Чтение онлайн

Вы можете вызвать из могилы духов женщин-борцов за эмансипацию, и вопросить их, это ли то равноправие полов, которого они добивались. Напомните слушательницам также, что налог на доходы их семейного бюджета превосходит семейные траты на продукты, и спросите, не считают ли они, что содержимых на их налоги конгрессменов было бы разумным выбирать, так же тщательно, как и огурцы в магазине.

В общем, результаты опроса настолько вас раздосадуют, особенно, когда вы вспомните о тяжких усилиях, которые вы предпринимаете для того, чтобы вытянуть местных избирателей из болота гражданской несознательности, что ваше выступление, возможно, станет вашей первой по-настоящему хорошей публичной речью. Ведь вы взволнованы, и имеете на руках факты, а из этого сочетания автоматически

Только не прикладывайте вашу аудиторию слишком сильно, удержитесь от этого искушения. Не надо выжигать на них каленым железом клеймо позора. Постарайтесь выразить, скорее, сожаление, нежели гнев, вызовите в них стыд, а не ответное ожесточение лично против вас.

Какая-нибудь простодушная бабушка может заявить, что никогда и не хотела получать избирательные права наравне с мужчинами. Не спорьте с нею, а похвалите ее, как достойнейшую женщину, и вежливо скажите ей, что лично она может не пользоваться своим правом голоса, так же, как это сделали избиратели в Германии. Что ей достаточно не регистрироваться на избирательном участке, и к ней автоматически возвратится ее старый добрый статус ребенка, рабыни, или домашнего животного. Это вполне уместное сравнение, всего сто лет назад женщины и считались чем-то средним между первым, вторым, и третьим.

Услышав эту классификацию, большинство женщин возмутится. Неважно, насколько индифферентны они в гражданском смысле, но каждой из них нравится думать о себе, как о свободном гражданине. Дамы в вашей аудитории были искренне убеждены, что таковыми и являются, до тех пор, пока вы не показали им зеркало c отражением их изумленных гражданских физиономий, и не напомнили им об их соотечественницах, сделавших в политике много хорошего, в чем-то даже больше, чем мужчины. Ведь, говоря о коррупционере, представляют его себе именно в виде мужчины, а не женщины.

Какая-нибудь пристыженная вашими словами вдумчивая дама может спросить вас, что они могут сделать для того, чтобы стать хорошими и сознательными гражданами своей страны. Если такой вопрос не задаст никто, спровоцируйте его, или задайте его сами в виде риторического. Вы здесь для того, чтобы получить голоса избирателей, так и используйте шанс их получить, и не важно, что там стоит в повестке дня у председателя. Не приглашайте вдумчивую даму вступить в ваш политклуб: вы обязались не заниматься политической агитацией. Вместо этого, расскажите слушательницам то, что я вам рассказал в главе 3, пусть они возьмут телефонную книгу, и начнут повышение своей гражданской сознательности со звонка в местное отделение своей партии. Однако, все же запишите имя той вдумчивой дамы и потом узнайте в списках избирателей, какую партию она поддерживает. Возможно, таким образом вы найдете нового члена для вашего клуба.

Что же касается листков с ответами, – унесите их с собой домой. Из них вы почерпнете, как минимум, имена особ, которые голосовали на праймериз. Проверьте их партийные пристрастия и занесите в картотеку сторонников вашей партии. Им стоит начать присылать почтовую рассылку вашего клуба, кто-то из них может впоследствии вступить в клуб и стать вашими агитаторами. Эти женщины не безнадежны, они просто увязли в суете.

(И, кстати, после выступления не забудьте собрать карандаши: они вам еще пригодятся).

Результат такого же опроса в мужской аудитории будет несколько лучше, и вы сможете похвалить нескольких слушателей, как хороших граждан, достойных своего права голоса. После такого же опроса, проведенного на любом политическом собрании, вы получите много листков, в которых будут правильные ответы на все заданные вами вопросы.

Описанную схему выступления можно применять снова и снова, год за годом, перед любой аудиторией. Вам не понадобится добавлять ничего другого в свой репертуар, до тех пор, пока вы не найдете, что-то еще, о чем можно поговорить, а к тому времени выступления станут для вас совсем нетрудными. Трюк с опросом даже можно использовать по нескольку раз перед одной и той же аудиторией под предлогом изучения развития их гражданской сознательности, этот

Я хорошо понимаю тех, кому трудно говорить на публике, и довольно долго работал в политике, даже не пытаясь выступать публично. Первый мой опыт публичного выступления состоялся на званом завтраке, где я выступил с небольшим импровизированным комментарием. Я сказал тогда всего около двух десятков слов, после чего вернулся на свое место бледный и дрожащий. Я тогда так сильно перенервничал, что ушел с мероприятия, забыв свои очки.

Для второй попытки у меня была заготовлена целая речь, сквозь которую в течение двадцати минут я кое-как продирался. После выступления моя жена сказала мне, что все это время я расхаживал перед слушателями взад-вперед как тигр в клетке, выкрикивая свою речь через плечо.

Думаю, вам искусство выступлений дастся намного легче, чем мне, потому что, наряду с застенчивостью, с которой мне пришлось бороться, у меня имеется дефект речи, в целом, мною контролируемый, но выходящий из-под контроля когда я взволнован, делая меня косноязычным,. Поэтому я и вынужден был придумать трюк с опросом, чтобы, находясь перед слушателями, у меня было время восстановить контроль над своими голосовыми связками, не допуская томительных пауз в своем выступлении. Если это сработало у меня, значит, сработает и у вас.

По мере накопления опыта выступлений все мои трудности постепенно сошли на нет. И незадолго до войны наступил момент, когда меня пригласили выступать основным оратором перед партийным съездом в другом штате. (да, я хвастаюсь, но лишь для того, чтобы вселить в вас уверенность в ваших ораторских способностях). Мое выступление записывалось, и мне действовал на нервы вид вращающегося диска, бесстрастно записывающего все мои неловкие паузы, грамматические ошибки и оговорки. На всякий случай я подготовил для себя письменную шпаргалку с речью, но она мне не понадобилась. Мое выступление продолжалось час и сорок пять минут, я импровизировал, и меня внимательно слушали. Текст моей речи был отредактирован, и издан (не мною) в виде брошюры, которая выдержала уже два издания, я до сих пор получаю письма от ее восторженных читателей.

Все это я рассказал не только потому, что это был мой личный триумф, но и потому, что мой пример показывает: все связанные с публичным выступлением страхи – воображаемые. Как только вы их преодолеете, выступать перед большой аудиторией становится не труднее застольной беседы. Я бы даже сказал, что сложнее говорить перед аудиторией при обходе домов избирателей, вот почему, говоря о посещении избирателей, я привел детальные примеры типичных бесед с ними.

Когда вы выступаете, не пытайтесь много шутить и развлекать аудиторию, если только шутка сама не просится на язык, и уместна в данном контексте. Пара смешных историй, иллюстрирующих то, о чем вы говорите, может пригодиться, но можно обойтись и без них. Изысканного красноречия от вас не требуется, достаточно лишь того, что вы искренни, и ваше выступление пройдет «на ура». Я слышал выступление Вильяма Брайана во времена, когда красноречие и ораторское искусство были в политике в большем фаворе, нежели сейчас. И помню, что больше всего аудиторию трогали не его длинные красноречивые отступления, а то, что он верил в то, что говорил. Его честность действовала настолько неотразимо, что я не мог противостоять силе его убеждения, несмотря на то, что был с ним в корне не согласен.

В наше время один из самых лучших политических ораторов – это конгрессмен Джерри Вурхис. Даже его оппоненты не остаются безразличны к убедительной силе его выступлений. Мистер Вурхис не обладает даром красноречия и производит впечатление застенчивого, и даже робкого человека. Однако, все его выступления пронизаны такой суровой серьезностью, что каждый, кто его слушает, убежден, что говорит он именно то, что сам считает правдой.

А сможет ли кто-нибудь из нас забыть эмоциональную силу простых, безыскусных слов той речи британского короля Эдуарда VIII, в которой он отрекся от трона?