Замки из песка
Шрифт:
Монстр из моих кошмаров, наконец-таки, сорвал свою маску и предстал предо мной во всей своей красе. Чудищем, которого я так долго боялась, был вовсе не Дмитрий Лебедев. Им оказался Игорь – его двоюродный брат. Это он сделал так, чтобы Дмитрий потерял над собой контроль, из-за него мне пришлось пережить настоящий ад и застрять в чистилище на долгие шесть лет. Это его мне следовало ненавидеть и проклинать всю жизнь. Его и его ужасного отца.
Ничто в этом мире не происходит случайно. Любое событие является итогом множества мелких обязательных элементов, которые должны сойтись в нужное время и в нужном месте. Только объединившись, они могут дать результат. В ту ночь все началось так просто и банально: просьба старшего брата выручить его.
– Надо, всего лишь, подойти к администратору
Другой важной деталью был Дмитрий, накачанный выпивкой и психотропными веществами.
– Все было подстроено заранее, – Игорь будто услышал мои мысли. – Той ночью с ним должна была быть проститутка. Провести с Дмитрием время, а на утро отправиться в участок и написать заявление об изнасиловании. Конечно же, за хорошее вознаграждение. Это был идеальный план. Отец продумал его до мелочей, – он снова замолчал. Перевел дух, и продолжил. – Но он не учел одной м-а-а-а-ленькой детали. Я оказался не таким плохим, как он думал. Очканул в последний момент…
Вот и еще один элемент – внезапно проснувшееся раскаяние Игоря. Дальше все оказалось намного проще. Я все поняла. Мне и объяснения не требовались.
– Я попытался все исправить, – мужчина продолжил рассказ, не обращая внимания на то, что машина давно остановилась, и водитель не сводит с нас удивленных глаз. Да уж, ему, наверное, никогда не приходилось подвозить столь странных пассажиров. – Отправил Дмитрия в кабинет администратора, а сам отправился проводить «актрису». Думал, заплачу ей оговоренную сумму, потребую держать язык за зубами, и все. Для отца придумаю какое-то достойное оправдание. Тогда я понял, что не смогу разрушить жизнь кузену. Он не заслуживал подобной участи. Я свято верил, что смогу решить все проблемы. Думал, хоть раз в жизни, сделал что-то хорошее, достойное уважения…
Но тут появилась я – недостающая деталь.
Все произошло, но не так, как рассчитывал Юрий. Он хотел подставить своего племянника, чтобы завладеть его наследством. Организовал такое грандиозное шоу с изнасилованием и всеми, вытекающими из этого, последствиями, но последний момент облажался. Вмешалась Судьба и расставила все по своим местам.
– Я увидел тебя, когда ты выбегала из кабинета. Вся в слезах, бледная, растрепанная, на руках – кровь, – сквозь хаотичный рой мыслей, услышала слова Игоря. – И тогда я принял решение действовать до конца. Отправил за тобой слежку, а сам принялся за улики. Забрал те злополучные часы, из-за которых ты там оказалась, изъял все записи с камер наблюдения, подкупил бармена и охрану. Отцу же сказал, что та девка так и не пришла. Сбежала с деньгами.
Впечатление от услышанного оказалось намного сильнее, чем я могла себе предположить. Не обращая внимания на попытки Игоря остановить меня, вышла из машины и бросилась прочь. Нет, я не бежала. Сил на это не было. Да и куда я могла убежать? Всего за несколько минут весь мой привычный мир рухнул, рассыпался, подобно замку из песка. От него не осталось ничего – лишь жалкие, никому не нужные руины.
Впереди маячили огни международного аэропорта, а я ничего перед собой не видела. Голова кружилась, тени от машин и прохожих представлялись мне призраками из прошлого. Внутри будто образовалась огромная черная дыра, которая засасывала меня, поглощала клетка за клеткой.
– Мери! – Позвал знакомый голос, а я все шла и шла. Без цели, без определенных намерений. Просто двигалась, не решаясь остановиться.
Ноги подкашивались, дрожали. Руки снова и снова тянулись к лицу, смахивая остатки слез. Меня трясло так, словно я оказалась одна-одиношенька на Северном полюсе. Холод пожирал меня изнутри, леденил органы, превращая их в бессмысленные куски льда.
– Мери, – он поймал меня. Развернул к себе и обнял, игнорируя мои отчаянные попытки вырваться.
Запах его одеколона ударил в нос, в голове, будто что-то щелкнуло. Мышцы стали ватными, я начала оседать на землю, но так и осталась висеть на руках Игоря. Рыдания пробились сквозь панцирь из безразличия и апатии.
– Почему? Почему? – Без устали, повторяли потрескавшиеся губы, требуя
ответа у Судьбы. Игорь уже рассказ мне все, что мог. Но его откровения не помогли, они пролили свет лишь на события, созданные людьми. А мне хотелось понять совсем другое. Почему мы встретились при таких обстоятельствах? Почему мы полюбили друг друга, наплевав на все? Почему я не могу быть с ним?– Сейчас, – зашептал он мне на ухо, – мне нужна твоя помощь, Мери. Ты должна подыграть мне. Всего несколько дней, обещаю. Если ты будешь рядом, я смогу защитить вас обоих. Юрий не станет тебя трогать, если поверить в наш роман.
– А, если нет? – Спросила я, зажав в ладони лацканы его пиджака. – А, если он не поверит в твою легенду? Что будет тогда?
Брови Игоря нахмурились, по лицу пробежала тень.
– Тогда, – протянул он, делая небольшие паузы после каждого слова, – он использует тебя, чтобы заполучить власть над Дмитрием. Если ему станет известно о том, что вы любите друг друга, все закончится, так и не успев начаться. Юрий похитит тебя, а в обмен потребует от Димы дарственную. Думаю, не стоит объяснять, что после этого, он не оставит вас в живых. Поэтому, мне нужно, чтобы ты была рядом. Так, я смогу выиграть время и подготовить все для решающего удара.
Могла ли я ему доверять? На этот вопрос я никогда не смогу ответить. Игорь Лебедев не входил в число тех, кто привык совершать добро бескорыстно. Я знала, он преследует определенную цель, ради которой и устроил все это. Он мог в любой момент вывернуть ситуацию в свою пользу, стать новым режиссером в данной постановке. Но… От его действий зависели жизнь и благополучие Дмитрия, и я не могла игнорировать сей факт. Юрий уже сделал первый шаг, организовав покушение. Если бы Игорь не успел вовремя… Боже, я даже думать об этом не хочу. Сейчас, единственный человек, способный помочь Дмитрию, – это он. И я сделаю все возможное, чтобы поддержать его в этом.
Ради справедливости. Ради Дмитрия. Ради моей любви к нему.
Дмитрий
Было холодно. Мелкий дождик моросил вот уже несколько часов, сопровождая меня всю дорогу от города. Утро выдалось на редкость паршивым, хотя, я уже начал забывать, когда в последний раз просыпался с улыбкой на губах. Все счастье мира будто вымерло, исчезло в предрассветной мгле, растворившись вместе с влагой на панорамных окнах квартиры. С каждым прожитым часом, что-то светлое медленно умирало во мне, мечты превращались в прах, их уносил первый осенний ветерок.
Время для меня будто остановилось, замерло в тот самый день, когда она ушла. Мери была моим солнцем, но оно погасло вместе с верой и надеждой в хорошее. А я… я не прекращал попыток ее отыскать. Каждый чертов день звонил ей, не переставая. Слушал противный голос оператора, и проклинал свою слабость. Мери стала для меня чем-то вроде смертельно опасного вируса. Заражение прошло быстро, почти молниеносно. Пытался понять, когда именно это произошло.
Может быть, в тот самый вечер, когда впервые увидел ее на танцполе в «NEON’е»? Ночной клуб, как и всегда, был полон народу. Молодежь веселилась внизу, отрывалась под мировые музыкальные новинки лета, а я топил свою жизнь на дне бокала с виски. Сколько раз это повторялось? Я был там постоянным VIP-клиентом. Спасибо моему другу – владельцу заведения. Второй этаж принадлежал только нам – уставшим от жизни, но еще продолжающим дышать, светилам города. Такие люди, вроде меня, которые привыкли все покупать и продавать, искали в этом шумном местечке покой, как бы парадоксально это не звучало. Для меня «NEON» был своеобразной гаванью, где я привык заканчивать свой очередной, ничем не отличающийся от всех остальных, день. Алиса была рядом. Словно приветливая кошечка, которая живет сама по себе, но всегда возвращается к своему хозяину. Ее ласковые ручки и податливое тело были для меня лекарством от стресса и постоянных, отравляющих душу, мыслей. Наши отношения не имели под собой никакой основы. Только страсть и секс. Нас обоих устраивал подобный расклад, мы никогда не искали чего-то большего, заоблачного, возвышенного. Для меня не существовало понятий «любовь» или «привязанность». Я не верил женщинам, не видел в них ничего, кроме красивых, готовых меня удовлетворить, тел. И так было всегда.