Ястреб в огне
Шрифт:
– Да. – Согласился Квин и заплакал.
– Беги. – Сказала сломанная маска.
И Квин побежал.
I.
– Ты видел Бога?
– Где?
– На небе. Ты же был на небе, ты должен был увидеть Бога.
– Небо – это тонкая оболочка, за которой лежит холодная пустота. Там нет жизни, и воздуха. Люди строят там особые дома, из металла, и обогревают их изнутри. Много таких домов складываются в небесные города, парящие над особыми точками на Земле.
В коридоре
– То есть Бога там точно нет?
– В пустоте – нет. Но те из нас, кто верит в него, считают, что он находится во всем – в свете, воздухе, воде, в самом пространстве и каждом из нас. Например в тебе…
– Во мне?
– Ну конечно. Если его нет в детях, то значит он точно не существует… – Джино рассмеялся. – Так говорила учительница, в младшей школе.
– Твоя мама?
– Нет, учительница. Мы рождаемся не так, как вы, а в специальной машине. А потом детей воспитывают всех вместе, сначала в яслях, потом в школах…
– Машина делает детей?
– Ну да, можно и так сказать.
– И у тебя не было мамы?
– Получается, что нет.
– Это плохо. Слушай, но если Бог есть во всем, то он есть и в тебе?
– Ну… наверное.
– Почему же ты тогда так болеешь?
– Потому что… – Голос Джино, приглушенный дверью, зазвучал еще тише, словно он, как и Таня, сел, опираясь спиной о дверь. – Потому что я сам в этом виноват.
– Но что ты такого сделал?
– Я спустился на Землю, и этого достаточно. Я мог выстрелить себе в голову, и это тоже было бы моим выбором. Никто, кроме меня, не был бы за это в ответе…
– Но это не правильно!
– Почему? Все справедливо. Я получил награду, сообразно своему поступку.
Таня замолчала ненадолго, обдумывая его слова.
– Но если бы ты мог решать снова, ты бы остался дома… наверху?
– Не знаю, об этом не хочется думать. Почему ты задаешь все эти вопросы?
– Я думала, небесные люди знают ответы на все.
– Это не так. Я обычный человек…
– Неправда, ты очень умный…
– И очень усталый. – Не выдержала Мириам, и встала со ступеньки. – Ему же нужно спать, Таня!
Голос она не повышала. Наверное только поэтому Таня не вскочила с криком, а только сжалась, по прежнему прижимаясь к двери.
– Я боялась, что завтра он… что не успею спросить обо всем.
– Это Мириам? – Спросил Джино.
– Да.
– Спасибо за рисунок.
– Не за что. Это просто бумага, и немного мела…
– Это еще и мое лицо. – Голос Джино прозвучал глухо, снизу. Мириам присела у двери, рядом с Таней, чтобы лучше его слышать. – О котором ты мне напомнила…
– Би сказала, что ты будешь спать…
– Я спал достаточно.
Девочка права, насчет завтра. Сколько тебе лет, Мириам?– Шестнадцать. Осенью будет семнадцать, а что?
– Осень… это когда зеленеют деревья, да? Вся долина становится зеленой, а на холмах вырастают цветы?
– Ну да, а поздней осенью созревает второй урожай яблок, и кукурузы. А цветы… они просто красивые. Их собирают… ну просто, чтобы собрать.
– И дарят девушкам, да?
Мириам улыбнулась в ответ, и сразу же поняла, что ее улыбку не увидит в темноте даже Таня, тихонько сидящая рядом.
– Да. Цветы, и цветные ленты, и кольца с браслетами. На осенней ярмарке можно купить все это, она даже больше весенней.
– Но у тебя, кажется, нет колец?
Таня тихонько хихикнула, а Мириам почувствовала, что краснеет.
– Что-то не так? – Спросил Джино.
– Обычно так знакомятся с девушками. – Ответила наконец Мириам. – С теми, с которыми хотят… ну… в общем спрашивают, где ее колечко, лента в волосы или сережка…
– Извини…
– За что? Это же не обидно. Девушка всегда может сказать, что и без сережек хороша, или что колечко у парня, а парень в гвардии. Или еще как-то отшутиться…
– Я не знал.
– У вас не знакомятся с девушками?
– У нас все… иначе.
– А что дарят небесным девушкам? – Встряла в разговор Таня.
– Я, если честно, затрудняюсь…
– А тебя ждет на небе девушка? – Мириам толкнула Таню плечом, и та замолчала, обиженно засопев.
– Не обижайся. – Прошептала Мириам. – Она маленькая, и не хотела…
– Не ждет. – Тихо ответил Джино. – Да и… я не хотел бы, чтобы ждала.
Мириам прижалась щекой к двери, слушая хриплое дыхание, с другой стороны. Цвет Джино пробивался сквозь щели между досками вместе с биением его сердца, которое Мириам не слышала, но угадывала по пульсации цвета.
– Ты… печальный. – Сказала она, положив палец на губы Тане. – Плохо, когда тебя не ждут, и знать, что… плохо и страшно. Ты смелый, Джино. Наверное, у вас на небе очень глупые девушки, раз ни одна не взяла твое кольцо, или твою сережку. Я… я бы взяла.
Она встала, и подняла Таню, которая тут же попыталась по своему обыкновению что-то спросить. Мириам снова дотронулась до ее губ.
– Мы пойдем. – Сказала она. – Выспись, пожалуйста, чтобы мы смогли завтра поговорить.
– Да. – Прошептал Джино. – Спокойной ночи.
И, когда они уже отошли от двери, до них долетело, совсем тихо:
– Спасибо… Мириам.
II.
Мириам зевнула и споткнулась.
Город не спешил просыпаться, заря едва-едва окрасила небо над крышами, начинающими блестеть от утренней росы, и улицы оставались непривычно пустыми. Только раз навстречу попался бородатый старик, подметавший мостовую, и даже не глянувший в их сторону.
Би на секунду остановилась, поджидая Мириам. Она тоже выглядела усталой – или, возможно, просто казалась такой в предрассветных сумерках.