За краем небес
Шрифт:
В коридор я опрометью выскочила, как только проясняться в голове начало. Поняла, чего такого творила, и мимо диора пронеслась, как подстреленная. А в коридоре аккурат на ту девку русоволосую наткнулась. Глянула она на волосы мои, до талии спустившиеся, на пряди спутавшиеся, которые пред тем полдня в прическу убирала, и руками всплеснула.
— Да вот сходила с вопросом, — огорошила я служанку, не давая ей рта раскрыть, — еще и платье новое требуется.
Сказала и в комнату свою юркнула, дверь захлопнула, спряталась. Теперь до самого ужина никуда не пойду, пока сами не позовут.
Глава 19. Сила силе рознь
Вниз все та
Как она, бедная, над тряпочками серебристыми сокрушалась, когда платье, магией боле не скреплённое, в комнате с меня упало. Со всем пылом сокрушалась, будто сама его шила.
Эх, мне бы девкины заботы. Ей платье жалко, а мне себя. Это как же выходить сейчас ко всей семье их диорской? На Эртена глаз поднять не смогу, про властителя королевства нашего и вовсе молчу. А мать наверняка что-то заподозрит, женские сердца они по этой части шибко чуткие.
Проводила меня девка до нужной двери и пошагала прочь с деревянной спиной, а я замялась на пороге, пока не решилась постучать. Кажись, слишком громко вышло.
Двери сами отворились, впуская в комнату, просторную и светлую. И хотя за окном уж темень царила, здесь кругом от огней магических светлым-светло было.
Эртена я первым приметила, но мигом взгляд в сторону отвела. Скользнула им по креслу высокому, в котором сидел мужчина черноволосый. Так и споткнулись глаза мои о того, кого не иначе как правителем некоронованным называть следовало. Воспитанник королевский, из рук монарха власть принявший, пока новый правитель в настоящую силу не войдет. Даже имя его припомнила — Альтар.
Сидел он в кресле свободно, одна нога на другую закинута, руки на подлокотниках расслабленно лежат, только пальцы по резьбе деревянной выстукивают. А лицо… хоть снова челюсть с пола подбирай. Вот в кого Эртен красотою пошел, даже глаза серебристые от отца унаследовал. И кабы не знала точно, что отец, непременно за старшего брата бы приняла. Где ж это видано, чтобы отцы такими молодыми казались? Растерялась даже на мгновение, а особенно когда человек этот мягко с кресла поднялся и меня приветствовал.
Ухватилась за косяк дверной от испуга, глаза с правителя на Эджелину перескочили, рядом с братом замершую. Магиня мне улыбнулась искренне, а беспомощность в лице моем углядев, мигом шагнула навстречу.
— Мирушка! Входи, не стесняйся, я тебя со всеми познакомлю.
Потащила меня вперед и сперва мимо Эртена проволокла.
— Вот брат мой, сардар дар Астелло, наместник северных земель, верховный главнокомандующий королевскими силами.
— Какой сырдар? — тихонечко переспросила, пристально плечи мужские рассматривая, выше взгляд не поднимая.
— Сардар — это высшее воинское звание, что означает, начальник над всеми. Военные силы тоже делятся на разные категории.
— Нужны ли титулы, Лина? — изломил бровь диор, а я ощутила, как для меня рядом с ним воздух прогревается до звонкой дрожи, и подергала незаметно магиню за рукав.
— Это на всякий случай, поскольку вы Мире в вашем походе ни о чем, кроме опасностей грозящих, не рассказывали, а ей тоже знать следует, с кем связаться пришлось. — Отмолвила девчонка и потянула меня дальше.
— Это отец мой, Альтар дар Астелло, наместник наследного принца, осуществляющий верховную власть в королевстве
Небесного света, входящего в союз с королевством Закатных гор.Диор, который отец (совсем на отца не похожий) протянул руку, ладонь мою поднял и поцеловать склонился.
— Приветствую вас в нашем доме.
Я ж настолько растерялась от жеста этого, что сама не пойму, как присела слегка, склонившись, будто лоза гибкая. Сижу вот и думаю, что за присест такой, а сама вспоминаю, что у эльфов так перед самыми главными представителями родов принято поклоняться. Вот ведь память эльфийская, в мозг мой въевшаяся, услужила вовремя.
— Не стоит церемоний, — поднял меня за плечо наместник, — вы наша гостья и мы не на приеме.
— А что за поклон? — прошептала на ухо Эджелина.
— У эльфов так принято, — пожала я плечами.
Дар Астелло услышал и бровь изогнул удивленно: «У эльфов?». Стоит и смотрит на меня пристально, так, что от взгляда серебристого ноги холодеют. Так бы и примерзла к полу, кабы не встала рядом со мной, за плечи обхватив, длинноволосая магиня. Та самая, которая матушка Эртена. Наместник взгляд на жену перевел, усмехнулся уголком рта, а в глубине глаз искры сверкнули.
— А это мама моя, — подхватилась Эджелина, — Лилея дар Астелло.
— Зови просто Лея, — услышала я мелодичный голос, а магиня отступила немного, давая себя рассмотреть. В темноте да на пригорке, не углядела я, что матушка Эджелины и Эртена раза в два моложе моей собственной выглядит. Это что ж за магия у диоров такая?
Облик магини мне больше всего по душе пришелся, в нем пугающей красоты диорской (которая что правителю, что детям его досталась) не было, веяло от нее чем-то простым, сердцу близким. И глаза человеческие, зелено-карие, точно орех лесной, и косища как у девок наших в деревне, толстенная, длиннющая, такой косе даже Рося обзавидовалась бы. И за эту самую косу правитель жену и словил, и к себе потянул.
— Я ее не съем, — заявил, — можешь собой не загораживать.
— Не съешь, так напугаешь, — выхватила косу магиня. Только снова ко мне ступить, а диор ей на плечи руки положил, пальцами до самой шеи прошагал и погладил, еще и на ухо что-то шепнул. Матушка Эрдена зарделась точно девица невинная, коварным искусителем соблазняемая, руки на груди сложила и подбородок вздернула, пока наместник жену со всех сторон облапил, от себя не отпуская.
А мне враз полегчало, хоть не одна я здесь краснею. Заодно еще разок удивиться успела. Интересные у Эртена родители оказались, как два бока у ягодки. Один солнышком согретый, теплом поспетый, а второй сладкий, да белый, в холодной тени соком налившийся. Не похожи были друг на друга, а при этом рядом стояли, как тогда на поляне, не разделишь и не оторвешь, что ту самую ягоду, только пополам разрезать.
У моей матушки супружняя жизнь тоже удалась, дядька ее холил, лелеял, на руках носил, но с годами любовь иной становится, не бурной речкой, а озерцом теплым, до самого дна прогретым. Потому и чудно мне казалось, что рядом с этой парой в воздухе искры проскакивали, точно они вчера повстречались. Старший диор еще и дурачиться начал, незаметно косищу жены вокруг запястья обмотал, а магиня, решившая в этот миг из объятий крепких выскользнуть, ойкнула громко, а потом и вовсе ногой топнула. Волосы как по волшебству сами расплелись, упали за плечами плащом шелковым, а она их быстро наперед перекинула и споро ко мне подскочила, от правителя подальше.