Загадочный мужчина
Шрифт:
Сейчас я думаю, это выглядело смешно.
Поскольку было утро воскресенья и нормальные люди не разодеваются в пух и прах, и не появляются при полном макияже на неожиданный семейный завтрак, я не стала краситься. Но побрызгала на себя духами.
Я втянула воздух. Я не могла заработать себе дополнительное количество очков и не могла сбежать.
Ну! Что будет, то будет.
Я вышла из ванной и стала спускаться по лестнице, услышав крики детей и приглушенные голоса взрослых.
Я смотрела вниз, спускаясь по лестнице, и заметила прекрасную, пожилую женщину, готовящую бекон на плите, аромат, которого разносился по
— Привет, — произнесла я, когда мне оставалось спуститься на пять ступенек (да, я рассчитывала, что мне оставалось пройти пять ступенек и не грохнуться лицом вниз).
— Привет, — ухмыляясь ответил один из мужчин, сидя на барном стульчике, у него не было ямочек на щеках, а у его брата, который сидел на другом барном стуле и улыбался, были. Так же как и у мужчины в возрасте.
Я пересекла помещение, мне показалось, что это был слишком долгий путь, конечно же, ведь за мной наблюдала вся семья Хока.
Я не разбирала направления, ноги сами меня привели к Хоку. Я остановилась рядом с ним, никто не отвернулся. Ни один из них.
Упс.
Затем руки Хока скользнули по моим плечам, он перевернул меня к себе лицом, ближе придвинув к себе, слишком близко, и я готова была уже отойти от него, чтобы увеличить расстояние между нами, но взглянула ему в глаза, которые с теплотой смотрели на меня.
— Ты в порядке? — нежно спросил он.
Нет. Никто не мог сказать, что я была в порядке. Скорее всего, я была в ужасе.
Я кивнула, соглашаясь со своей ложью.
— Хочешь кофе?
— Кофе было бы хорошо, — прошептала я и начала отстранятся, но рука Хока напряглась, он поднял голову и повернулся к матери.
— Ма, ты не могла бы сделать Гвен кофе?
Я вздрогнула, и посмотрела на нее.
— Я могу сама.
И я притихла.
Что-то было ни так. Не просто не так, а совсем неправильно не так. Выражение лица матери Хока. Грусть, я не знала его мать и находилась в ее присутствии меньше чем минуту, но ее грусть коснулась моей души.
— Мария, дорогая, можешь сделать девушке Кейба кофе, — спокойно попросил мужчина в возрасте, мать Хока дернулась и выражение грусти пропала у нее с лица.
Хм. Что за черт?
— Да, конечно, Гвен? — сказала она, спеша ко мне. — Я – Мария, мать Кейба.
Она протянула руку, и я пожала ее, Хок не дал мне передвинуться от него. Ее пальцы обхватили мою руку, и она посмотрела на меня со своего небольшого роста, я улыбнулась, думая, неудивительно, что Хок был таким горячим и сексуальным, она уже была не слишком молода, но до сих пор была несомненной красавицей.
Ее рука сжала мою, она улыбнулась маленькой улыбкой, разомкнула свои пальцы и отошла.
Мда. Не уверена хорошо ли все прошло.
— Я —
Вон, — произнес один из мужчин, сидящий на барном стуле, и я повернула к нему голову. У него были ямочки.— Привет, — ответила я. — Я — Гвен.
Он улыбался, и улыбка была большой, потом пробормотал:
— Я знаю.
Хорошо.
— Жена Вона, Лючия, медсестра, детка, сегодня утром она улетела в Швецию. И самый шаловливый ребенок, который имеет ученую степень по претворению моего дома в бардак, это его, — сказал Хок, кивая в сторону ребенка, а я кивнула ему в ответ.
— Джури, — произнес другой мужчина, сидя на барном стуле, и я перевела на него глаза.
— Привет, — сказала я.
— Твой ноутбук работает хорошо? — спросил он, и я поняла, что Джури был пожарным, и я также подозревала, что это именно он был на обложке календаря пожарников Денвера в июле, поскольку он был очень горячим парнем. Если пожарные объединились бы с сотрудниками полиции и сделали бы групповой снимок, включая Лоусона и Джури, бумага бы, на которой был бы напечатан календарь, спонтанно бы воспламенилась.
— Да, спасибо, что ты сделал для меня, — ответила я ему.
— Без проблем, — пробормотал он, глядя мне в глаза. На самом деле, они все продолжали смотреть на меня, кроме Марии, которая наливала мне кофе.
— Августин, — прогудел отец Хока с огромной улыбкой на лице, двигаясь ко мне, в его внешности было много всего от Ястреба, с одной стороны, это пугало, с другой — служило хорошим предзнаменованием для будущих детей Хока. Ма Хока была красавицей, его отцу, как в прочем и моему, с возрастом не удалось потерять ни капельки сексуальности. Он протянул руку, и я пожала ее, как только он подошел. — Гус.
— Гус, — я пожала ему руку, — Гвен.
Он отпустил мою руку, продолжая улыбаться, глядя на меня огромными глазами, потом посмотрел на Хока.
— Кейб, хороший вкус. Красивые глаза. Отличные волосы. Фантастическая задница, — заметил он, и я замерла от шока.
— Гус! — закричала Мария, взмахнув рукой в то время, как все мужчины Дельгадо довольно хмыкнули.
Гус развернулся к своей жене.
— Это сущая правда.
— Madre de dios, — отрезала она. — Возможно, что это и так, но ты не должен говорить этого ей!
Гус стал раскачиваться на пятках, скрестив руки на груди.
— Почему нет?
Глаза Марии стеганули по мне и вернулись к мужу, и она махнула рукой в мою сторону.
— Потому что посмотри на нее, ты оскорбил ее.
— Хм..., — поспешно произнесла я. — Я не оскорбилась, — и я действительно не чувствовала себя оскорбленной, скорее ошеломленной, поэтому посмотрела на Гуса. – Замороженное тесто, — пояснила я. — Мое приобретение — очень вкусное, чрезмерно употребляемое свежезамороженное песочное тесто.
— То, что ты делаешь, милая, дает свои результаты, — он усмехнулся и в конце посоветовал: — Не останавливайся.
— Развод. Раз-вод. Завтра же я звоню своему адвокату, — произнесла угрожающе Мария, и мне показалось, что она говорила это часто.
— Женщина, у тебя нет адвоката, — ввернул Гус, казалось, его ответ был в порядке вещей.
Мда. Мария и Гус спорили. Это было так знакомо.
— Ну, так я найду одного! — отрезала Мария и взглянула на меня. — Как ты любишь кофе?
— С молоком и половинкой сахара, — тут же ответила я.