там проекция. Усыпанная бесчисленными мириадами звезд, сине-черная по краям, багрово-красная ближе к центру, ослепительное ядро сияет раскаленным шаром. Рукава медленно и величаво крутились вокруг него, чего в реальности не бывает. Точнее, они на самом деле вращаются, но люди слишком короткоживущие, что бы визуально заметить этот факт. Математики посчитали, физики доказали, но чего не дано, того не дано.
— Мы тебе нравимся? — пророкотал баритон.
— Ага! Может быть, прекратишь разговаривать о себе в третьем лице? Ты что — король или император?
— Ты прав, так будет удобнее. Сейчас, мы подберем тебе для общения, соответствующую твоему психотипу личность.
Галактика на секунду поблекла и снова засветилась с новой силой.
— Привет! — жизнерадостно поздоровался третий голос. — И кто же у нас в гостях? Смотри-ка — ученик воина! Будем знакомится? Как тебя зовут, я уже знаю. Можешь обращаться ко мне — Дизайнер, если быть точным — ландшафтный. Когда я был человеком, то жил тут неподалеку, всего-то пятьдесят световых лет. Считай — соседи!
— И чем же ты занимался? Кустики на лужайках у домов подстригал?
— Если ты хотел меня обидеть, то у тебя не получилось. Ничего зазорного, в такой работе нет. Вообще-то, я целые планеты художественно оформлял: климат, горы, моря. Глянешь из космоса, душа отдыхает. А заказчики как радовались, они же в этой прелести жили. Хочешь джунглей побольше? Я — выращу! Желаешь пустыню безводную? Я — высушу! Был очень популярным в нашем звездном скоплении. Зима кстати, тоже моя работа — правда, отличная получилась?
— Мне так не показалось, отстойное местечко.
— Тебе не нравится, потому что ты здесь в одних трусах оказался. Мне ее, с целью организации экстремального туризма заказали. После постройки завода, очень уж она неприглядно выглядела. Ради такого дела, я расстарался — экзотическая охота, что морская, что лесная. Возможность самому вырастить себе ружье и патроны! Уникальнейшие водовороты, невозможные в естественных условиях. Парусные регаты, под стабильно дующими ветрами. Вы сторонник спокойного отдыха? Поищите с ручными медведями, деликатесные мясофрукты! Примерно так, это в рекламе звучало. Народ в очередях по нескольку лет стоял!
— Ты хочешь меня убедить, что Зима не только планета-завод, но и курорт?! И что же случилось?
— Пришла война, друг мой Шустрый. Эти гады, не знаю как их еще назвать, мое творение испоганили! Экосистему почти разрушили. Туристы, не имея возможности улететь, мало того, что одичали — так им еще на головы десант высадили! Обслуживающий персонал из сервов, почти под корень извели!
— Стоп! — прервал я. — А давай, ты мне по порядку, про Андромеду расскажешь? Ты — Хомберг?
— Я, чтоб им пусто было — человек! Пусть и не в материальной форме существую. Хомберги — это презрительная кличка, которую нам журналисты прилепили. На одном из древних диалектов, так первых сервов имитировавших внешность людей называли. Соответственно — тупых людей, поведением на них похожих, так же дразнили. В приличном обществе, данное слово под запретом.