Залетная гостья
Шрифт:
Последние дни я только и делала, что отходила от увлекательнейшего путешествия в мир эльфов. На утро следующего дня ноги гудели так, что с постели удалось сползти только в полдень. Дармир высказал опасения, что я все-таки хлебнула один-другой глоток мэноля и, как того следовало ожидать, мучаюсь головной болью. Однако я точно помнила, что Лисдар не дал мне этого сделать, хотя под конец не смотря на перваоначальное рвение не особо и хотелось. Но разубеждать брата я не стала: у него отчего-то и так было скверное настроение. А если он захочет сорваться на мне, то попросту закачу истерику. Не до раскланиваний и рассуждений: голова и вправду вкупе с ногами сильно болела. И наверное в счет будущей женитьбы против воли на ужасном человеке во имя благополучия семьи я имею право покапризничать.
На мое счастье в тот день
До вечера мы просидели не отрываясь от изучения магического «алфавита», состоящего из рунических символов. Они записывались на бумагу и воспроизводились впоследствии словесно или мысленно в зависимости от силы концентрации мага и вложенной в них мощи искры. Каждая руна, руной не являющаяся на самом деле, но очень ее мне внешне напоминающая, имела сложную энергетическую структуру. Соединяясь и образуя слова, тем самым обретая смысл, они складывались в одно плетение, нанизываясь друг на друга как петля за петлей при вязании. Их также можно было распустить, вплести в их рисунок новые нити и вообще работать как с пластилином. Главная сложность состояла в умении раздваивать сознание: следить за миром вокруг и одновременно держать в голове постоянно растущий рисунок, при этом проговаривая про себя заклинание. Спусковое слово-рычаг, активирующее всю конструкцию, обычно произносится вслух, хотя также может держаться и в голове. Как вишенка на торте, без которой кулинарное блюдо не совершенно и на стол не подается.
В тот день у меня сложилось ощущение, будто бы маги постоянно занимаются выводом сложной математической формулы. Приводят многострочное доказательство, которое не должно содержать в себе ни одной ошибки, иначе, как карточный домик, развалится и прощай весь кропотливый труд. Со временем, конечно, приходит понимание, и даже воспроизвести по памяти не составит труда. Если, разумеется, у тебя есть лет сто ничем не обремененной помимо этого жизни и не стареющий с годами разум, утрачивающий свою остроту и по кусочкам теряющий воспоминания о годах прожитой жизни. Я мысленно прорисовывала в голове рисунок каждого символа, ощущая внутри странное тепло, будто былы пила горячий шоколад, а чтобы не было так сладко – запивала каждый глоток холодной водой.
Весь следующий день я провела на лужайке перед домом. Мы вынесли на свежий воздух чайные столики и удобные кресла. В общей сложности я, Дар, Кэнит и Лесса обсуждали первые приготовления к свадебной церемонии. Руцел с семьей уже уехал, а Ру на связь так больше и не выходила. Дар, как самый старший среди нас и мастер слова, поведал, что бракосочетание сперва регистрируется в Департаменте семейного, жилищного и трудового права. Объединены эти отрасли были под одной крышей неслучайно: поскольку в этом мире царил вассалитет, то любое статусное изменение несвободного гражданина сопровождалось разрешением его сюзерена. А только после процессия направляется в храм Латуса.
– А домашним скромным торжеством обойтись нельзя, пригласив священника сюда? – поинтересовалась я, понимая, что даже если бы было можно, все равно по-моему бы не сделали.
– Смеешься? – встрепенулся Кэнит, роняя в траву надкусанное овсяное печенье. – Да то, что императора не будет, уже большое упущение! У него на этот день назначена встреча с послами из Думадара. А ближайший свадебный день – третий после новолуния в этом месяце.
Вечером «приемные» родители, Магорус и Лирана, устроили небольшой торжественный ужин, посвященный годовщине их знакомства. Были приглашены музыканты, на столах разложены вкусности, большинство из которых не сильно отличалось по составу и необычности от ужина с Даргомасом, но в целом атмосфера располагала к расслаблению. Пока Кэнит не предложил выйти во двор и попускать веселые
вихри. Все тут же оживились и высыпали из столовой зоны вон. Я не успела и слова вставить, что понятия не имею о каких вихрях идет речь, как Лесса уже набрасывала мне на плечи шаль - время после захода солнца быстро сменялось глубокой темной ночью и сопутствующей ей прохладой.Мы вышли на улицу и сразу же были встречены чередой громких залпов, запущенных куда-то ввысь. Сперва казалось, что на этом все и закончится, но нет: где-то на третьей секунде ожидания небо раскрасили разноцветные бескрайние купола, не оставляющие места темноте. Огромные цветы вырастали то тут то там под одобрительные крики родственников. Они сменялись изображениями животных, птиц, маленьких человечков с крылышками, драконами и еще какими-то незнакомыми мне существами. Внезапно, когда я уже смирилась с этим буйством красок, от которого начинало рябить в глазах, один из веселых вихрей решил почтить меня своим вниманием… Громадная, с красно-желтым оперением и по орлиному крючковатым клювом тварь взглянула на меня своими бриллиантовыми глазами и понеслась в направлении головы! Отчего окружающие ничего странного в поведении фейерверка не заметили, остается гадать.
А я не придумала ничего умнее, как побежать с криком раненого животного обратно в дом. Но тварь нагоняла! Я споткнулась о крыльцо, развалилась на нем в не самой элегантной позе, успела повернуться лицом навстречу опасности и выставить вперед руки. Незнакомое мне заклинание само сорвалось с губ, виски обожгло жаром, кончики пальцев задрожали, и из них вырвался луч ослепляюще белого света.
Сколько прошло времени не знала, поскольку боялась открыть глаза и взглянуть на результат самозащиты. Из оцепенения вырвали аплодисменты. Аплодисменты? Приоткрыв один глаз, оценила обстановку: хлопал Кэнит, а Дар готовился оторвать ему голову.
– Что случилось? – спросила я, опираясь на подставленную подбежавшей сестрой руку.
– Инициация! Инициация! Ты теперь официально считаешься волшебницей! – заорал Кэнит, вырываясь из-под захвата старшего брата. – Теперь Даргомас попляшет! С твоим запасом неистраченной за четверть века энергией ты можешь заставить его сплясать польку! – продолжал веселиться младший сын, когда отец ухватил его за отделанный кружевами рукав камзола.
– Уймись! – прогремел он, прилично встряхивая парня. – Что, если бы она не успела отреагировать? К испытаниям такого рода готовятся не год и не два!
– Но, отец, ты не видел, как она врезала ему в челюсть и как он отлетел в сторону… - принялся оправдываться Кэнит, не оставляя попыток освободиться.
Тогда я еще не могла оценить последствий этой некой инициации, из-за которой так перепугался Магорус, что не пожалел своей строгости по отношению к сыну. Зато последующие два дня прошли в глубоком обдумывании отвешенной брату оплеухи и открытии в себе новых граней. Стихийность уже успела проявить себя, поэтому ее проявлениям – то тут то там загорающейся мебели, шторам, обрушившемуся с потолка дождю и прогремевшей грозе – с легкой подачи Дара никто не удивлялся. А вот когда я внезапно принялась левитировать в неподходящей для этого библиотеке и приземлилась на одном из самых высоких стеллажей – стало не до шуток. Никого рядом не было, Кир занимался своими прямыми обязанности. Пришлось проявить сноровку и чудеса ловкости при приземлении вместе с книгами и опасно накренившимся под моим весом шкафом, который едва не завалился, как кости домино вслед за собой опрокинув стоящие спереди и сзади без малого четыре подобные ему копии.
А когда вчера я проснулась и отправилась умываться, то обнаружила в зеркале незнакомого мне человека! Это была одновременно я и не я: девушка с острыми чертами лица, залегшими под глазами тенями и слегка волнистыми нерасчесанными волосами градиентой окраски. Если кончики были светло-русыми, то ближе к середине уже отливали приличным медным оттенком, а у корней вовсе стали благородного орехового цвета. Одним словом, раскраска. Несочетаемый кошмар парикмахера. А когда Дармир решил провести следственный эксперимент и попросил повторить вслед за ним пару тройку незнакомых мне слов, при этом представляя в голове что-то материальное, чего бы я желала в данный момент (а в тот самый злополучный момент я желала преспокойно почистить зубы), то в итоге получила измазанную зубной пастой спальню и хохочущего брата. Смешно.