Яростные тени
Шрифт:
– Из «Коламбии»? – Швейцар посмотрел на шубу Хэдли и указал рукой на вестибюль. – В этом нет необходимости, прошу, заходите.
Ну, все-таки получилось неплохо.
Лоу провел Хэдли в кинотеатр. В просторном зале лежал зеленый узорчатый ковер. Множество колонн. Бронзовый египетский барельеф на стенах. Вереница гостей поднималась и спускалась по прекрасной лестнице к площадке, где подавали напитки и закуски. Но внимание Лоу привлекла выставка в дальней части помещения.
Частная коллекция Сэмми Левина.
Хэдли была права. У них общая одержимость. Однако мистер Левин тяготел к сюрреализму.
Мистер Левин был неприлично богат.
И ему хватит средств не только построить несколько кинотеатров в Сан-Франциско, но и приобрести сокровища, место которым в департаменте антиквариата музея.
– Ты знала, что у него такая коллекция? – прошептал Лоу Хэдли на ухо.
– Мистер Левин несколько раз перебивал цену музея де Янг на аукционе. Ничего особенного: несколько драгоценностей и сломанная погребальная маска. До меня дошли слухи, что он мало разбирается в том, что приобретает. Просто забирает желаемое, как мальчишка в магазине игрушек. Чем больше блестит, тем лучше.
Лоу понял, что Хэдли с Левином не знакома. Она видела его мельком на благотворительном вечере в прошлом году и знала, что он немного не в себе. Поговаривали, будто у него устроено тайное убежище на втором этаже кинотеатра и иногда между сеансами его видели на балконе попивающем виски в халате.
Лоу мог себе представить, как одна из каноп стоит среди этого странного собрания антиквариата и новодела. Но любопытство сражалось с вновь появившемся чувством, что за ними следят. Неужели прежний партнер доктора Бэкола осмелится натравить на них волшебных созданий у всех на виду?
Лучше найти чертову штуковину и убраться отсюда поскорее.
С подозрением осмотрев толпу, Лоу прижал Хэдли к себе поближе и встал в очередь, которая двигалась мимо полицейского в униформе, охранявшего выставочные экспонаты. Половина присутствующих понятия не имела, сколько стоили предметы в пределах их досягаемости. Проклятье, большинство просто хотели сфотографироваться на троне. Голливуд важнее пыльных реликвий.
Ну и ладно. Значит, можно спокойно рассмотреть половину выставочных экспонатов. Он принялся искать нужную урну, но стоило им обойти несколько полок, Лоу заметил кое-то ужасно знакомое.
Статую золотого крокодила.
Левин был тем самым таинственным клиентом Монка.
Нет, это совершенно невозможно! Лоу зажмурился, желая, чтобы эта статуя исчезла, а потом снова взглянул. О, да, тот самый крокодил. И так как он точно знал, что подлинная статуя стоит в витрине в Нью-Йорке, значит это подделка Адама.
В теле Лоу словно разгорелся пожар. Он ослабил галстук, ничего не чувствуя от внезапного наплыва паники, спутавшей его мысли. Лоу утер лоб и оглянулся. Ладно, еще не все потеряно. Им надо только найти чертову урну и сбежать. И, возможно, искомого вообще здесь нет. Хэдли ведь могла
ошибиться. Он повернулся, чтобы высказать свое предположение, но увидел, что любимая стоит совсем рядом с полкой и пристально смотрит на крокодила.– Лоу, эта статуя напоминает экспонат позднего периода, который украли из захоронения в Эль-Файюме. Как же этот крокодил оказался здесь?
Лоу молчал, чувствуя, будто пол под ногами расплавился. Его бросило из жара в холод, а на коже выступили капли пота.
Нужно рассказать ей сейчас, но тогда Хэдли заподозрит, что амулет тоже подделка. Она узнает, что он собирался обмануть ее отца, и возненавидит за это. Всю прошлую неделю он чувствовал себя не в своей тарелке из-за необходимости скрывать их связь, но проблема не только в этом. Он обманывал себя, думая, что удастся не открывая правды, спрятать свою незаконную деятельность. Он считал, что сможет вернуть долг Монку и помочь отцу Хэдли без ее ведома. Отличный план, выполнить который далеко не просто.
Но с первой встречи на железнодорожной станции и до прошлой ночи, которую он провел в ее постели, их отношения стали значить для него намного больше, и теперь он попал впросак.
Он потеряет Хэдли из-за своей лжи. Надо было ей сознаться. Она приняла историю с Адамом и Стеллой и, возможно, примет и его не совсем законную деятельность. Но теперь слишком поздно.
Он был дураком, проклятым идиотом.
К ним подошел высокий худой мужчина во фраке. На висках виднелись две седые полоски, напоминающие крылья в черных волосах.
– Добрый вечер. Вам нравится моя коллекция?
– Мистер Левин, – ответила Хэдли на октаву выше, чем обычно.
Helvete!
Коллекционер украдкой посмотрел на Хэдли.
– Мы не встречались? Дорогая, вы кажетесь мне очень знакомой.
– Боюсь, что нет.
– Мы только сегодня приехали из Лос-Анджелеса, – выпалил Лоу, сумевший каким-то образом взять себя в руки.
– Да, из «Коламбия Студиос», верно? Швейцар сообщил одному из моих подчиненных, и я просто не мог не встретить вас сам. Чем вы занимаетесь?
Чудесно. Уж Левин точно поймет, что они солгали о забытом в гостинице приглашении. Лоу протянул руку и быстро придумал вторую версию.
– Я продюсер Джеймс Андерсон, а это моя помощница мисс Блэк. Мы приехали сюда, чтобы найти место для съемок детективного фильма. Узнали о вашем торжестве и решили поприсутствовать. Надеюсь, вы не против, что мы явились без приглашения?
– Конечно нет, это приятный сюрприз.
Левин слишком сильно сжал его руку. Хотя, может, Лоу и показалось. Он напомнил себе, что Монк часто проводил тайные сделки и вряд ли сообщил его имя покупателю. Не стоит паниковать.
Левин прищурился.
– А что вы снимаете?
Лоу кратко описал роман с продолжением Дэшилла Хэммета из журнала «Черная маска» о циничном частном детективе, занимающемся поисками исчезнувшего на улицах Сан-Франциско драгоценного камня. Левин слушал, а вот Хэдли – нет. Время от времени она с любопытством поглядывала на статую крокодила и, выслушав восторженный ответ коллекционера на выдуманный Лоу рассказ, сделала шаг вперед и указала на интересующую ее вещь.
– Извините, мистер Левин, мне очень понравился этот экспонат. Как вам удалось его получить?