Запах костров - 1
Шрифт:
Девушка подошла ближе в цветастом хлопковом платье. Присела на колени и поцеловала парня в лоб. Вокруг головы сплетены толстые косы, падающие по сторонам на нежные манящие плечи. Держа свою роскошную чашу из черепа с рубиновыми краями, она сказала, что нас ждёт её царствие. Предложила сразу поцеловать руку её власти, но Макс отказался. После чего девушка подмигнула, испарившись в воздухе.
Макс часто читал легенды и мифы про подобные явления призраков. Его мировоззрению не поддавалась эта картина для объяснения. Но опять-таки, если вспомнить байки про Олега ведуна, то этой девушкой с чашей является только одна.
Мара – Богиня смерти. Она приходит
Второй переход прошёл для Зоргена словно в тумане. Он отвлёкся от своих размышлений лишь в тот момент, когда увидел вдалеке дома, чернеющие от бревен и шифера на крышах. Руслана недоверчиво смотрит на парня. Серафим и Святогор, как два закоренелых друга, обсуждали здоровье, и состояние Макса в бреду прошлой ночью. Вновь упомянули о колдовстве, мол, чародействует наш попутчик. Как Макс не пытался отказаться от новоявленной славы колдуна, его товарищи продолжали в своём репертуаре.
Голова идёт кругом. Руки начало сводить от усталости и холода. Душу щемит от понимания грядущего ему будущего. Вдруг на нос упало что-то холодное. Макс поднял голову вверх и увидел, как из свинцовых туч крупными хлопьями падают снежинки, сулящие начало декабря.
Поля, ожидающие теплой весны, припорошены снегом. Возле частокола города прыгает свора снегирей, воробьёв и ворон. Морозный ветерок гуляет по хозяйским просторам, не боясь быть прогнанным. Кони воинов подошли к частоколу.
– Куявия! Первый стольный град после Монсегюра! Ничем не уступающий, как Парижу, так и Суздалю! Вот мы и пришли до первого постоялого двора! Постучусь! – выдохнул Серафим, спрыгивая с коня возле главных ворот.
Куявия вошла в состав Польского государства ещё при князе Мешко I. После раздела Польши между сыновьями Болеслова III Кривоустого Куявия первоначально попала в состав Мазовецкого княжества, а в 1194 году образовалось самостоятельное Куявское княжество во главе с князем Лешком II Белым. В 1202-1234 года Куявия вновь находилась в составе Мазовии, правитель которой Конрад I в 1226 году пригласил в свои владения Тевтонский орден. Рыцари укрепились на востоке Куявии, в Дожбинской земле. Во второй половине XIII века Куявское княжество было разделено на два государства – с центром в Иновроцлаве и Бресте Куявском соответственно. Князю Владиславу Локетку Куявскому в 1306 году удалось присоединить Малую Польшу, а в 1314 – Великую Польшу, возродив, таким образом, единое польское государство. В 1320 году Владислав был коронован королём Польши. В 1332 году большая часть Куявии была завоевана рыцарями Тевтонского ордена, однако польские короли постепенно вытеснили отсюда немцев и восстановили власть над регионом. Город находится в Среднем Поднепровье.
Путники подъехали ближе к десяти метровому частоколу. Серафим постучался в дверь сильнее и закричал что-то богохульное. Вдруг путники услышали спотыкающиеся шаги и не прибрежные отрыжки. Отодвинулся тяжёлый засов. В смотровое окно просочилось до одурения красное лицо изрядно выпившего стражника. Он продолжает смотреть на ребят, откусывать полть жирной курицы и раскидывать по сторонам белые слюни.
– Открывай ворота! Не видишь, люди торговые едут?! Ну же?! – старец ударил по воротам.
– Три алтына! Тогда открою! – сообщил стражник.
– Ох, и корхабор
же ты! – Серафим озлобился, но быстро успокоился, достав монеты. – Держи! Только не тяни вожжи!– Вот так бы и сразу! – согласился стражник, отпирая основной засов. Стражник пересчитал французские монеты. Ворота скрипнули многовековой несмазанной ржавчиной.
– Святогор! Заезжайте! Хорошо, что не сразу прогнали! Хотя могли! – старец обратился к лучшему другу и вновь повернулся к дружиннику. – Где тут дом отдыха можно найти?
– У западных ворот! Не ошибётесь! Там на крыше польский флаг висит!
– Э-хе-хе! А зачем так официально, словно княжеский детинец! – Засмеялся Максим Зорген.
– Чудак! Так там десница короля людей собирает для большого похода! – проболтался пьяный язык стражника.
– Что за поход? – поинтересовался Макс.
– Да кто ж их, королей, знает?! Может в дозоры какие сбира-а-ют! Ой! Простите!
– Ясно! Спасибо! Ты ворота лучше закрой, а то вдруг какой тать лесной на вороном разгонится, так хоть в лепёшку разобьётся! Не придётся добивать! – посмеялся над стражником Макс.
– Скоро отдых! – признался Серафим.
– Да! Хоть водки попьём с обжаренной шеей индейки! Давно же я не набивал свой мешок чем-то нетрадиционным! А какие здесь колбаски! М-м-м, пальчики оближешь! Правда, мудрый Серафим?! – замечтался Святогор.
– Что верно, то верно!
– Да где же этот постоялый двор с флагом?! – никак не могла найти Руслана нужный дом.
– Вон он! – воскликнул Макс и указал пальцем вдаль. – Через восемь домов!
– Ага! Теперь вижу!
– Ну, что! Домчим лошадок с ветерком?
– А почему бы и нет! – согласилась девушка.
– Н-но! – прикрикнул на лошадь и хлестнул поводьями по её мощной ровной шее.
– Эй, Макс! Вы куда? – не понял Серафим и погнал свою лошадь за молодыми.
– Как куда?! На пушистую перину, конечно же! – стеганул поводьями свою лошадь Святогор, нагоняя остальных.
– Ну?! Кто быстрее оказался?! – посмеялся Серафим над другом, когда миновали семь домов.
– Разве я могу угнаться за мудростью твоих лет!
– Запомни одну истину, сын мой! Не мудрость правит миром! Увы, не мудрость!
– А что же тогда, мудрый Серафим?! – удивился Святогор.
– Гормоны и удаль молодецкая! Их страсть и хитрость в оном лице! Когда эти чувства сплетены вместе – любой враг не страшен! Они своими сперматозоидами любую крепость заставят сдаться! – кивнул старец на влюблённую парочку и от души засмеялся.
– Любо! Ах, любо! – засмеялся Святогор.
– Ну, чего стоите? Сиськи мнёте? Давно бы хозяев скликали?! До полуночи мы тут стоять будем, людоеды?!
Но ворота во двор дома уже открывали. Это оказался безусый паренёк лет пятнадцати. Он облачён в сатиновую рубаху, лосины и башмаки. Парень пропустил гостей и принял поводья, когда те в первую очередь ступили ногами на твердую землю.
Пока лакей распрягал коней и задавал им ячменя, на пороге дома показался плечистый бородач лет пятидесяти и семнадцатилетняя молодуха с корцом, наполненным водой. Бородатый мужичок спустился с крыльца и грузным шагом подошёл к четырём новоявленным путникам.
– Вечёр добрый гости дорогие! Испейте водицы ключевой с устатку! Вижу – путь долог был! Измотались Вы ныне! Но, ни что! Ужин ужо вот-вот на столы подан будет, да опосля поленья в баньке поспеют догореть! Светёлку вам выделим! Вы проходите, гости дорогие! Грех вам на пороге стоять, словно нищенкам! – откланялся хозяин дома.