Чтение онлайн

«Ну же, решайте скорее! – мысленно подталкивала гуляк Кейди. – Я даже готова выставить вам ящик пива!»

Разговор продолжался с полминуты, потом более трезвый голос заметил, что правила яхт-клуба не допускают вечеринок на борту.

Черт возьми, в каждой компании найдется зануда!

Вскоре все стихло. Тем не менее это маленькое происшествие имело эффект. Арден, затаившийся при первом же звуке голосов, стремительно прошагал по берегу мимо пирса, в конце которого находилась Кейди. Он шел к воротам – быстро, развевая полами плаща, как рассерженная летучая мышь. Судя по всему,

он отнюдь не был уверен, что свидетелей не осталось, но не решился патрулировать причал до бесконечности.

Кейди ждала, почти совершенно окоченевшая, но все же не решаясь выбраться на берег, пока с момента исчезновения Ардена за воротами не прошло достаточно времени. Тогда она выбралась на пирс и осталась лежать ничком в ожидании, пока вернутся силы.

Воздух казался арктическим.

Ее привели в себя все те же звуки: гомон и смех. Компания гуляк возвращалась, возможно, поощренная видом Ардена. У них и в мыслях не было красться, доски настилов так и вибрировали под тяжелыми шагами.

Кейди заставила себя принять сидячее положение.

С соседнего пирса раздался крик. После короткой удивленной тишины голоса загомонили снова. Теперь в них не было и следа веселости, да и вечеринка была забыта.

– Вызывай полицию!

– Звони по 911!

– Эй, кто-нибудь!

Первой мыслью Кейди было то, что ее заметили, но потом она сообразила, что совершенно скрыта от них. К тому же в ее случае такая реакция была бы, пожалуй, уж слишком бурной. В конце концов, в насквозь промокшей женщине нет ничего ужасного, даже если она ухитрилась свалиться в воду. Особенно во время празднества. Как говорится, с кем не бывает.

Подавив нервное хихиканье, Кейди поднялась и, пошатываясь, выбралась с пирса на берег. Компания толпилась на соседнем и не обратила на Кейди ни малейшего внимания. Только приблизившись, она поняла, в чем дело.

Изрядно протрезвевшие гуляки таращили глаза на труп Фелгроува. Судя по всему, он зацепился за конец линя с крюком. Один бог знал, для чего служило это приспособление хозяину яхты. Тело плавало у самого края пирса.

В конце концов кто-то из компании обернулся, заметил Кейди и от неожиданности завопил так, что остальные шарахнулись, а сама она зажала уши ладонями.

– Очень неловко об этом просить, – сказала Кейди как могла вежливо, – но не одолжит ли мне кто-нибудь из вас свой плащ? Холодно.

– По-моему, у меня сейчас начнется острый приступ паники, – не столько произнес, сколько прорычал Мак, не поворачиваясь от раздвижных дверей. – Зачем ты потащилась за Арденом на причал?

– Я за ним туда не таскалась, – устало возразила Кейди. – Все было в точности так, как значится в показаниях: я следовала за Арденом только до яхт-клуба, там хотела и остаться, пока ты не появишься. Фелгроув не дал мне такой возможности, взял и наставил пистолет.

– Черт возьми меня совсем! – в ярости крикнул Мак и так сильно ударил кулаком по дверной раме, что дерево загудело. – Вообще не надо было за ним следовать! Вообще, понимаешь? Ни до яхт-клуба, никуда!

– Не будь с ней слишком суров, Мак, – примирительно заметил Рэндалл. – Ей и так досталось.

– В самом

деле сейчас не время для разборок, – поддержала Сильвия.

– Присоединяюсь к вышесказанному, – добавил Гарднер. – Не буду утверждать, что совершенно не разделяю твой праведный гнев, но у Кейди был трудный день. Завтра выскажешься.

– Я тоже так думаю, – сказала Леандра. – Отложи на время словесное бичевание, ладно?

В общем, это был разумный подход, и возразить было нечего. Кейди стоило посочувствовать, а не разносить ее в пух и прах.

Все в это время находились на вилле. Кейди сидела на диване, закутанная в самый толстый плед, какой только Сильвии удалось откопать среди запасов Весты. Еще до снятия показаний Кейди приняла горячий душ и высушила волосы феном, но до сих пор так и не согрелась по-настоящему.

Чем дольше Мак сверлил ее сердитым взглядом, тем сильнее было желание засмеяться. Кейди едва сдерживалась и в конце концов не выдержала. Ее неудержимый смех отдавал истерикой. Собравшиеся обменялись встревоженными взглядами.

– Что с тобой? – наконец не выдержала Сильвия.

– Ничего, – сказала Кейди и тут же разразилась новым приступом смеха.

Она хохотала как безумная, хватаясь за живот и отирая слезы тыльной стороной ладони. Она сотрясалась, и диван сотрясался вместе с ней. Никто не знал, что предпринять, все лишь беспомощно смотрели. Издаваемые ею звуки все больше напоминали рыдания.

– Видишь, что ты натворил! – сказал Рэндалл Маку.

– Это реакция на потрясение, – возразил тот угрюмо.

– Прошу… прощения! – едва выговорила Кейди из-под ладоней, которыми закрывала лицо. – Не могу… не могу остановиться!

– И не нужно! – со знанием дела заявила Леандра. – Я читала руководство по этому вопросу. У тебя совершенно нормальная истерическая реакция на психическую травму. Так организм избавляется от нежелательных последствий стресса.

Выслушав ее, Кейди зарыдала.

Мак развел руками, не находя слов, и покинул свой пост у раздвижных дверей. Пристроившись рядом с Кейди, он заключил ее в объятия. Она продолжала рыдать, теперь уже уткнувшись ему в плечо.

Больше никто не пытался вмешиваться. Гарднер отошел к бару, достал бутылку и уставился на этикетку. Со своей дальнозоркостью Мак без труда определил, что это выдержанное виски весьма почтенной марки. Трудно сказать, насколько Гарднер разбирался в спиртных напитках, но он откупорил бутылку.

Когда слезы иссякли и Кейди наконец подняла голову с плеча Мака, тот молча отвел ей со лба волосы.

– Я уже в порядке, – сообщила она с бледной улыбкой.

– Запоздалая реакция, – снова начала Леандра, но Сильвия перебила:

– Хорошо, что это случилось сейчас, а не раньше.

– Раньше это бы меня прикончило, – кивнула Кейди. – Пришлось отложить истерику до лучших времен, а нервы-то не железные!

– Вот, – сказал Гарднер, протягивая ей рюмку. – Наверняка излюбленное средство Весты от всех напастей. От простуды, я думаю, поможет тоже.

Поблагодарив, Кейди откинулась на спинку дивана и отпила немного огненного напитка, кося при этом глазом на Мака. Покончил он со своим разносом, или это только передышка?