Юг в огне
Шрифт:
Брэйнард был высокий, худощавый мужчина лет под сорок, с серыми надменными глазами. Светлые редкие волосы он густо смазывал бриолином и зачесывал на пробор. Он бывал и раньше в России и хорошо говорил по-русски.
Одетый в полувоенную форму - бриджи цвета хаки и коричневые краги, серый френч без погон, - он производил впечатление военного человека, хотя в войсках никогда не служил. Будучи американцем по происхождению, он жил в Лондоне и тесно был связан с английской военной миссией, обосновавшейся в Таганроге при штабе Деникина.
Некоторые досужие языки утверждали, что он является
Так это или нет, но всем было известно, что он частенько бывал у Краснова не только в его атаманском дворце, но и в его доме. Некоторые рассказывали, что Брэйнард, бывая запросто у Краснова, встречался у него с представителем кайзера Вильгельма майором генерального штаба фон Кохенгаузеном.
В самом же деле мистер Брэйнард не был официальным лицом. Он простой коммерсант. Человек предприимчивый, энергичный, к тому же имеющий хорошее чутье дельца, Брэйнард без страха бросался во всевозможные авантюры и всегда получал от этого хорошую поживу.
Брэйнард был пайщиком англо-американской акционерной фирмы, которая до революции выгодно скупала в России яйца, кур, свиней и вывозила в Англию и некоторые другие страны Европы. Особенно активную деятельность фирма развила в Донской области, в Тамбовской и Воронежской губерниях.
Для этой цели фирма имела в России своих постоянных представителей в лице Брэйнарда и Барсельмана.
О размерах закупок фирмы можно было судить по таким цифрам. Брэйнард и Барсельман при помощи сотен агентов и скупщиков только в 1916 году отправили в Англию 450 миллионов яиц, 4 миллиона битых кур и до миллиона голов свиней. Но если нужно и выгодно было, то Брэйнард скупал не только яйца и кур. На ярмарках Дона и Тамбовщины в 1915 году его агенты закупили до 25 тысяч лошадей, которых отправили в Англию.
Произошла февральская революция, затем Октябрьская социалистическая и деятельность фирмы приостановилась. Большевики национализировали все ее предприятия. Перестав получать огромные дивиденды с прибыли, акционеры всполошились... Правлению общества много пришлось услышать горьких упреков от них... Надо было предпринимать какие-то экстренные меры для того, чтобы акционерное общество не распалось. И когда в Англии стало известно, что на Дону возникло контрреволюционное правительство генерала Краснова, борющееся с большевиками, в правлении акционерного общества обрадовались. Открывались новые перспективы и возможности обирать население России.
На собрании акционеров было решено послать на Дон, к атаману Краснову, расторопного члена правления для налаживая связей фирмы с атаманом.
Выбор пал на Брюса Брэйнарда. Кто же лучше его может выполнить эту роль? И так как в числе акционеров фирмы были и ответственные лица военного и иностранного министерства Великобритании, то правление фирмы заручилось от этих лиц для Брэйнарда рекомендательными письмами к Краснову.
Что писалось в этих письмах, широкие круги и не знали. Известно было только то, что когда мистер Брэйнард прибыл в Новочеркасск, явился в атаманский дворец к Краснову и передал эти письма,
то атаман сразу же преисполнился чувством глубокого уважения к подателю их. С тех пор Брэйнард стал своим человеком в атаманском дворце и в доме самого атамана...Ехал Брэйнард на Дон с самыми серьезными деловыми целями, и вот ведь сам черт попутал... на пути его встретилась белокурая бестия с голубыми глазами. Она околдовала Брэйнарда, этого холодного, черствого человека.
– Гм...
– бормотал Брэйнард, бегая по номеру.
– Черт мне поднес этого рыжего поляка!.. Если б не он, так я и не увидел бы ту сирену... Зачем мне это нужно? Разве я приехал сюда любезничать?.. Я приехал сюда делать бизнес!.. Да, бизнес!.. Что скажут акционеры?.. Что скажут наши джентльмены?.. Нет!.. Нет!.. К черту все!.. Не хочу!..
В дверь осторожно постучали.
– Кто там?
– гаркнул Брэйнард, останавливаясь и свирепо вытаращивая глаза на дверь.
– К вам можно, мистер Брэйнард?
– певуче послышался из-за двери нежный голосок.
– Гм...
– промычал он, растерянно оглядывая номер - все ли в порядке.
– Одну минутку!..
Он метнулся к шифоньеру, оглядел себя в зеркало, поправил пробор, повязал туже галстук, подбежал к туалетному столику, брызнул на себя духами, смахнул рукавом какие-то крошки со стола. Еще раз оглянул себя в зеркало, расплылся в сладкой улыбке.
– Прошу!
– приоткрыл он дверь.
– Прошу, пожалуйста!..
– Здравствуйте, мистер Брэйнард!
– входя в номер, обворожительно улыбнулась Вера.
– Простите, ради бога, что так, без предупреждения, врываемся к вам... Познакомьтесь, пожалуйста, - указала она на красивую брюнетку.
– Моя приятельница, Люся... То есть Людмила Виссарионовна...
– Очень рад, - раскланялся Брэйнард.
– Очень рад. Очень, миледи, сожалею, что это не мои лондонские аппартаменты, а только лишь жалкий номер новочеркасской гостиницы...
– Но ведь это тоже "Лондон", - попробовала сострить Люся.
– К сожалению, - пожал плечами Брэйнард, - этот "Лондон" - скверная пародия на настоящий Лондон... Вы, прошу извинения, представить себе не можете, что такое есть Лондон!.. Ах, Лондон, Лондон!.. Хотел бы я сейчас там быть!..
– Да, я представляю, - раздумчиво пропела Вера.
– Ваш Лондон - это, вероятно, что-то сказочное... Разве вот, говорят, туманы там...
– Ну что значит туманы, - вздернул плечами Брэйнард.
– Разве в них дело?.. У вас, в Петрограде, тоже ведь часто бывают туманы, однако же никто не будет отрицать, что Петроград прекрасный город... Но наш Лондон, конечно, лучше Петрограда.
– Но почему "ваш Лондон"?
– спросила Вера.
– Ведь вы же, кажется, американец?.. Ваш - это Нью-Йорк...
– Я из Америки давно, - сказал Брэйнард.
– У меня там никого не осталось. Привык к Лондону, считаю его своим городом...
– Хотела бы я хоть одним глазком взглянуть на Лондон, - мечтательно проговорила Вера.
– Я так люблю все иностранное... Особенно мне все нравится американское и английское...
Брэйнард хотел что-то ответить, но, бросив на нее быстрый взгляд, передумал и отвернулся.