Чтение онлайн

– А об остальных детях ты подумала?
– тихо спросила Вера Ивановна.
– Здесь мы всех малышей уже распределили, каждого ждёт свой опекун. Поэтому они здесь не будут завидовать твоим братику и сестрёнке. А если ты туда приедешь, объявишь, что ты сестра для них двоих, а каково будет другим? Зачем же их расстраивать? Они и так напуганы переездом, знаешь ведь, какая страшная жизнь их бы здесь ждала при прежнем директоре.

– Но сейчас-то у нас самый лучший детский дом на свете!
– горячо воскликнула Тинка.
– Поэтому им радоваться надо, а не бояться.

– А откуда они узнают, что им надо радоваться?
– ласково поддразнила девочку Вера Ивановна.
– Пока не приедут, не поверят.

– А если я не скажу

пока Юленьке и Юрику, что я их сестра?
– предложила Тинка.
– Я просто всем ребятишкам там скажу, чтобы не пугались, что у нас замечательно. Можно тогда поехать?
– спросила она с тревогой и волнением, опасаясь отказа.

– Тогда можно, - одобрительно улыбнулась ей Вера Ивановна.
– Это ты хорошо придумала, - похвалила она обрадовавшуюся девочку.
– Иди к Олегу Васильевичу, он тебе скажет, когда вы поедете.

Тинка направилась было к двери, потом остановилась и нерешительно посмотрела на Веру Ивановну.

– Что, Тиночка?
– подбадривающе спросила та.

– Вера Ивановна, а мне Юрик и Юленька родные только наполовину?
– несмело спросила Тинка.
– Папы у нас разные?

– Иди-ка сюда, - позвала её Вера Ивановна, пересаживаясь на диван перед журнальным столиком, на котором стоял большой монитор, и показала Тинке на место рядом с собой.
– Я думала рассказать это уже вам троим вместе, но тебе это нужнее. Время у нас есть.

Она включила экран и набрала на клавиатуре "Валентина Никифорова".

– Сейчас я тебе покажу твой файл, - пояснила она, - потом перешлю его в твой ноутбук. Вот смотри, - на экране появились фотографии двух молодых людей.
– Это твои мама и папа. Пятнадцать лет назад, в апреле 1993 года, твой папа получил диплом механика, окончил колледж в краевом центре. Его отец и родители твоей мамы жили в одной станице на севере, недалеко от Азовского моря. Вот он и приехал домой перед тем, как устраиваться на работу. Вот снимки станицы, вот сведения о твоих бабушках и дедушках. Это потом сама изучишь. А твоя мама ещё училась в выпускном классе станичной школы. Они встретились на танцах и сразу же стали близки друг другу. Ну, ты понимаешь, что это значит. Они планировали, что, когда твоя мама окончит школу, то она приедет к твоему папе туда, где он устроится на работу. Но твоего папу призвали уже в мае в армию, на два года. А мама твоя, когда летом поняла, что ждёт ребёнка, после окончания школы уехала из станицы в краевой центр, там устроилась на работу почтальоном. Родила тебя, оставила в роддоме и вернулась в станицу, где тоже пошла работать на почту. В станице у неё было несколько связей с другими молодыми людьми, но без последствий. А восемь лет назад, когда в станицу приехал в гости к своему отцу твой папа, из станицы они уже уехали вместе. Жили гражданским браком, то есть, не регистрировались в Загсе, - пояснила Вера Ивановна для недоумевающе глянувшей на неё Тинки.
– Но вскоре твоему отцу предложили работу в Германии. Поскольку отношения свои они не оформили, он уехал один, пообещав вызвать жену после, когда устроится. Он уже не узнал, что твоя мама родила двоих, умерла во время родов. Дети попали в дом ребёнка. А твой папа решил остаться в Германии, начал ухаживать за богатой немкой, но её родственники наняли бандитов, которые избили ухажёра так, что он скончался в больнице. Прости, что говорю такое о твоём папе, но ты девочка большая, должна понимать, что многие люди думают прежде всего о себе, чтобы им было хорошо.

– Так моя фамилия не Никифорова?
– спросила Тинка, с горечью глядя на фотографию отца.

– Нет, эту фамилию тебе дали в доме ребёнка, - сказала Вера Ивановна.
– Твоего папу звали Шохов Иван Михайлович. Зато у вас троих есть замечательный дедушка, Шохов Михаил Алексеевич. Он про вас ещё не знает, но, я думаю, будет очень рад узнать. Я ему пока не сообщала о вас, жду вашего разрешения. К сожалению, твой папа по ветренности и легкомыслию

пошёл, скорее всего, в свою мать. Она сбежала из станицы, когда сыну было 15 лет. Влюбилась в приезжего, уехала с ним, бросила мужа и сына. Ваш дедушка долго жил один, но недавно он женился на своей подруге детства, которая давно его любила. Они только жалеют, что поздно поженились, детей у них нет. Я думаю, они будут счастливы узнать, что у них трое внуков.

– А эта, жена дедушки, она не вредная?
– поинтересовалась Тинка.

– Её зовут Валентина Васильевна, - сообщила Вера Ивановна.
– Она очень душевный человек. Работает в станичной библиотеке, её в станице очень уважают.

26 июня 2008 года, четверг, Ставрополье

Автобус, который утром въехал во двор дошкольного детского дома, потряс своим видом весь персонал. Обычно Шумов присылал старый пыльный автобус с продавленными сиденьями, где дети должны были мучиться на протяжении всей долгой дороги от духоты, тряски и тесноты. На этот раз прибыл новенький двухэтажный туристский автобус с кондиционированием, мягкими велюровыми креслами и туалетом (!) в задней части.

Из автобуса вышла молодая женщина лет 30. Представилась - Юлия Константиновна, врач детдома. Угрюмо ожидавшие во дворе прибытия автобуса дети, напуганные взрослыми, немного оживились, увидев сверкающий чистотой огромный великолепный автобус. Довольно высокий для семи лет мальчик нерешительно тронул Юлию Константиновну за руку:

– Тётя, мы поедем на этом автобусе?

– Да, милый, - ласково улыбнулась она, получив ответную робкую улыбку.
– Вы поедете со мной в ваш новый дом к морю. Там очень хорошо, не надо бояться.

Мальчик облегчённо вздохнул и повернулся к остальным детям:

– Тётя сказала, там нам будет хорошо. Вы как хотите, а я поеду. А когда мы поедем?
– вновь обернувшись к Юлии Константиновне, спросил он.

– Можете уже садиться, - ответила Юлия Константиновна.
– Я только возьму ваши документы и сверю вас со списком. Как тебя зовут?
– обратилась она к мальчику, который заговорил с ней и который явно верховодил всеми.

– Теймураз, - охотно ответил он, сияя огромными тёмными глазами.

– Красивое у тебя имя, - одобрительно сказала Юлия Константиновна, и Теймураз расплылся в счастливой улыбке. Потом, вспомнив о словах доброй тёти, что можно уже садиться в автобус, он заторопился к автобусу.

– Теймураз, - окликнула его пожилая женщина, вероятно няня.
– Ты забыл взять свои вещи. Пойдёмте, дети, - обернулась она к повеселевшей группе старших детей, скученно стоявшей у крыльца.
– Вы возьмёте все свои вещи и спокойно пойдёте к автобусу, мест там всем хватит. Правда?
– обратилась она к Юлии Константиновне.

– Да, в автобусе тридцать сидений, так что не спешите, дети, устраивайтесь, где вам хочется. Я скоро подойду, расскажу, что у нас есть внутри автобуса, и мы поедем. А в дороге, кто захочет, может смотреть мультики, у нас есть очень интересные.

– Ура, мультики, - восторженно зашептались дети и побежали в здание детдома. Только две маленькие девочки остались у крыльца, тесно обнявшись и заливаясь горькими слезами. Юлия Константиновна подошла к ним.

– Что случилось, почему плачем?
– ласково спросила она.

Старшая из девочек с отчаянием глянула на неё и ещё крепче прижала к себе младшую. Девочки были очень похожи: светловолосые, с большими голубыми глазами.

– Это сёстры Смирновы, - пояснила подошедшая к ним Ирина Алексеевна.
– Они попали к нам год назад после гибели родителей. Ане уже 7 лет, ей надо уезжать, а Вике только 5, ей ещё два года жить здесь.

– Тётенька, - отчаянно обратилась Аня к Юлии Константиновне, - возьмите нас вместе, Витуся без меня не может. А вдруг мы потеряемся?