Заговор теней
Шрифт:
Алый и золотой росчерки так красиво смотрелись на фоне бархатного черного неба, алой луны и золотых звезд…
Встряхнувшись, Карен сбросила оцепенение, накатившее на нее, и повернулась на звук открывшейся двери. Стар вышел из ванной, остановился на пороге:
– Карен?
– А ты ждал кого-то другого? – удивилась стихиария.
– Нет, я всегда жду только тебя, – улыбнулся вампир, проходя в комнату и садясь на кровать. – Что тебя привело?
– Наверное, зависть… такая легкая, но колючая… Я бы…
– Хотела так же?
– Нет! Нет… – Карен покачала
Стар притянул девушку к себе за плечи, поцеловал…
– Так лучше? – усмехнулся он одними глазами.
Стихиария задумалась:
– Нет.
– А вот так…
Какое-то время Стар доказывал девушке, что жизнь не такая уж и плохая штука, а зависть – как раз таки плохая.
Когда же Карен лежала на груди вампира, а он задумчиво перебирал пряди ее волос, стихиария тихо спросила:
– А что дальше?
– Дальше? – Стар улыбнулся. – Возвращаемся домой. Я тебя представлю тем, кто обеспечивает наш с тобой дом комфортом. Затем Лея проведет для нас шикарную свадебную церемонию. Чтобы было много-много времени на подготовку, чтобы ты успела и поволноваться, и побыть на девичнике.
– А потом?
– Потом ты станешь моей женой.
– Потом? – улыбнулась Карен, приподнимаясь.
– Потом мы что-нибудь решим вместе.
– Какой ты, – засмеялась девушка, садясь на кровати и закутываясь в тонкую простыню.
– Влюбленный, – засмеялся и вампир, легко дернув девушку за золотые пряди. – Карен.
– Что?
– Выброси из головы свои плохие мысли, у нас обязательно все получится.
– Думаешь? – улыбнулась стихиария.
– Да. Карен…
– Что?
– Не уходи сегодня. – Вампир легко потянул любимую обратно к себе.
– Но…
– Все равно наши друзья все знают. А мнение остальных разве тебя волнует?
– Нет…
Через пару часов в окно заглянул отблеск алой луны, скользнул по отдыхающей паре, высветил золотой локон девушки, так доверчиво спящей в руках темноволосого мужчины.
Луч скользнул дальше, пробежался по комнате, просочился в спальню, где сидел на широком подоконнике эльф. Сгустился, принимая форму, – Вир едва успел повернуться, чтобы поймать в свои объятия сияющую от удовольствия девушку.
– Ари?
– Не смогла удержаться! Поняла, что у вас небольшой перерыв и решила прийти.
– Я рад тебя видеть, – улыбнулся эльф.
– Как Лея?
– Отдали ее замуж, – усмехнулся Вир.
– Решили все дружно обзавестись вторыми законными половинками? – удивилась Ари.
Вир кивнул, притягивая девушку к себе:
– Возможно…
Ари устроилась в его руках:
– Вир…
– Что?
– Мы однажды будем вместе?
– Мы уже вместе. И это ничто не изменит. Ничто и никто, – отозвался эльф.
– А если демиург захочет все исправить, переписать наши судьбы?
– Это
не поможет, – покачал головой Вир. – Уже ничего не поможет. Я тебя никому не отдам. Никогда.Ари кивнула, склонила голову на его плечо и вскоре уснула. А эльф еще долго сидел на подоконнике, наблюдая за тем, как далеко-далеко, почти на краю неба, скользят два росчерка света.
А потом глаза наконец сомкнулись, и эльф заснул вместе с женой на подоконнике.
В небольшой круглой комнате было тихо. За стеклянным куполом-крышей шел дождь, его тяжелые капли стучали по поверхности, сбегали вниз прозрачными дорожками.
В центре комнаты стояло кресло-качалка. Словно в нем кто-то сидел, оно мерно покачивалось и едва слышно поскрипывало.
А вокруг – в воздухе, на полках, на полу – были вещи. Кому-то они напомнили бы детские игрушки, но вряд ли дети играли бы такими вещами. Время от времени какая-нибудь «игрушка» окрашивалась разноцветными цветами, вспыхивала жаркой эмоцией и снова затихала. В этот момент качалка ненадолго замирала, а затем снова начинала свое неторопливое движение.
Прямо напротив кресла в воздухе висел кубик с разноцветными гранями, поделенными на маленькие квадратики. Периодически квадратики менялись местами, то образуя единую цветовую грань, то перемешиваясь.
Кубик крутился в воздухе, иногда среди его квадратиков появлялись «грязные» пятна, которые словно впитывали, засасывали в себя окружающие цвета. А однажды кубик полыхнул ярким светом, и один квадратик приобрел мягкий перламутровый оттенок, нежно переливающийся во тьме…
В столовой звезда собралась ближе к обеду. Все выспавшиеся, отлично себя чувствующие, и вообще, демонстрирующие всем своим видом, что жизнь удалась. Устроившись впятером за одним столом, друзья посмотрели друг на друга.
– Вир, – прыснула наконец Лея, – я все понимаю, но не лучше ли было спать в кровати?
Эльф, не дрогнув, встретил взгляд демонессы, только заалели кончики длинных ушей.
– Подглядывала? – аристократически осведомился он.
– Что ты! – в тон ему ответила демонесса. – Просто мы с Нейлом укладывали вас в кровать.
– А я думал, в замке хорошие домовые водятся, – вздохнул Вир. – А то уснул на подоконнике, утром глаза открываю – над головой огромное небо, красивое. Ну я и подумал, что из окна вывалился, теперь лежу на земле, небеса изучая. Откуда ж мне было знать, что во дворце на потолках везде такая сложная иллюзия?
Друзья покатились со смеху. Кончики ушей эльфа заалели еще сильнее. Лея дотянулась до щеки эльфа и чмокнула его.
– Не сердись. Мы любя.
– Любя? – удивился Вир, не увидев в глазах дракона никакой ревности или недовольства.
Демонесса закивала.
– Ну да. Теперь же, – бросила она на Нейла лукавый и притворно-недовольный взгляд, – благодаря некоторым чешуйчатым с рожками, мы одна семья официально.
– Ты недовольна? – спросила Карен, занятая поглощением второй баночки мороженого, которую она увела из-под носа вампира.