Южный поток – forever!
Шрифт:
– Лучше кого-то пошлем.
– Ну, тогда Саша Хапсалис посидит, – сказал Долгих и включил поворот, чтобы вернуться в посольство.
21
– Спасибо, сдачи не надо! – сказал Фанис Апостолакис и выбрался из такси.
Торгово-развлекательный центр «Аквариус» сиял огнями. Некоторые магазины и бутики, расположенные в нем, были закрыты на ночь, другие продолжали работать. У фонтана толпилась молодежь, то ли собравшаяся на ночной сеанс в расположенный на верхнем этаже кинотеатр, то ли вышедшая с вечернего. Вообще на полукруглой площадке перед входом было довольно людно.
Фанис
То, что он задумал, с точки зрения здравого смысла вообще казалось невыполнимым. А задумал Апостолакис ни много ни мало выйти на заказчика убийства премьера. Сперва установив личность самого киллера, потом его бывшее место жительства, а потом и автомобиль, который должен был ожидать заказчика где-то поблизости.
Однако начало этого авантюрного на первый взгляд предприятия буквально окрылило Апостолакиса, так что теперь он был готов, что называется, рыть землю носом. Впрочем, в данном случае какие-либо резкие движения предпринимать было абсолютно неуместно. Еще немного осмотревшись, Фанис направился прямиком к одному из слонявшихся в фойе у входа секьюрити.
– Добрый день, не могли бы вы проводить меня к старшему смены?
– Здравствуйте, а что случилось?
– Мне кажется, я случайно оставил здесь днем кейс с документами. Вон там, – показал Фанис в сторону стоящей под стенкой скамейки.
– Одну секунду! – кивнул охранник, отвернулся и, прижав рукой микрогарнитуру, быстро связался с начальником. Несколько секунд спустя он развел руками: – К сожалению, вашего кейса никто не находил…
– А можно мне все-таки переговорить с вашим шефом? Там у меня были очень важные бумаги, – просительным тоном проговорил Фанис.
– Одну секунду! – охранник снова отвернулся, прижав пальцами наушник с микрофоном, но на этот раз общался с начальством немного дольше. Видимо, начальство отнюдь не горело желанием лицезреть какого-то растяпу-посетителя, но в конце концов смилостивилось. Повернувшись, охранник кивнул: – Я вас провожу! Прошу!
– Спасибо большое! – с чувством поблагодарил Апостолакис.
22
Ночевал Логинов в посольской гостинице, в том самом номере, в котором останавливался в свой прошлый приезд. Проснулся он рано и сразу же на всякий случай потянулся к телефону. Хапсалис ночью не звонил, что означало, что Фанис Апостолакис домой не возвращался.
Прихватив мобильный с собой, Логинов быстро занялся утренним туалетом, после чего позвонил по внутреннему телефону Долгих. Тот тоже уже встал, и пять минут спустя они вошли в кабинет подполковника.
– Так что, снимать Хапсалиса? – посмотрел на Виктора Долгих.
– Снимай, – кивнул тот. – Пусть отсыпается.
Пока Долгих связывался со своим подчиненным, Логинов включил чайник и насыпал в чашки заварки.
– Тебе сахара сколько? – спросил он через плечо.
– Три… – сказал Долгих. – Так что теперь делать будем?
– Готовить оперативную комбинацию, Иван.
– На предмет?
– На предмет выхода на Апостолакиса.
– А конкретно?
– У вас в резидентуре карманников
случайно нет?– В каком смысле карманников?
– В криминальном, – оглянулся через плечо заливавший кипятком чашки Логинов.
– Не понял… А зачем тебе карманники?
– Для работы, Иван, – пожал плечами Логинов. – Держи свой чай, сейчас объясню…
23
После бесконечных спусков-подъемов и поворотов Фанис Апостолакис и охранник наконец оказались в самой глубине служебных помещений «Аквариуса». Начальник смены охраны, судя по обстановке в небольшом кабинете, до недавнего времени с комфортом – на американский манер закинув ноги на стол – смотрел телевизор. Но к приходу посетителя телевизор выключил, пульт сунул под бумажки на столе и принял вроде как рабочую позу.
– Разрешите, шеф? – спросил открывший дверь охранник.
– Да!
– Проходите! – отступил в сторону провожатый.
Фанис переступил порог и поздоровался.
– Добрый вечер! – махнул головой начальник смены. – К сожалению, ни о каком обнаруженном кейсе мне по смене ничего не передавали.
Фанис кивнул и спросил:
– Разрешите я присяду?
– Конечно! – скривился начальник смены.
Топтавшийся за дверью охранник решил, что ему лучше поторчать в коридоре, и дверь потихоньку прикрыл. Чем еще больше облегчил Фанису задачу. Подавшись через стол к начальнику смены, он негромко сказал:
– Можно поговорить с вами как мужчина с мужчиной?
Начальник смены от удивления заморгал, но кивнул:
– Ну, попробуйте…
– Я уверен, вы меня поймете, – быстро заговорил Фанис с истеричными нотками в голосе, – наверняка вам тоже крутила голову какая-нибудь стерва вроде моей Николетты! Ведь крутила?
– Ну… Было когда-то дело, – кивнул после паузы начальник смены.
В его глазах появилось нечто вроде смеси жалости, сочувствия и любопытства. Великим актером Апостолакис никогда бы не стал, но, когда требовалось, он мог быть весьма убедительным. Вперив взгляд в стену за спиной начальника смены охраны, Фанис отсутствующим голосом проговорил:
– Она работала в пиццерии и мечтала стать манекенщицей. А я как-то случайно заскочил туда перекусить. Увидел ее – трах-бах! – и все! Да! Все! Понимаете?
Начальник смены охраны кивнул. Скучный вечер разом перестал быть скучным.
– В каком смысле трах-бах? – с интересом спросил начальник охраны.
– Что?.. – на миг сфокусировал взгляд Апостолакис. – А… Ну, когда я вошел, она как раз повернулась и кому-то улыбнулась. И тут меня словно кувалдой по голове огрели. Или шандарахнули электрошокером. И все! Время словно остановилось. Она была такая! Такая…
– Четвертый размер груди? – доверительным тоном осведомился начальник охраны.
– Третий, – махнул головой Фанис. – С половиной…
– А-а ниже как?
– Роскошно, шикарно, потрясающе… Я закаменел прямо в дверях. Как соляной столб. Кто-то меня толкнул, кто-то что-то сказал, а я не мог сдвинуться с места, словно паралитик. Я видел только ее и был не в силах оторвать от нее глаз. А она словно при замедленной съемке плыла по проходу между столами. И улыбалась. А ее грудь третьего – с половиной – размера при этом ритмично колыхалась. И я вдруг представил, что мы с ней… что я ее… Ну, вы понимаете! В общем, я кое-как добрался до столика и заказывал пиццы до самого вечера. С тунцом, с креветками, с кальмарами, с грибами… И запивал все это колой, – сглотнул Апостолакис.