Чтение онлайн

Им подали по бокалу шампанского, и они уставились на группку банкиров. Внезапно Ольга аж затрепетала.

– Мои дорогие, я думаю, Господь на вашей стороне! Видите того длинного меланхоличного красавца, вон там? Это Клаус ван дер Брук, он проходит стажировку в банке. Клаус связан тесными родственными узами с королевской семьей Бельгии, и у него денег куры не клюют! Его отец – крупный брюссельский промышленник. Пойдите познакомьтесь с ним!

Поскольку девочки упирались, Ольга потащила их за собой – в искусстве брать нахрапом ей не было равных.

– Клаус, дорогой! – воскликнула она, бросаясь к нему.

Вышеупомянутый Клаус понятия не имел, с кем имеет честь, но как знать, вдруг они уже встречались. – Ольга фон Лахт, – уточнила Ольга,

обрадовавшись, что он не отбрил ее. – Ну как же, моя дорогая! – Клаусу хватило воспитания притвориться, что он узнал ее. – Как приятно снова вас увидеть! – Я слышала, вы на стажировке в Женеве? – осведомилась Ольга. Тут уж Клаус и впрямь поверил, что они знакомы. И очень смутился, что не может ее вспомнить. – Да, – сказал он, – мой отец – близкий друг Абеля Эвезнера. Он посоветовал мне набраться опыта в банковской сфере, чтобы управлять потом состоянием семьи. – Невероятно! Позвольте представить вам моих дочерей, Ирину и Анастасию. Сестры долго болтали с Клаусом, который не мог оторвать глаз от Анастасии и, к радости Ольги, открыто с ней флиртовал. Когда коктейль подошел к концу, Клаус заставил Анастасию пообещать, что они встретятся после ужина в баре “Паласа”. Там будет играть оркестр, и вообще она не пожалеет. Ольга с удовольствием приняла приглашение за дочь. Анастасии казалось, что она задыхается. Под первым попавшимся предлогом она выскользнула через служебную дверь на улицу. На свежем воздухе ей стало лучше. Стоя под навесом, она смотрела на летящие хлопья снега. Она мечтала сбежать подальше от светского общества, и в первую очередь от матери. Ей хотелось курить, но она не осмеливалась носить при себе сигареты. Не дай бог, Ольга поймала бы ее с поличным, вот было бы шуму. Тут Анастасия заметила мужчину, сидевшего к ней спиной на деревянном ящике. Он курил в тишине. Его лица она не видела, но поняла, что он красив. И выглядел он очень элегантно в черном твидовом пальто. Даже курил с особым изяществом. Анастасия решила, что это какой-нибудь князь на отдыхе или скорее богатый женевский банкир. – У вас не найдется сигареты? – спросила она.

Он обернулся. Ей показалось, что он ее ровесник или немного старше. Но главное, она разглядела бейдж на отвороте его пиджака. Значит, он служащий отеля.

Молодой человек улыбнулся и встал, чтобы предложить ей сигарету. Анастасия была поражена исходившей от него притягательной силой. Она прочла имя на бейджике: Лев.

– Вы работаете в Эвезнер-банке? – спросил Лев.

– Нет, я тут проездом. Меня зовут Анастасия, я из рода Габсбургов.

Она тут же прикусила язык. Вот же дура. Зачем она несет этот бред? Чтобы произвести на него впечатление?

Лев засмеялся.

– Меня зовут Лев Левович, – ответил он. – Я носильщик.

Она пожирала его глазами.

Влюбилась с первого взгляда.

Анастасия долго нежилась в ванной. Она была безмерно счастлива, что Лев объявился, но боялась причинить боль Макеру. Для очистки совести она повторяла, что ей пора подумать о себе. Спать она легла только в одиннадцать. После звонка Макера в середине дня от него не было никаких вестей. По телефону ей показалось, что он не в своей тарелке. Надо бы перезвонить ему, спросить, как и что. Впервые она почувствовала, что ей его не хватает.

23.30, в парке Бертрана.

Макер, совсем закоченев на морозе, ходил взад-вперед вдоль большого пруда.

Ледяной ветер хлестал его по лицу и гнул деревья. Вокруг было пусто и темно. Из редких фонарей, разбросанных по парку, сочился слабый свет. Эта загадочная встреча ничего хорошего не предвещала. Но у него не было выхода. Макер немного успокоился, нащупав в кармане пальто рукоятку пистолета. Во время обеденного перерыва, воспользовавшись тем, что Анастасия сидела в ресторане с матерью и сестрой, он тайком заскочил домой и забрал пистолет. Жена не знала о его существовании. Он купил пистолет вполне законно, несколько лет назад. Его выбор пал на 9-миллиметровый “Глок 26”,

самозарядный пистолет австрийского производства, компактный, надежный, легкий и долговечный. Макер хранил его у себя в сейфе. Разъезжая по заданиям P-30, он подумал, что должен иметь возможность защищаться. Вдруг что-то пойдет не так. Сегодня вечером, более чем когда-либо, он хвалил себя за эту идею.

Тут в ореоле света перед ним возник чей-то силуэт. У Макера забилось сердце.

– Кто здесь? – спросил он приближающуюся тень.

Силуэт не ответил, и Макер вынул пистолет, направив его на идущего к нему человека, от которого, как ему казалось, исходила угроза.

Но тут по его лицу скользнули отблески фонаря, и Макер понял, кто перед ним.

– Вы?.. – отшатнулся он.

Мы со Скарлетт уже собрались обратно в Вербье, когда позвонила Арма. Она сказала, что занята уборкой в офисах до позднего вечера, и мы договорились встретиться на следующий день в кафе в квартале Шампель – я знал, что там мы сможем спокойно поговорить.

– Полагаю, сегодня в Вербье мы не попадем, – заметила Скарлетт.

– Боюсь, вы правы.

Встречного движения не было, и я, нарушая все мыслимые правила, развернулся прямо посреди дороги и поехал к своему дому.

– Куда мы? – спросила Скарлетт.

– Ко мне.

– Может, вы мне посоветуете какой-нибудь отель поблизости…

– Ну не брошу же я вас в отеле. Если моя комната для друзей вас устроит, то она в вашем распоряжении. Там есть ванная и все прочее.

– Вы слишком добры, писатель.

– Хотите, остановимся в городе, если вам надо купить зубную щетку или пижаму.

Она показала большим пальцем на сумку, которую утром загрузила в машину.

– У меня все с собой, – сказала она. – И зубная щетка, и во что переодеться. А пижама не нужна, я сплю голая.

– Понятно.

Она улыбнулась. Я не удержался и улыбнулся ей в ответ. Я припарковался прямо у подъезда. Скарлетт восхитилась очаровательной зеленой улочкой между рядом старых зданий и парком Бертрана, носящей гордое звание проспекта, несмотря на одностороннее движение.

В вестибюле нам никто не встретился. Войдя в квартиру, я сварил кофе, и мы выпили его прямо за кухонной стойкой. Внезапно я понял, что мне очень с ней хорошо. Мы сидели рядом, и я чувствовал, как Скарлетт касается меня всем телом. Мне так хотелось обнять ее, так хотелось, чтобы между нами что-то сейчас произошло. Она сидела на расстоянии поцелуя от меня. Да, я ужасно хотел ее и в то же время боялся, что с минуты на минуту в дверь позвонит Слоан. Я сам не понимал, что испытываю – страх или страстное желание увидеть ее снова. Меня влекло к Скарлетт, я тосковал по Слоан. Я положил конец своим терзаниям, предложив показать ей квартиру.

– Вам интересно посмотреть, как я живу?

– Конечно.

Я отвел ее в комнату для друзей, потом в свой кабинет.

– Так вот где вы пишете! – воскликнула она с любопытством.

Она обошла кабинет, разглядывая картины и записки, пестревшие на стене.

– Потрясающе, – сказала она. – Просто потрясающе!

– Что именно вас потрясло? Мой кабинет?

– Вы, – ответила Скарлетт, глядя мне прямо в глаза.

Она коснулась пальцем моей груди.

– Я еле жива, писатель. Пойду вздремну. Поужинаем вместе?

– С удовольствием. Неподалеку отсюда есть отличный ресторан.

– Чудесно! Увидимся позже. Отдохните немного. У нас был трудный день.

Она оставила меня одного.

Я сел за стол. Вынул из портфеля свои заметки и ноутбук и приступил к работе.

– Вы? – отшатнулся Макер, увидев, что таинственным незнакомцем оказался не кто иной, как Вагнер, его куратор из P-30. – Вы меня до смерти напугали!