Забытое царство Согд
Шрифт:
– Наш владыка готов принять тебя, однако не в таком виде. Следуй за мной. Тебя оденут в новое платье – все-таки ты приближенный самого императора Китая. Да и не к лицу нашему правителю вести беседу с человеком в грязной одежде. Мы не любим грязных людей. Светлое и чистое – это символы нашей веры.
Чжоу обрадовался, когда слуга завел его в мраморную баню с деревянными лежанками и двумя овальными бассейнами. А у больших медных чанов с поднимающимся из них густым паром стояли двое слуг в фартуках. Главный банщик попросил гостя скинуть свое старье и дал ему набедренник. Далее гость растянулся на лежанке, и слуги дважды мыли его, терли золой, при этом обливая теплой водой из золотых кувшинов. Затем Чжоу поплавал в бассейне. Это было такое наслаждение, что ему не хотелось выходить из воды. Но его ждал сам царь. После гостя одели в желтый– Ваше величество, я посланник великого императора Китая, прибыл с поручением от моего господина. Но прежде позвольте вручить великому самаркандскому государю, а также главе всей Согды письмо.
– Позволяю тебе, – молвил Тархун, хотя он уже был знаком с его содержанием.
Чжоу протянул футляр, смиренно склонив голову. Донесение принял Файз, он же развернул бумагу и громко зачитал. В нем император Китая воздавал хвалу царю Самарканда и просил его оказать Китаю некоторую услугу. Уже долгие годы разбойники из кочевых племен не дают Китайской империи покоя. Они постоянно вторгаются в города Поднебесной и грабят народ. А когда туда является войско императора, то кочевники скрываются в бескрай них степях между Согдой и Китаем, где их непросто поймать. «Однако, если мы ударим по ним вместе с двух сторон, – писал император, – то кочевники окажутся в ловушке и будут разбиты. Только так мы избавимся от этих разбойников. Со своей стороны мы готовы послать свое войско в Согду для ее защиты от его врагов. Подробности такого дела можете обсудить с моим верным воином Чжоу. Да хранит вас Бог. Долгих лет жизни и процветания Согде». Выслушав, царь указал посланцу на мраморное сиденье с зеленой подушкой. Тархун имел любезный вид, хотя глаза его были задумчивы.– Мы тоже страдаем от своих степных кочевников, – заговорил царь. – Они так же нападают и уходят в степь. Особенно в начале весны, когда не чем кормить скот. Это и сделало их разбойниками, ведь грабить легче, чем самим создавать богатство. И все же мы готовы помочь великому императору Китая. Это мы обсудим с нашими советниками. А пока расскажи о своих приключениях, о своей стране, ее людях. Говорят, ты много повидал, был в плену и чуть не
погиб. И Тархун узнал о том, как Чжоу попал в плен к кочевникам, но ему удалось бежать и добраться до степей Согды. Но и там опять оказался в плену и его продали в рабство. Так Чжоу очутился сначала в Даванье*, а затем и в Самарканде.– А теперь расскажи о Китае. О вашей жизни мы знаем мало.
Такая просьба, для гостя была весьма приятной, как-никак спрашивали о родине. И Чжоу с восторгом рассказал о своей стране. Беседа затянулась до вечера, пока в зале не стало темнеть. На следующий день Чжоу сидел в том же зале, и опять велась беседа, но уже с участием знатных мужей. Согдийцы нуждались в расширении своих знаний, в особенности по торговле. В тот же день в честь важного гостя дали пир. В саду дворца собрались знатные особы города, усевшиеся на суфе под цветущими деревьями. Там же расхаживали очаровательные павлины. На круглой площадке сада выступали артисты, которые услаждали слух приятными мелодиями и нежными голосами. Музыканты играли на десяти разных инструментах. Такое разнообразие удивило китайца, ведь некоторые он видел впервые. Пред музыкантами стояли две певуньи в розовых платьях до земли. Их голоса были столь мелодичными, что в народе их прозвали «бюль-бюль» – трель соловья. Потом артистов сменили полунагие, в узких юбках до колен танцовщицы. На их гибких телах сверкали лифы. За девушками вышли трое юношей с зажигательными танцами. Такое искусство привело гостя в восторг. Сидя рядом с царем, Чжоу не мог отвести от них своего горящего взора.– Такой красоты у нас нет. Как они танцуют, какие движения!
– Я подарю твоему хозяину таких же танцоров, – сказал царь. – Они из соседнего Шаша. Это тюркский танец.
– Мой император будет в восторге.
– Рад слышать. Да, скажи своему императору, что арабы захватили Персию и уже стучатся в ворота Согды. У них огромная армия, а в одиночку против них нам не устоять. Также скажи своему хозяину: согдийцы рассчитывают на помощь Китая. Как ты думаешь, он поможет нам?
Лицо Чжоу сделалось задумчивым:– Мне неведомо, что таится в голове моего императора. Он уже стар, а с такими людьми нелегко.
На другое утро Чжоу стало худо, и царь послал к нему своего лекаря. Китаец лежал весь бледный в углу на высокой стопке курпачи. Старый целитель опустился рядом и начал с расспросов. Узнав о веселом пире, где гость принял слишком много вина, старик улыбнулся и сказал:– Твой недуг не страшен, завтра он покинет твое тело. А сейчас тебе принесут кислое молоко, которое очистит и желудок, и кровь. В следующий раз пей меньше вина.
– Ваше вино очень вкусное, и я не мог остановиться.
– Да, наши вина славятся из-за сладкого винограда. У нас все вкусное: и персики, и груши, и яблоки, и вишня, и инжир.
Когда Чжоу стало лучше, он решил вместе с Файзом осмотреть царский зверинец, устроенный в конце сада. Вдоль крепостной стены были установлены железные и деревянные клетки. Завидев людей, животные забеспокоились и стали метаться внутри клеток. Внимание гостя сразу привлекли лев с густой гривой и львица, недобро смотревшие на посетителей и издававшие грозный рык.– Эту пару мы поймали недалеко отсюда, в горах Панча (Пенджикент), – пояснил царедворец и подошел к клетке с тигром. – А этого тигра – в тугаях Вахша (Амударьи). Сильный зверь, прежде чем мы прижали его к земле рогатинами, он загрыз двоих моих воинов.
Чжоу долго любовался свирепыми хищниками, среди которых были еще гепарды и рысь.– А этих выловили в степи под Бухарой. Вернее сказать, охотники нашли нору и забрали детенышей.
Более всего Чжоу был поражен огромной птицей в рост человека. Такое чудо он не видывал прежде. У птицы были длинные и крепкие ноги и такая же шея. Ее маленькая головка с внушительным клювом смешно торчала над деревянными прутьями клетки.– Эта птица зовется страусом. Ее привезли наши купцы из Африки. Нынче мы сами разводим страусов и дарим правителям других стран.
– А моему императору подарят такую птицу? Его бы это сильно обрадовало.
– Мне думается, наш царь не откажет правителю Чина. Вот только как ты доставишь его в свою страну? Все-таки Чин очень далеко. Сам еле живым сюда добрался.
И оба на минуту задумались.– Это верно, – вздохнул Чжоу.
– Есть мысль. Ты попроси яйца страуса и уже в Чине выведите из них птенцов, если получится.
– Так и сделаю. Еще я бы хотел павлинов. На них можно любоваться часами, такие они красивые.
– Да, павлинов у нас очень много. Под Бухарой есть целое селение, где разводят их на продажу, а называется то место Товус. Мы с тобой обязательно поедем туда.
НАВРУЗ …Минуло два дня. Как-то ночью царедворец разбудил Чжоу.– Вставай, Чжоу.
– Что случилось, враги напали? – с тревогой спросил гость.
– Нет. Ты хотел увидеть Навруз – самый важный праздник?
– Да, но еще ночь.
– Идем, сам все поймешь.
Ворота цитадели отворились, и оттуда вышел Файз с гостем. Они глянули на город: Самарканд был усеян огнями факелов, с улиц доносился людской шум. Они зашагали вниз и встретили первую толпу людей – купцов из махалли, чьи двух– и трехэтажные дома возвышались над улицей и утопали в зелени. Главная дорога была ярко освещена горящими факелами, которые держали в руках горожане, одетые в светлые одежды. Головы девушек украшали венки из полевых цветов. С музыкой, песнями и танцами эта веселая толпа направлялась за город. Чжоу и царедворец последовали за ними.