Чтение онлайн

Едва я вернулся в совхоз, меня опять позвал Михаил Михайлович, кто-то должен звонить из Ташкента. Посидели мы минут 15, и зазвонил телефон по межгороду. Я взял трубку и услышал голос Быстренко Виктора Васильевича. Оказалось, они с Ахромеевым прилетели в ТуркВО и обязательно им нужно встретиться со мной. «Много вопросов накопилось», — договорил уже Ахромеев, наш начальник штаба СВПК СССР.

Тогда мы с Михаилом Михайловичем договорились, что я поеду в Ташкент, встречусь с Ахромеевым и Быстренко и задержусь в техникуме для сдачи экзаменов — учеба есть учеба, ведь я должен что-то знать, а работать на «гражданке» мне придется долго, возможно до пенсии. На второй день директорский «Москвич-403» подвез меня и двух шоферов для получения двух автомобилей — ГАЗ-69 и «Победы» с какой-то базы до остановки такси Чимкент-Ташкент.

Итак,

мы 2 ноября встретились в ТуркВО с Ахромеевым и Быстренко, меня ин¬ тересовали дела работы нашей контрразведки за океаном и на Западе, а также то, как обстоят дела с обезвреживанием лазутчиков, идущих через Польшу и Прикарпатье. Однако Ахромеев и Быстренко приехали с другой миссией. Они сообщили, что Василий Вершинин передал, что Аллен Даллес решил посетить Европу и особенно Швейцарию. Мы все хорошо знали то, что Швейцарию и Австрию посещают все шпионы мира для проведения общих операций против какой-то выбранной страны разведкой США. Но коль это сборище намечено Даллесом, то нам известно, против кого собирает все силы этот старый прохвост. Его визит носил чрезвычайно секретный характер, даже от правительства США, но для нашей контрразведки секретов не существовало. Приезд этот был запланирован на 20 ноября 1957 года. Времени было еще много, и я решил разделаться с техникумом и вылететь в Швейцарию вместе с В. Быстренко.

Цель была одна — убрать этого смутьяна и убийцу с дороги всего человечества на Земле. Где останавливался и в каком ресторане любил потрапезничать Аллен Даллес, нам хорошо было известно с той поры, когда он разъезжал разведчиком США по всей Европе. 21 ноября мы с Виктором Быстренко уже были в Женеве, где иногда трапезничал Даллес. Но в этот раз он здесь не появлялся, хотя англичан и французов мы видели в «зеленом ресторане» (это на улице, под деревьями). Наши люди были оповещены и шныряли не только по Швейцарии, но и Австрии. 23 ноября мы узнали, что Даллес появился в Берне, то есть там, где он чаще всего бывал и где даже во время войны содержал две явочные квартиры. Наш сотрудник немедленно нанялся в этот уютный и небольшой ресторанчик (как его ласково именуют, птичник) официантом, получив задание при этом угостить Даллеса так, чтобы его хватило не более чем на 5 часов. 27 ноября 1957 года мы зашли в этот ресторанчик со своими «птичками», которые являлись нашими сотрудницами, и стали раскованно себя вести: разговаривать и танцевать, у меня же, как назло, под маской так чесался подбородок (а все мы были в специальных масках — усы и бородка, измененный нос и тому подобное), что я был готов сорвать ее и уйти. Мы уселись в хорошее место в углу под пальмой, где официанткой была женщина средних лет, а через один ряд столов обслу живал уже наш «официант» — Степан Шульженко. Так как было уточнено, что Даллес, когда приходил на трапезу, занимал место либо где мы сидели, либо в другом углу под мощной египетской розой, высоким растением, под потолок, с алыми, яркими и крупными цветами.

Минут через 20–25 зашли Даллес, Брус, его постоянный помощник, и с ними еще 2 человека, нам не известных. Но к неожиданности для нас всех Даллес со своей свитой сел за столик в нашем ряду, против окна, откуда хорошо просматривалась булыжная улица. Неожиданность была крайне неприятная. Всегда он усаживался на два определенных столика, о которых я говорил выше, и никогда не садился в другие места.

«Наш» официант их и обслуживал, эти столики, и принес бы все, что необходимо. Но Даллес сел за другой стол, к другой официантке. А стрелять нам никак нельзя было.

Заказали они, команда Аллена Даллеса, по стакану фруктового сока, посидели 37 минут и, рассчитавшись с официанткой, ушли. Мы же остались не солоно хлебавши, теряясь в догадках. По докладу наших постовых, Даллеса и его команду поджидал автомобиль, на который они сели и скрылись за поворотом. Так наша цель не была осуществлена. Посидели мы в ресторане еще минут 20 и, рассчитавшись с официанткой, покинули ресторан. Попытка уничтожить фашиста Даллеса не увенчалась успехом, так как Даллес в этот же день улетел в США. Его нервозное состояние мы хорошо заметили, будучи почти рядом в ресторане. Этого надо было ожидать, так как его авантюры проваливались, с нашей помощью, одна за другой.

Нашей контрразведке было известно, что в послевоенные годы Австрия и Швейцария превратились

в сборища шпионов Запада. Мы не могли им позволить плести против нас паутину, поэтому тоже были здесь. Разместившись в гостинице Давоса, провели маленькое совещание по ужесточению контроля над заброской западной агентуры в страны социализма. Дело доходило до абсурда, когда люди Даллеса предлагали свои услуги по шпионской деятельности против США. Однако кто был кем, мы аккуратно и тщательно распознавали. Когда попадались действительно решившие подзаработать, с такими мы быстро находили общий язык и направляли их деятельность в нужном нам направлении.

В крайнем случае, могу откровенно заявить, что перевербовка (а этим занимался и Даллес) американцев была как 40 к 1, в пользу СВПК СССР. Некоторые ЦРУшники и сейчас превосходно помогают нашей контрразведке СССР. А тогда, в трудные для нас времена, когда наши противники уже считали себя победителями в холодной войне против СССР, я говорил, что не стоит спешить с выводами, — еще не вечер.

Тогда мы поколесили по Европе месяца полтора и вернулись в Москву 14 января 1958 года. В Москве мы встретились с Г. К. Жуковым. Я ему рассказал про удачи и про неудачу с Даллесом. Я спросил Г. К Жукова об их отношениях с Хрущевым, он ответил:

— Нормальные, хотя как всегда Хрущев неуклюже провел тот Пленум о моем «увольнении». На спектакле с этим моим «увольнением», как на рентгене, выявились все мелкие душонки лицемеров и оборотней как из окружения Хрущева, так и из моего окружения. Порой диву даешься, как меняются люди, но думаю, что все эти приспособленцы недолговечны.

Нашей контрразведке было поручено пленить и вывозить врачей-изуверов, бывших на службе третьего рейха. Тем же, кого вывезти на территорию СССР было невозможно, зачитывался приговор военного трибунала, и их расстреливали на месте.

Нас, сотрудников СВПК СССР, удивляло одно немаловажное политическое явление. Было известно, что среди высшего звена гитлеровского генералитета находились евреи, но когда попадали в наши сети гитлеровские врачи-евреи, мы терялись в догадках. Ведь гитлеровский фашизм уничтожал евреев, но почему же тогда врачи-евреи служили Гитлеру верой и правдой? Эти врачи гитлеровского фашизма — евреи по национальности, тоже были врачами-извергами, не слабее других в своей бесчеловечности, ставили всевозможные эксперименты над женщинами оккупированных территорий, в том числе и над еврейками.

Я давно убедился, что в криминальных, финансовых и политических делах не бывает национальностей. То есть только порядочные люди сохраняют человеческие ценности, находясь у вершин бизнеса или политики, сохраняют человеческие привязанности, уважение к своей нации и к другим нациям, естественно, тоже. Но порядочные люди не часто оказываются у кормила высокой власти. К общей беде, возглавляют крупнейшие финансовые корпорации часто люди, одержимые идеей стяжательства, люди, для которых не существует ни моральных ограничений, ни законодательных, потому что они — над законом, то есть все могут оплатить и купить. Они не щадят никого, не только соплеменников, даже родственников уничтожают без малейшего сочувствия. Только этим можно объяснить эксперименты названных мной выше лагерных врачей еврейской национальности. Так же, как и немецкие врачи-лагерники уничтожали с издевательствами заключенных немцев-коммунистов. Вот на этой финансово-аморальной базе и созданы воинственно¬ разрушительные системы, представляющие сегодня опасность для существования всего человечества.

Возвращаясь к поиску нашими людьми врачей-изуверов, обращаю внимание читателя, что американцы тогда не только охраняли их, этих извергов, но и прятали, перевозили их из одной страны в другую. Поэтому наши контрразведчики, не считаясь с жизнью и временем, отыскивали этих преступников. Зачитав им приговор военного трибунала, расстреливали их на месте. Как пример, приведу некоего Махима Айдмана, который покалечил на территории Белоруссии 947 девушек и женщин, на территории Молдавии и Украины — 1314 женщин. Скрывался он в Италии, в Мила¬ не, конечно, под другой фамилией. 11 января он был вывезен за Милан, ему был зачитан приговор военного трибунала за все его «героические действия». После чего его расстреляли и оставили в песчаном карьере, на счастье ворон.