Заклинательница бури
Шрифт:
— Что ты здесь делаешь? — наконец, хрипло спросила она. И от голоса ведьмы пробежали мурашки.
— Жду тебя. Мне показалось, ты была взволнована, я хотел удостовериться, что все в порядке.
— Взволнована?
— Ты хотела о чем-то поговорить, когда приходила, — нахмурился, подставляя девушке руку. Софи ощутимо шатало.
— Да? Давай, завтра поговорим. Сейчас… я очень хочу спать.
— Точно все хорошо? — вгляделся я в отрешенное лицо Заклинательницы.
— Да, — девушка казалась отчужденной и холодной, еще более холодной, чем обычно. Она витала где-то
— Если ты настаиваешь…
— Знаешь, — спустя несколько лучей произнесла она, — мне кажется, что сегодня я словно заново родилась.
— Софи?
— Извини. Мысли вслух, — она улыбнулась и впервые за все время, что мы шли, осмысленно посмотрела на меня. — Почему я никогда раньше не замечала, какой ты?
— Что?
Ведьма коснулась пальцем моей щеки.
— И теплый. Ты гораздо теплее, чем я, — странная улыбка заиграла на бледных губах. — Сегодня была невероятная ночь, согласен? А еще я не знала, что ты так хорошо играешь, почему никогда не слышала этого раньше?
— Я же не уличный артист или музыкант, — хмыкнул в ответ, сбитый с толку словами Заклинательницы, осторожно ведя ее через мост. — Я — Повелитель Северных Земель, Александр Гротери.
— Да. Повелитель. А если я попрошу, ты для меня сыграешь?
— Сейчас? — я совсем не мог ее понять. Чувствовал тело, прижимающееся ко мне, ладонь на своей руке, ощущал дыхание и запах морошки, а вот саму ведьму не чувствовал.
Казалось, она все еще была не со мной, и почему-то это нервировало.
— Нет. Сейчас я хочу спать. Потом, когда-нибудь.
— Сыграю, — как обреченный вздохнул я, Софи только кивнула.
Так, в молчании, мы дошли до ее комнаты, я открыл дверь, вместе с ней вошел внутрь.
— Тебе ничего не нужно? Может, служанку позвать?
— Служанку? Нет. Не… Хотя стой, нужно, — она улыбнулась, поворачиваясь, кладя руки мне на грудь.
— Что ты делаешь, ведьма?
— Мне нужен поцелуй на ночь, Александр Гротери.
— Что? — я не верил тому, что слышал.
— Поцелуй меня, — она приподнялась, обвила мою шею руками и коснулась моих губ.
Софи. Софи меня целовала. Сама. А я стоял, замерев, чувствуя ее губы на своих, со стойким ощущением, что что-то не так.
— Софи, — я отстранил от себя девушку, — ты сейчас не в себе. Давай отложим этот поцелуй тоже до завтра, — заклинательница постояла несколько лучей в моих руках, не шевелясь, только внимательно и ехидно меня разглядывая, а потом отвернулась и направилась в ванную.
— Как скажешь, Александр Гротери, как скажешь. Но не думай, что я забуду, — она на ходу начала расшнуровывать корсет платья, я сглотнул ком в горле. — Спокойной ночи, — насмешливо улыбнулась Софи через плечо и скрылась в ванной.
Я еще несколько лучей слушал, как шуршит за дверью ткань, а потом развернулся на каблуках и вышел, стараясь успокоиться.
Я чего-то не понимаю? Не знаю?
Ночь, судя по всему, будет долгой.
Когда я спустился к завтраку, Софи уже сидела за столом, все такая же отрешенная, как и прошлой
ночью. Ведьма медленно помешивала чай и смотрела в кружку, словно пытаясь разглядеть что-то на ее дне. Волосы, как всегда, убраны в строгий пучок, руки в перчатках и строгое серое платье с воротником под горло.Я смотрел на нее, и в памяти всплывала совсем другая картинка, другой образ ведьмы, заставлявший кровь быстрее бежать по венам.
Вскочившие при моем появлении со своих мест груны и эльфы закрыли на несколько вдохов от меня Заклинательницу, а когда все снова сели на места, Софи оказалась стоящей передо мной.
— Я буду в саду, — шепнула она, проходя мимо. — Нам надо поговорить.
Я лишь кивнул, ничего не понимая, и проследил глазами за уходом ведьмы в сопровождении двух охранников. Ее чай так и остался нетронутым на столе.
Разговоры за столом текли неспешные, общее настроение у всех было приподнятое, мужчины флиртовали, женщины в ответ строили глазки, принцесса живо о чем-то беседовала с Ладой, а вдова Нежская упорно и слишком открыто строила мне глазки, "соблазнительно" закусывая губы.
— Что-то случилось? — хитро поблескивая глазами, тихо спросила Сабрина.
— Не выспался, — пожал я плечами.
— Да? — протянула герцогиня почти издевательски. — И почему?
— Я не буду говорить тебе то, что ты и без того знаешь, — хмыкнул, намазывая свежий хлеб маслом.
— Скажи, а ты ничего не замечаешь?
— Конкретно сейчас?
— Да.
Я оглядел стол, присутствующих, обеденный зал, слуг, но ничего не заметил. Все было, как всегда. Вот только гуляющая где-то в саду Софи не давала покоя, а ее пустое место за столом справа от меня казалось неправильным.
— Нет.
— Хорошо, давай по-другому. Сколько сейчас времени? — притворно вздохнула Сабрина.
— Восемь.
— А теперь еще раз посмотри на гостей.
Я покорно выполнил просьбу, стараясь побыстрее запихнуть в себя кашу с орехами.
Никак Заклинательница постаралась. Придется есть.
— Ну и?
— Так. Я все еще спокойна. Во сколько мы вчера разошлись?
— Около двух, — я вообще отказывался что-либо понимать. — И?
— Не видишь, ничего, да?
— Не вижу.
— Зима, Алекс, какой ты слепой! Посмотри на девушек.
— Твою сову! Сабрина! Говори уже, что не так? — не выдержал в итоге я, откладывая ложку.
— Они все здесь ради тебя, — улыбнулась женщина.
— Что?
— Посмотри, как разодеты, какие прически, улыбки, взгляды. Не только у Нежской. Это же во сколько надо было встать, чтобы подготовиться?
— Мне все это, — я обвел рукой пестрый карнавал, — не интересно. Зачем ты мне об этом говоришь?
— Да не зачем, — легко пожала плечами герцогиня, — просто удивляюсь, что ты такой невнимательный. Обычно ты женскую красоту замечаешь, а тут… Даже вдову вчера выставил, так ничего и не сделав. Бедняжки, они так впечатлены твоей игрой, думают, ледяное сердце растает.
Я напрягся, сморщился, стиснул челюсти и кулаки.
— Нет, никак.
— Шут, балаганный шут, — закатила глаза Сабрина.