Чтение онлайн

— Это корреспондент CNN Коттен Стоун, — представил помощник.

Коттен и Ванесса минут десять простояли в очереди, чтобы познакомиться с Робертом Уингейтом.

— Очень приятно, мисс Стоун. — Уингейт протянул руку. — Поздравляю, вы сделали исключительный репортаж об этой удивительной истории с Граалем. Нечасто бывает, что корреспондент попадает в новости и сам же их преподносит. Отличная работа.

— Благодарю вас.

— Я заметил, что вы появлялись и на ток-шоу. Вы стали довольно знамениты.

— Мне было приятно рассказать людям о случившемся. — Коттен посмотрела вправо. — Познакомьтесь, это…

— Еще одна знаменитость, — произнес Уингейт, пожав руку Ванессе. — В наши дни просто невозможно

стоять в очереди в кассу и не заметить вас на обложке какого-нибудь журнала, мисс Перес.

Я почему-то не могу представить вас в очереди, — улыбнулась Ванесса.

— Вы удивитесь, но я обычный человек. — Уингейт ответил ей не менее очаровательной улыбкой. — Вы кубинка?

— Мои родители с Кубы. А я американка, родилась в Майами, в больнице имени Джексона. — Ванесса слегка вскинула подбородок.

Коттен моргнула. Уингейт наступил Ванессе на любимую мозоль — она гордилась своим кубинским происхождением, но не любила, когда люди сомневались в том, что она американка.

— Значит, мы с вами уроженцы Флориды — редкие птицы в этих краях, — заметил Уингейт.

Перед тем как отойти, Коттен спросила:

— Вы не могли бы дать мне интервью, мистер Уингейт?

— С превеликим удовольствием. Позвоните мне. А потом, словно переключившись на другой канал телевидения, он повернулся к следующему гостю в очереди:

— А вы как поживаете?

Помощник кандидата кивнул, чтобы Коттен и Ванесса прошли дальше.

— На редкость очарователен, — произнесла Ванесса.

— Очередной политик, не более, — отозвалась Коттен. Но его что-то рассердило в «Таинственном саду». Может, она нашла брешь в его внешнем лоске?

— Ну, а теперь давай веселиться. — Ванесса шутливо потянула Коттен за руку.

— Вперед.

Грохочущие басы отдавались в груди Коттен, словно удары кулаком. Стробоскопические лампы извергали бурю света. Девушка попала в водоворот толпы, танцующей под громкую латиноамериканскую музыку. Вот уже два часа они с Ванессой переходили из клуба в клуб по улицам кубинского района Майами — Маленькой Гаваны. На каждом углу, в каждом доме и переулке веселились те, кто приехал на Карнавал Призраков. У Коттен кружилась голова от бесчисленных экзотических напитков, ноги ныли. Платье стало влажным от пота, тонкая ткань облепила ее, словно целлофан. Ее подташнивало, хотелось на свежий воздух и в туалет.

Она схватила Ванессу за руку, притянула к себе и закричала:

— Мне нужно в туалет!

Кивнув, Ванесса продолжила танцевать. В дальнем конце зала Коттен обнаружила проход, где женщины выстроились в очередь.

— Черт, — сказала она и посмотрела на девушку рядом, в надежде, что та говорит по-английски. — Это единственный туалет?

Девушка вопросительно уставилась на нее. Вспоминая испанский, который учила в школе, Коттен переспросила:

— Otros banos?

— Afuera [14] , — ответила та. Коттен пожала плечами.

Широкий рот девушки приоткрылся, и она поднесла кулак к губам, словно задумавшись. Наконец указала через головы стоявших в очереди и произнесла:

— Наружи.

Коттен пробралась через танцпол к выходу. Протолкавшись к тротуару, она тут же застряла в толпе. Из-за ревущей музыки, которую исполняли вживую посреди улицы, было невозможно спросить дорогу.

Она двинулась сквозь толпу, прошла около квартала, свернула в переулок. Юная парочка сплелась в страстном объятии, прислонившись к стене. Ужасно не хотелось их тревожить, но очень нужно было найти туалет.

— Прошу прощения, не подскажете, где найти уборную?

Парень оглянулся, явно недовольный ее вмешательством.

— Туалет? — спросила Коттен тихо, словно извиняясь.

— Si, — девушка кивнула в сторону. — Там дальше есть ресторанчик.

— Спасибо.

Коттен прошла мимо нескольких закрытых магазинов и увидела закусочную, в витрине которой висели изображения кубинских сэндвичей и огромных бутербродов из разрезанной пополам булки с ветчиной и сыром, называемых «media noches» [15] . В помещении толпились люди — ужинали за пластиковыми столиками или стояли в очереди.

— Вапо? — спросила она у темнокожей женщины в фартуке с логотипом «Кафе Бадьи».

Но женщина то ли не услышала, то ли не поняла.

Где этот дурацкий туалет, ради всего святого?

Уборные должны быть в дальней части кафе, подумала она. Пройдя туда, Коттен увидела две двери без опознавательных знаков. Открыв ближнюю, она оказалась в кладовой, забитой коробками с припасами. За полками виднелась еще одна дверь, слегка приоткрытая, и девушка распахнула ее.

Увиденное ее изумило: в маленькой комнате мерцали свечи, и висела густая дымовая завеса. Несколько человек стояли на коленях на голом бетонном полу и что-то напевали.

В другом конце комнаты располагался стол, заставленный африканскими деревянными статуэтками и изображениями Иисуса Христа и Девы Марии. Степы были разрисованы кругами, стрелами и странными символами, которые Коттен не узнала.

Зрелище ее загипнотизировало. Шагнув в комнату, она молча стала наблюдать за старой женщиной — должно быть, некоей жрицей — в центре комнаты. У старухи была морщинистая черная кожа, гладкое лицо, она носила длинное белое платье, на голове — белый шарф, конец которого спадал на плечо. За ухом с левой стороны торчал большой желтый цветок. Закрыв глаза, она наклонила голову и, кажется, погрузилась в молитву или медитацию.

Похоже, никто не заметил Коттен, не обратил на нее внимания, песнопения продолжались. Из угла донеслись звуки бубна, кто-то отбивал ритм для молящихся.

Это что, вуду? Сантерия [16] ? Черная магия? В Майами смешалось столько культур, это может быть любой из карибских культов. Зрелище завораживало, но она вдруг вспомнила, что очень хочет в туалет.

Девушка собралась уходить, но тут все умолкли, и старуха посмотрела прямо на нее.

— Я не хотела мешать, — произнесла Коттен, делая шаг назад.

Верующие встали и расступились, образовав проход.

Жрица приблизилась и подняла костлявую руку, указывая пальцем на Коттен.

Девушка застыла на месте. В воздухе висел дым сотен свечей, жрица подошла так близко, что их тела почти соприкоснулись.

Раздался металлический звон бубна. Собравшиеся вновь забормотали, словно жужжали какие-то насекомые, все уставились на Коттен и жрицу.

В глазах щипало от дыма; жрица наклонилась, приблизив губы к уху Коттен. Та прислушалась сквозь шум.