Йанто Путешественник
Шрифт:
— Мне туда, — отперев её, уныло сказал Мишка. Правду говоря, если бы Йанто пошел вместо него, он вздохнул бы с громадным облегчением… но увы — даже медицинский нанотех зеннов вылечит того только дня через три, а ждать столько они просто не могли…
— Я буду тебя ждать, — сказал Йанто. — Сколько нужно.
— Спасибо, — буркнул Мишка, — и, не прощаясь, нырнул в дверь. Здесь был коммуникационный туннель — низкий, с идущими по стенам кабелями, пыльный и длинный. Мишка дошел до поворота, полез вверх по вертикальной лестнице, — это Йанто с его раненой рукой точно не смог бы, не говоря уже о том, что предстояло сделать дальше…
Люк наверху тоже оказался заперт, но мальчишка
На схеме путь к генератору казался несложным, — но Мишка всё равно нервничал. Подготовка к походу заняла совсем немало времени, — и в любой миг он даже здесь мог наткнуться на засаду. Оставалось лишь надеяться на то, что у`рар не поняли их плана, слишком уж невероятным он казался…
Задумавшись, он чуть не пропустил нужную дверь. Она, к счастью, открылась легко, — а за ней наверх несколькими длинными пролетами шла лестница. Вздохнув, Мишка пошел по ней. На душе у него скребли кошки, но как раз не потому, что он боялся умереть. Если он потерпит неудачу, — умрут и все остальные, и вот это действительно его пугало.
Он недовольно мотнул головой и пошел дальше. Пролет, ещё пролет…
Лестница упиралась в бронированную дверь, но перед ней сам коридор поворачивал направо и делал П-образный изгиб, огибая что-то вроде построенного под землей бункера. За дверью в стене зияла узкая ступенчатая амбразура, смотревшая на выход. Его перекрывала очередная рама с силовым полем, — к счастью, отключавшимся изнутри небольшим пультом. А вот и дверь наружу, — противовзрывная, литая, выгнутая наружу. Без штурвала или рычагов.
Он пошарил взглядом по стенам, нашел второй маленький пульт. Ага, похоже, что эта вот кнопка…
Кнопка приглушенно щелкнула, дверь с натужным гудением мотора отвалила наружу. В неё потоком хлынул бледный дневной свет.
Мишка, щурясь, смотрел на него, потом всё же выглянул наружу. Он не заблудился, — тут и в самом деле был овраг, под бетонной площадкой у двери шумел бурный ручей. Мальчишка поискал глазами мостик, потом решительно шагнул вперед… опомнившись, шарахнулся назад, достал из рюкзака прихваченный ещё на складе небольшой серебристый контейнер, и подпер им дверь. Оставалось надеяться, что никто не уберет его, — изжариться при взрыве не хотелось…
Он вышел наружу, осмотрелся, потом перемахнул через перила и по глинистому склону сполз в воду, неожиданно холодную. Сжав зубы, он в несколько шагов пересек ручей, выбрался на низкий берег. Впереди стеной стояли кусты.
Мишка продрался через них, уперся в крутой склон, на четвереньках, то и дело оскользаясь, полез вверх, сунув пистолет за пояс. Тяжеленный рюкзак страшно мешал, но бросить его он не мог: без него вся его затея теряла смысл.
Наконец, он выбрался наверх и осмотрелся. За оврагом тянулась забитая брошенными машинами улица, за ней угрюмо темнели многоэтажные дома. Там, к счастью, ничего не двигалось, но, всё равно, Мишку передернуло: ему казалось, что за ним наблюдают. Он вздохнул и обернулся. Пологий, заросший редколесьем склон, за ним блестела серебристая коробка станции. Точно такая же, как на схеме, и сердце у него ёкнуло. Похоже, что без акробатики не обойтись, но выбора у него не оставалось: если он не разобьется, у`рар всё равно прикончат его позже. Он решительно ничего не терял в любом случае, — и, невольно передернув плечами, пошел вверх по склону.
Поначалу идти оказалось трудновато, но склон быстро
выровнялся. Мишка зашагал бодрее, но тишина его по-прежнему тревожила: ни птиц, ни какой-то мелкой живности, ни даже насекомых. Из звуков — лишь тихий шелест листвы. Погода стояла прекрасная, — тучи ушли, сбившись в тяжелую кучу на западе, в чистом небе висели лишь перистые облака, — и Мишка вновь помотал головой. Ему показалось, что за ним опять следят, но почти тут же ощущение исчезло. Отвернулись? Или нет? Ладно, всё равно неважно…Он пошел дальше. Растительность вокруг смотрелась как-то странно, — немного похоже на картинки лесов каменноугольной эры, — и мальчишке казалось, что из зарослей вот-вот выйдет динозавр. Чушь, конечно, — никаких динозавров тут не было, — но местность вокруг оказалась неровная, и в неглубоких лощинах могло спрятаться, в принципе, буквально что угодно. Пока у`рар вокруг не видно, — но это пока…
Всё время крутя головой, как заведенный, Мишка сам не заметил, как добрался до станции. Её окружал двухметровый сетчатый забор, но ворота в нем были снесены, словно в них въехала машина. За ними зеленели нетронутые заросли, — похоже, у`рар давно тут не бывали…
Продравшись через них, Мишка задрал голову и посмотрел вверх. Черт его знает, почему, но стена станции состояла из метровой, примерно, высоты листов нержавеющей стали, отклоненных наружу под углом градусов в десять, так что получалось нечто вроде громадных перевернутых жалюзи. Щели между ними, правда, тоже оказались заварены, но края вертикальных листов торчали сантиметров на пять и, в принципе, он вполне мог залезть наверх по этой своеобразной лестнице. Благо, что высота тут оказалась не очень-то большой, — где-то этажа четыре. Куда проще, конечно, было просто зайти через дверь, — но найти код к ней Йоло так и не смог, как ни старался…
Вздохнув, он поднялся на бетонный выступ фундамента, взялся за край, примериваясь, потом уцепился за край второго снизу листа, задрал ногу, уперся в край первого снизу, подтянулся…
Во второй раз процедура оказалась сложнее, — ему приходилось опираться уже не на удобную бетонную плоскость, а на скошенную кромку шириной в полсантиметра. К счастью, нарочно надетые на этот случай Сашкины ботинки с рифлеными подошвами держались на ней крепко, а найденные на том же складе перчатки с толстыми накладками надежно защищали пальцы. Мишка вновь выбросил вверх руку, потом вторую, подтянулся…
В этот раз пальцы чуть не соскользнули, и он тихо зашипел от злости. Но, как ни смешно, именно злость придала ему сил, и он полез по стене, стараясь покончить с этим побыстрее, и не думать о зияющей за спиной пустоте. Раз-два-три-четыре… раз-два-три-четыре…
Мишка старался не смотреть по сторонам, и ему сразу же начало казаться, что он ползет по этой чертовой стене уже целую вечность. Тут он, однако, добрался до крыши, — тут наклонный край листа выступал в пустоту сантиметров на двадцать. Он взглянул на него снизу вверх, вздохнул и невольно поджал живот, стараясь справиться со страхом. На словах всё это казалось очень простым, но на деле…
Неожиданно даже для себя он рывком задрал ногу, зацепился за последний выступ, — и выбросил тело вверх. Ладони резко ударили в металл, подбросив его ещё выше… он нагнулся вперед, одновременно падая на бок… грохнулся на самый край, наполовину над пустотой… судорожно крутанулся, словно падающая на лапы кошка… ещё раз… и ещё… и замер, раскинув руки и глядя на бесконечно высокую вязь перистых облаков. Он всё же сделал это… правда, слезть таким вот путем он уже не смог бы, и теперь оставалось лишь довести всё дело до конца.