ЯМАЙ
Шрифт:
Легкий холодок страха защекотал нервы. Я почувствовал приближение существ.
– Уходим. – Я повернулся к Лапе, взял ее за руку, и мы побежали по серпантину прочь от тревожных ощущений.
Страх ощущался все сильнее, и я понял, что существа начинают нас догонять. Лапа, видимо, почувствовав то же самое, ускорила бег. Мы изо всех сил бежали по загадочному серпантину навстречу темноте. Мы пробежали минуту или две и, внезапно волна страха буквально обрушилась на нас спереди. Лапа споткнулась и упала. С трудом устояв на ногах, я приблизился к девушке, присел рядом с ней и взял ее за руку.
Лапа
Еще одна, не менее мощная волна страха хлестким ударом вонзилась в спину. Она буквально сбила меня с ног, и я упал, закрыв собой девушку.
Лапа будто сжалась в комочек, обхватила колени руками и прижалась к ним подбородком.
Чувство страха и паники неумолимо росли. Казалось, что еще немного – и они разорвут меня изнутри.
Девушка слегка пошевелилась и повернулась лицом ко мне. Я почувствовал ее горячее и прерывистое дыхание на своей щеке. Я приоткрыл глаза и посмотрел на нее.
И снова, страху назло, изнутри вырвалась волна жара, разметав ледяные глыбы ужаса в груди.
В глазах Лапы тоже вспыхнул огонь.
Глядя друг другу в глаза, мы обнялись и, перекатившись, вновь сорвались с края обрыва в бесконечность.
В этот раз падение не было мягким. Несколько раз ударившись о выступы в скале, я отключился.
Сознание возвращалось ко мне вместе с гудящей болью во всем теле. Я почувствовал прохладное прикосновение к лицу и медленно открыл глаза.
Я лежал на спине у самого входа внутри небольшой пещеры, рядом со мной сидела Лапа и влажным платком аккуратно вытирала мне лицо.
Увидев, что я открыл глаза, она радостно улыбнулась, наклонилась и обняла меня, положив голову мне на грудь.
От ее искренней радости и заботливых прикосновений силы начали вливаться в меня, вытесняя боль.
– Пожалуй, ради такого пробуждения стоило и со скалы упасть, – пробормотал я с улыбкой.
– Спасибо тебе, – прошептала она.
– За что?
Лапа не ответила, а просто прижалась еще сильнее.
– Ты цела? Не пострадала?
– Да, все хорошо.
Я с облегчением закрыл глаза, продолжая понемногу приходить в себя. Я прислушался. Откуда-то из глубины скалы доносился едва уловимый и очень знакомый звук. Поднявшись, Лапа улыбнулась и направилась вглубь пещеры. Я осторожно приподнялся и встал на ноги. Тело ныло, но, судя по всему, переломов и серьезных ран не было, только синяки, шишки и царапины.
Следуя за Лапой, я пошел на звук. Девушка уверенно зашла в пещеру и исчезла за изгибом стены. Спустя несколько секунд, я зашел в пещеру вслед за Лапой.
Внутри тоннеля практически ничего не было видно, я слышал лишь тихий шорох шагов девушки и тот самый звук, который и привел меня сюда. Я вдруг понял, что это. Это был звук журчащего ручья.
Где-то в глубине пещеры показалось знакомое бирюзовое свечение. Не чувствуя страха, я уверенно направился вслед за девушкой.
Свечение становилось все ярче, и, сделав полсотни шагов, я вышел из пещерного тоннеля в просторный зал с невероятно красивыми каменными бассейнами, наполненными водой, будто сияющей изнутри бирюзовым светом.
Бассейны не выглядели творением рук Человека. Вода, вытекая из
ниши под потолком, падала на огромный валун, выточив в нем невероятных размеров купель. Переливаясь, она перетекала на второй, потом на третий и на следующий валун, образуя неповторимо красивый каскад из пяти водопадов.Лапа стояла чуть впереди, тоже любуясь этим природным великолепием.
– Здесь красиво, – сказал я, заходя в каменный зал.
Девушка слегка вздрогнула и резко обернулась, словно не ожидая меня здесь увидеть.
– Прекрасно выглядишь, – попытавшись сгладить ситуацию, сказал я.
Лапа улыбнулась.
– Я тебе не помешаю, если искупаюсь? – спросил я. Я бы с удовольствием немного освежился и привел себя в порядок.
– Да, конечно, тем более я уже собираюсь уходить.
Она подошла к бассейну, ополоснула в воде платок, которым стирала остатки земли с моего лица, и направилась к выходу.
Я стянул рюкзак со спины. Интересно, что стало с его содержимым после всех моих недавних приключений? Снаружи он даже нигде не порвался и выглядел пыльным и грязным, но целым.
Открыв рюкзак, я вытащил из него остатки ноутбука. Вся его поверхность была в глубоких вмятинах и царапинах. Похоже, он сыграл немалую роль в спасении моей жизни, приняв удары о скалы на себя.
Я осторожно вытряхнул из рюкзака все его содержимое.
Кроме осколков от ноутбука и сильно помятого ежедневника, который, судя по разрывам на обложке, тоже помог мне спастись, из рюкзака выпали два шоколадных батончика – я всегда носил их с собой на случай, если сильно увлекусь работой и захочется перекусить. «Батончики придутся очень кстати», – решил я, убирая их обратно в рюкзак. Полупустая бутылка воды, сломанная ручка, пластиковые карточки, немного наличных, ключи от офиса и дома и каким-то чудом уцелевшая зажигалка.
«Забавно, я ведь бросил курить несколько лет назад, а зажигалка, видимо, закатилась куда-то в глубь карманов и все это время будто лежала и ждала своего часа…» – рассеянно подумал я.
Это все, что было в моем рюкзаке. Вроде бы обычные вещи, однако сейчас они выглядели для меня как артефакты какой-то далекой эпохи. Хотя от той самой эпохи меня отделяли всего-навсего какие-то несколько часов.
Я вытряхнул из рюкзака остатки ноутбука и аккуратно сложил все обратно.
Ноутбук я тоже положил в рюкзак, так как прекрасно понимал, что, вполне вероятно, он мне может еще пригодиться для защиты спины. Использовать ноутбук по прямому назначению уже, очевидно, было невозможно. Обломки пластмассы, железа, микросхем и прочего я аккуратно сгреб в одну кучку и высыпал у дальней стены пещеры, чтобы Лапа или кто бы то ни было еще случайно об них не поранились.
Наконец, я разулся, стянул с себя кроссовки, футболку, джинсы и куртку и полез на самый высокий валун.
Все тело ныло, движения давались с трудом. Казалось, что меня пропустили через гигантскую мясорубку – и в какой-то мере это было правдой. Присев на краю, я ополоснул лицо и руки и попробовал воду на вкус. Она была пресной, не соленой, каких-либо привкусов или примесей тоже не ощущалось. На вкус как обычная родниковая вода, поэтому я зачерпнул полные ладони и с удовольствием утолил жажду.