Чтение онлайн

– Его не грохнули для надежности?
– забеспокоился Мишка.

– Не исключено. Но это не единственный способ узнать адресок.

– Ладно, - Саша сдвинул посуду в сторону, снял с полки карту Москвы и Подмосковья.
– Андрей, где стрелку забивать?

– Смотря с какой целью.

– Ликвидировать, разумеется. Хочешь сказать, я переговоры вести с этими дебилами буду? Обойдутся.

– Тебе вообще всех надо убрать, или кого-то оставить можно?

Саша задумался.

– В общем-то, можно и оставить парочку на племя. Кто-то ведь еще бабки платить должен. Я не поеду, вам представляться нет нужды... Смотри сам, Андрей. По настроению.

–

Тогда так. По Новорязанке правый поворот на Лыткарино. Ехать до указателя на карьеры. У того карьера, что расположен ровно в километре от поворота, я и буду их ждать. Он заметный - все уже отработанные и залитые водой, а этот пока сухой. Завтра, точнее, уже сегодня, суббота, но народу там не бывает, место заброшенное, так что пострелять можно вволю. Или, если хочешь, пусть едут на наш полигон. Далековато, правда, зато для нас совершенно безопасно.

Саша посмотрел по карте.

– Карьер так карьер. На полигоне им делать нечего.

Звякнул телефон. Саша прижал его к уху плечом, перетаскивая посуду в раковину.

– Да?

– Доброе утро, - поздоровался вежливый Кирюша Логинов.
– Весьма сожалею, что приходится беспокоить...

– Да ладно тебе, в самом деле. Что нового сообщил этот осел?

– В десять утра он подъедет в офис ко мне с бригадой громил. Требует, чтобы я приготовил пятьдесят тысяч баксов налом. Если сразу не отстегну минимум двадцатку, пошлет своих обезьян за моей семьей.

– Фу, как это мелко - полтинник... Я за один телефонный звонок больше возьму. Кирилл, мой тебе совет: отключи телефон и ложись спать. Остальное мои проблемы. Если у тебя других забот в банке нет, кроме Кистеня, то сиди дома или на рыбалку катись. Только жену и дочь без присмотра не оставляй. Мои ребята поблизости покрутятся, но береженого бог бережет, сам знаешь.

– Я вот по этому поводу и хотел обратиться к тебе с просьбой. Видишь ли, мы с женой приглашены завтра вечером, Лилечка дома одна остается. Не возьмешь под крыло? Лично, по большой дружбе. Ребята - это все прекрасно, но с тобой надежнее.

Саша закатил глаза. О Господи, начинается сводничество.

– Я освобожусь не раньше восьми вечера.

– Мы сами из дома только в девять выходим, так что как раз получается, что она без присмотра не остается.

– Ладно, раз ты так просишь... До завтра.

Следующий телефонный звонок пришел на Валеркин мобильный. Валерка выслушал донесение агента, кивнул.

– Мужика действительно грохнули. Только что труп на путях обнаружили. Мой парень побывал там несколько раньше ментов, поэтому позаимствовал записную книжку. Там полный список квартир, в которые тот подселял приезжих на несколько дней. В общем, сейчас он доедет до дому, проверит хаты по картотеке, отберет подходящие и позвонит. Думаю, таких, где без труда поместится двадцать братков, найдется от силы две или три штуки.

...Отбор был закончен к шести утра. Валеркин агент предложил на выбор четыре квартиры - три трешки и одну четырехкомнатную. Скорее всего, Кистень обосновался в последней, хотя могло оказаться и так, что поселился в той, что ближе всего к вокзалу.

Как оказалось, Кистень проживал в трехкомнатной, но наиболее неудачно расположенной квартире - аж в Капотне. В другие его без аванса пускать, видимо, не захотели. Саша забил стрелку, морщась от дичайшего жаргона и фантастической безграмотности оппонента. Нет, с измайловскими враждовать куда приятнее... Обсудив все детали, ребята разошлись. Валерка отправился досматривать прерванный сон, ВДВ пошел собирать свою десятку - их ждали для "разбора"

в десять утра. А Саша с Мишкой поехали в офис.

Сверху просто замечательно было видно, как по извилистой дорожке, ведущей на дно карьера, осторожно ползет темно-серая "девятка". Вадик Пересмешник глянул на часы, показал циферблат ВДВ. Восемь-ноль-пять.

– Может, отдыхающие? Номера московские... Какой-нибудь балбес с телкой решили позагорать и потрахаться на свежем воздухе.

– Нет. Это наша жопа приехала, - уверенно сказал ВДВ.
– Тачка угнанная - смотри, ветровое стекло разбито. Даже пленкой не затянуто хозяин не допустит такого безобразия. А эти красавцы на поезде явились. На разборку пешком не попрешься, хоть ты тресни, но машина нужна, и не одна. Вот они и разжились транспортом.

Серая машинка остановилась далеко внизу, наружу выскочили два пацана лет двадцати двух от силы, прищурились на солнце, оглядывая верхушки насыпных гор. Молодые, а зубы золотые. Вот идиоты - зачем пасть металлом портить-то лишний раз...

– Дурни, бинокль возьмите, - пробормотал Вадик.
– Не видно же нихрена.

Будто услышав совет, один нырнул в тачку, вытащил какую-то оптику. ВДВ демонстративно закурил, даже не пытаясь прижаться к земле - все равно в песочном камуфляже его не разглядят. Парни внизу передавали бинокль из рук в руки, оживленно жестикулируя и показывая на удобные, с их точки зрения, места размещения бойцов.

– Идиоты, - ВДВ презрительно сплюнул.
– Я бы вообще в карьер не поехал. Самое гиблое место. В крайнем случае, приехал бы за сутки и разогнал людей по верхам. Внизу делать нечего, если только удобные могилки копать. Коран никто не прихватил?

– Зачем?
– изумился Пересмешник.

– Что-нибудь вроде заупокойной почитать. Они же мусульмане, по-моему. Нет? Казань вроде татарский город.

Вадик не ответил. Пара из "девятки" полезла наверх, но забираться высоко не стала. Насмотрелись, спустились, сели в машину и уехали.

– Понятно, - резюмировал ВДВ.
– Даже плохонького "уоки-токи" нет. Совсем неподготовленные ребята. Неинтересно.

– Ничего, на твоем примере научатся. Продемонстрируешь им искусство...

– Какое искусство?
– поморщился ВДВ.
– Кому? Этим дебилам? Да по ним интернат для умственно отсталых плачет. Не поймут.

Когда разведчики противника свалили восвояси, все расслабились. До десяти часов делать явно нечего. ВДВ, правда, шипел - чтобы дисциплина не расшатывалась, и камуфляж сбрасывать не позволил. Мол, солнышко в утренние часы самое полезное, но загорать в другой день будем.

Шум моторов они заслышали в половине десятого.

– Надо же, - удивился Вадик.
– Все-таки доперли пораньше приехать.

Люди тут же бесшумно расползлись по местам. Последний раз проверяли оружие, занимали положение для стрельбы. ВДВ достал "уоки-токи" - на разборке рация для руководства куда удобней сотового телефона.

Три машины, знакомой серой "девятки" не было. На всю округу разнеслись звуки бодрой попсы - одна из тачек, видимо, была оснащена мощной акустической системой. Одна машина остановилась на въезде, отъехав немного в сторону: с главной дороги ее заметить было сложно, пропустив противника, эта группа загородила бы путь к отступлению. Остальные встали чуть ли не как придется. Вывалили наружу, потягиваясь и оглядываясь. Потом вытащили на свет божий автоматы. Передергивали затворы, ржали над дурацкими анекдотами, сверкая золотыми фиксами. Кто-то извлек из багажника ящик пива - надо же время как-то скоротать.