Чтение онлайн

– Что, уже на колесах?! – не поверил своим ушам Кац. Лицо его более не выражало вселенской печали.

– Вон, внизу, на стоянке, «девятка» «мокрый асфальт». Я решил, что для начала поезжу годик на русской моторашке, а потом, когда раскручусь, возьму себе «мерс», – поделился своими стратегическими намерениями Макс. – Слушай, у меня все твой Милославский из головы не выходит… Может, у него какие-нибудь неприятности, в семье или еще где… Он ничего такого не говорил? Просто так люди с ума не сходят.

– Не знаю, – пожал плечами Миша. – Вообще-то у него насчет «быков» давно зашкаливало, но я постоянно его удерживал, объяснял перспективу. Просто не повезло мальчику – уродился слишком

честным. У него в жизни вообще всего две цели – компьютеры и штанга. Все никак не может понять, почему он должен отдавать каким-то бывшим двоечникам с квадратными рожами свои честно заработанные денежки. Ему с таким характером и габаритами нужно было не в институт поступать, а в милицию, в спецназ. Там бы Милославскому цены не было, это точно! Вон по радио однажды передавали, что какой-то волк-одиночка, явно бывший спецназовец, по прозвищу Ворон, уделал троих отпетых, вооруженных до зубов уголовников, спас девочку, дочку известного банкира. Вот на такую бы работенку наш Стас вполне сгодился.

Кац поднял стакан, залпом выпил водку и с чувством выдохнул. Закусил последним лежащим на газетке огурчиком. Пригладил ладонями темные вьющиеся волосы и хитро посмотрел на Денисова, толкнув его в бок.

– Стас о себе позаботится, не бойся. А вот с тебя, кажись, причитается!.. По случаю успешного завершения аферы, а?

– Знаю, – кивнул Денисов задумчиво и улыбнулся. – У меня уже есть кое-какой план. Для этого и прибыл.

– И банька будет? – мечтательно закатил глаза Миша.

– Будет, – пообещал Макс. – И банька. И, возможно, банщицы. Все по первому классу. – Он засмеялся – весело и легко, как смеется человек, закончивший трудное и важное дело. – Сегодня я буду заказывать музыку! – пригрозил он кому-то. – Сегодня – мой день!

Ее звали Карина. Безумно красивая, надменно-высокомерная, напрочь испорченная папочкиными миллионами кукла, с пронзительно-синими глазами, гладкой загорелой кожей, упругой грудью и длиннющими, чуть ли не от ушей, стройными ногами. Он слишком хорошо помнил, как, хватив лишнего на ее дне рождения, куда был скопом приглашен весь их курс, в элитном и безумно дорогом ресторане «Рандеву ковбоя», уволок ее, полупьяную, в угол зала, прижал к стенке и взахлеб рассказал о своих чувствах, не покидающих его еще с первого курса.

– Ты такой смешной и милый, Максик! – рассмеялась тогда ему прямо в лицо Карина, снисходительно погладив рукой по волосам, точно маленького ребенка. – Ты, конечно, парень симпатичный и наверняка мог бы стать хорошим любовником и бойфрендом. Но что ты можешь мне дать из того, к чему я привыкла?! Ни-че-го! У тебя нет даже машины!

– Значит, если бы я швырялся бабками, как твой Вадик, сыночек продажного мента с большими погонами, то… – сразу обозлился Денисов, но Карина прикрыла ему губы своей мягкой ладошкой и сказала:

– Вот когда сможешь делать мне дорогие подарки, тогда уж, так и быть, можешь набрать мой домашний номер телефона! А сейчас, извини, мне пора вернуться к гостям. – И, небрежно потрепав Максима по щеке, дочка банкира освободилась из его объятий и, плавно покачивая стиснутыми узким вечерним платьем бедрами, не спеша удалилась. И десять секунд спустя бросилась на шею едва стоящему на ногах в толпе танцующих сокурсников Вадику.

Все романтические чувства Денисова сразу как ветром сдуло, но он поклялся себе тогда, что во что бы то ни стало завоюет эту дорогую, красивую и необыкновенно сексуальную куклу. Не пройдет и года, как она будет лежать перед ним с раздвинутыми ногами и умолять оттрахать ее так, как до него еще никто и никогда не смог.

Карина не относилась к тому типу женщин, которых любят.

Таких нельзя любить, их можно только хотеть! Иногда подобное чувство можно ненадолго перепутать с любовью, но потом обязательно наступает момент, когда начинаешь понимать, что кроме жажды обладания роскошным телом, никаких иных желаний ты не испытываешь. В жизни почти каждого мужчины бывают периоды увлечения роковыми женщинами, когда им кажется, что ради одной-единственной ночи в постели с секс-бомбой они готовы оставить семью и жену, с которой прожили много лет, потерять любимую работу, друзей, выбросить на ветер все имеющиеся на этот момент деньги. Желание любыми способами насладиться близостью с безумно притягательной женщиной, от одного взгляда на которую затуманивается разум, а сердце в сто крат увеличивает частоту ударов, бывает совершенно неудержимым. Именно из-за таких женщин мужчина идет на измену, предательство, убийство, из-за них теряет все и в конце концов остается голым и опустошенным. А она, выжавшая его до последней капли, небрежно машет на прощанье ручкой и уходит к следующему безумцу, готовому сойти с ума от переизбытка хлынувших в кровь гормонов.

Но Максим понимал, что для него Карина – это та прекрасная и колючая роза, которую сначала хочется, обдирая руки, сорвать, насладиться пьянящим ароматом, а уж потом без малейшего сожаления выбросить в первый попавшийся мусорный контейнер. Но за этот пьянящий аромат он готов был дорого заплатить.

Семейство банкира Отто Миллера, этнического немца, проживало в расположенной в стороне от постороннего глаза роскошной трехэтажной вилле, в сорока минутах езды на автомобиле от центра города. «Скромный» белоснежный домишко очень смахивал на родовой замок принца Баварии, только размерами слегка поменьше. Подземный гараж на четыре автомобиля, высокие окна с витражами, красная импортная черепица, видеокамеры, личный теннисный корт, прозрачный купол над открытым бассейном и высокий забор с автоматическими воротами…

– Ни хрена себе! – коротко и доходчиво озвучил Миша Кац нахлынувшие на него эмоции при виде «скромного» загородного домика. – Так ты шлюху из этого дома себе присмотрел? Ни дать ни взять – сирота казанская!

– Ну, я пошел! – Собравшись с духом, Денисов щелчком выкинул окурок сквозь распахнутую дверь остановившейся в нескольких метрах от ворот «девятки» и вышел из машины. – Если не вернусь – отомсти за меня, друг.

– Куда ты на фиг денешься, – философски заметил Миша, жадно открывая черную жестяную банку с изображением белого медведя. Кац начинал трезветь и припасенное Максимом пиво оказалось как нельзя кстати.

Денисов направился к виднеющейся справа от ворот двери, несомненно бронированной, но снаружи аккуратно отделанной темным деревом. Рядом с дверью он обнаружил звонок и сильно нажал на него несколько раз. Тотчас где-то в глубине двора захлебнулась отчаянным лаем здоровенная псина, а спустя минуту щелкнуло вмонтированное в стену переговорное устройство и грубый мужской голос, наверняка принадлежавший одному из телохранителей банкира, произнес:

– Слушаю вас.

– Добрый вечер, – вежливо поздоровался Максим. – Извините, а Карина дома?

– А вы кто такой?

– Я Максим Денисов, сокурсник Карины по институту.

– Подождите, я передам, что вы пришли. – В переговорном устройстве что-то щелкнуло. Вскоре во дворе дома послышался торопливый стук каблуков, сопровождаемый тихим шорохом следующих по пятам шагов. Сработал электронный замок, и дверь распахнулась. Перед Максимом в светло-голубой рубашке и таких же джинсах, в накинутой на плечи белой кожаной курточке стояла Карина. Позади нее, внимательно разглядывая Денисова, возвышался громила в черном костюме.