Занавес для марионеток
Шрифт:
Сейчас Вожак сидел в своем шатре и смотрел на пляшущее пламя. Мысли его были плавны и спокойны, выбор, очередной выбор стоял перед ним. И Люрд, по привычке, расслабил свой разум, отпуская его в свободное странствие по прошлому и настоящему, по событиям и лицам. Огонь очищал его, заставляя отделить ненужное и неважное, от единственно верного. Он хотел распутать эту цепочку с самого начала, прояснить для себя истоки и причины, составить полную картину происходящего. Решение зарождалось медленно, проходя через горнило сомнений и неуверенности. Оно было неожиданным и вместе с тем очевидным.
Вожак глубоко вздохнул и несколькими резкими движениями встряхнулся. Онемевшее от долгой неподвижности тело требовало нагрузки. Хотелось сорваться в бег, принять вторую Ипостась25 и насладиться мощью и скоростью, которые она дарит. «Спокойно!» – одернул он сам себя, – «Еще не время». Он не спеша вышел из шатра и пошел по стоянке
Глава 3.
Послезавтра наступило неожиданно быстро. Лика даже не успела как следует подготовиться, казалось, что вот минуту назад они с дядей обсуждали Охоту, а тут, вот она. Девушка еще раз посмотрела в небольшое зеркальце, висевшее при входе в её жилище. Увиденное, ей одновременно понравилось и не понравилось. Черные как смоль волосы, живые, смеющиеся глаза, тонкие и вместе с тем волевые черты лица, изящный носик с присущей их расе горбинкой. С одной стороны, вроде всё в порядке, а с другой не хватает какой-то изюминки, той маленькой черты, которая позволит ей предстать во всем великолепии. А с другой стороны Лейсту она нравится такой, какая она есть, дядюшка и так отвесит дежурный комплимент, а мнение стариков, в основном и составлявших круг ближников её вообще не интересовало. Те вообще ничем кроме еды и общеклановых дел не интересовались. Лика передернула плечиком и собравшись с духом вышла на свежий воздух.
День вообще-то выдался не очень. Хмурые тучи наползали с запада, начинал накрапывать мелкий дождик, ветрило. Правда погода никогда не была помехой Охоте. Есть охотник, и есть его добыча и этим всё сказано, древняя традиция была проста и мудра, как сама жизнь. Утешившись этими мыслями, девушка направилась месту общего сбора. Ближний Круг был уже в полном составе. Увидев Лику, Люрд привстал со своего места.
– Ну вот мы все и здесь, – он прокашлялся и взял небольшую паузу, тишина повисла многозначительным комом, – Согласно традициям и обычаям нашего народа. Согласно древним правилам Охотника и Добычи. Для того, чтобы мы помнили. Как объяснить ощущение второй ипостаси тем, кто не умеет менять облик? Как передать чувство свободы и радости стремительного бега, страх тщетно пытающейся спастись жертвы и вкус теплой крови, когда твои клыки вонзаются в её плоть? Как сказать тем, кто никогда не имел возможности заглянуть в глубины своего звериного начала, что без него нет полноты ощущения мира? Только выплеснув животную составляющую, Разум приходит в Гармонию с телом и чувствами. Сородичи, сегодня мы должны обсудить и принять тот вызов, который бросила нам Судьба, но это после, а сейчас объявляю начало Охоты.
Лика, слушая пламенную речь Вожака чувствовала, как в груди её рождается безумный восторг и ожидание, казалось бы, она слышала эту речь десятки раз, но были важны не сами слова, а то как они были сказаны. Голос Люрда с каждым произнесенным словом звенел и набирал обороты, напитывая соплеменников первобытной мощью и воодушевлением. Как же она ждала именно этой последней фразы!
Отзвучало последнее слово, и сладкая боль Изменения накрыла её с головой. Несколько мгновений и на площадке сбора оказались около тридцати очень больших, если не сказать огромных серебристых лис. Сорвавшись с места, они за несколько ударов сердца миновали стоянку и растворились в видневшемся неподалеку лесу.
Чувство единения и радости охватило всё существо Лики, она не всегда четко помнила всю охоту, обычно в её памяти откладывались лишь некоторые ощущения, особенно яркие моменты и эмоции. Лишь на следующий день в её сознании всплывали более осознанные образы и картинки. Она и зверь внутри неё объединялись в извечном стремлении догнать и победить. Этот день был праздником только лишь для членов клана, что касается обитателей соседних лесов, то им оставалось лишь одно, искать спасения в бегстве. Косули, олени, лоси и множество более мелкого зверья стремились забиться в самые глубокие щели и норы, в самые глухие чащи и непролазный бурелом, даже медведи и стаи кабанов не рисковали связываться с Лисами, однако это удавалось далеко не всем, и тогда леса оглашал дикий, торжествующий рев хищников. Однако в этот раз Вожак не позволил сородичам долго наслаждаться травлей. Издав резкий приказывающий вой, он решительно направился в сторону лагеря. Стая с недовольным рыком, прорысила за ним.
Ближний Круг всегда располагался для обсуждения насущных дел на какой-нибудь возвышенности. Скорее всего это пошло с тех времен, когда кланы были вынуждены постоянно находиться в боевой готовности. Вожаки должны
были видеть окружающее пространство на случай неожиданного нападения. Времена изменились, а традиция осталась. Вот и сейчас Люрд вел возбужденных и слегка недовольных сородичей к невысоким холмам, привольно расположившихся в нескольких милях от стоянки. Выбрав один из них он, подавая сигнал остальным, сменил Облик. Дождавшись пока остальные с удобством расположатся на своих местах, он сев, как и положено спиной к северу26 оглядел собравшихся. На их лицах была написана целая гамма эмоций, неудовольствие от быстро закончившейся Охоты, любопытство, тревога и ожидание. Самые старшие сидели тихо, и именно в их глазах читалась наибольшая обеспокоенность. Опытные охотники понимали, что Люрд затеял всё это, как раз для данного разговора, а значит будет сказано нечто важное, то что остальным членам клана знать вовсе необязательно. «Что ж, – грустно усмехнулся про себя Вожак, – Они правы. Тут уж скорее надо в набат бить, как это у людей заведено». Он еще раз обвел взглядом соратников, и задержав на несколько мгновений глаза на мирно сидевшей Лике, начал говорить.– Друзья, я, как многие уже, наверное, поняли, собрал вас здесь вовсе не для того, чтобы обсудить повседневные дела клана. Как вы все знаете совсем недавно, меньше седьмицы назад я вернулся с общей встречи. На этот раз там были Вожаки всех тридцати родов, – круг взволнованно зашептался, такие собрания не были редкостью, раз в несколько месяцев вожди договаривались о месте и времени и на общей охоте обсуждали дела, касающиеся всего народа Многоликих, но вот то чтобы собрались ВСЕ главы родов, случалось крайне редко, – в этот раз мы обсуждали только один вопрос. Он был поднят еще в прошлый раз, потом мы разошлись на один сезон, чтобы по отдельности всё обдумать. Сородичи, сначала я хочу объяснить вам, что тревожит нас, отвечающих за весь наш народ, а потом озвучить те решения, которые были приняты.
Итак, ни для кого не является тайной, что наши соседи – люди все дальше и дальше отступают от своих рубежей. Вести доходят до нас нечасто, но их общий смысл очень тревожен. Вы спросите, и чем это нам может угрожать, ведь наши границы остаются неизменными уже много веков. Что ж, давайте подумаем вместе Эйдол держится сейчас только за счет того, что все больше и больше насыщает свои границы войсками, но чем дальше, тем всё более становится очевидным, что это война на истощение ресурсов, которых у человеческого рода просто не хватит. Неизбежно через десять, двадцать, может тридцать лет Стаи Нечистых скинут их в море и тогда они обрушаться на нас. Я думаю вы все понимаете, мы не выстоим одни. Можно вспомнить старый союз с глиссами, но это только отодвинет беду. Мы сможем огромной кровью остановить всю мощь Северной Мглы27, но никак не выиграть эту битву. Наши дети будут сражаться и умирать безо всякой надежды на окончательную победу. И тогда нам всем придет неизбежный конец. Чтобы предотвратить этот страшный исход нужно действовать уже сейчас. Таковы мысли и слова Совета. Прежде чем продолжить я хочу выслушать, что скажет мой Ближний Круг.
Люрд сел на свое место и замер. На какое-то время на холме воцарилось абсолютное молчание. Даже старики не могли предположить, что речь пойдет о таких вещах и сейчас собирались с мыслями, не зная, что ответить молчащему Вожаку. Первым встал, как ни странно, Лунд. Дядя Лики обычно молчал до последнего, предпочитая сначала выслушать других, а потом в самом конце высказать свою точку зрения.
– Собратья, я не очень понимаю, что хочет от нас Люрд. Мы давно уже не дружим с людским племенем, мало того, на границе часто происходят стычки между порубежниками. И немало наших сложили в них головы, отправившись на Последнюю охоту. К тому же они никак не идут на переговоры. Сколько раз мы высылали к ним глашатая с предложением мира, а в ответ в лучшем случае слышали брань и издевки, а в худшем стрелу под ноги? Но даже это можно было бы забыть ради интересов кланов, но как помочь тому, кто отвергает руку помощи и мало того плюнет в неё при первой возможности? Я сказал!
Круг одобрительно зашумел. Всех порядком задевали оскорбительные и порой смертельно опасные выходки соседей. Лика одним прыжком вскочила со своего места.
– Вы же слышали, что сказал Вожак! О чем вы говорите! Речь идет о выживании, а не об обидах! Способ должен быть, и мы сейчас должны пытаться найти его, а не вспоминать мелкие стычки на границах и необдуманные слова!
Слова девушки опять заставили замолчать, зашумевшее было собрание. Наступившую паузу долго никто не решался прервать, пока кто-то не предложил выслать еще одного вестника, тут же посыпались другие предложения, от захвата заложников с целью вынудить на переговоры, до подброски писем, до того момента пока разум всё-таки не возобладает в соседях. Мысли высказывались и отбрасывались, порождая новые. уже совсем безумные, намерения. Наконец круг выдохся, и взгляды начали постепенно вновь обращаться к сидевшему в неподвижности Люрду. Тот пошевелился и не вставая произнес.