Чтение онлайн

По спине Виктора пробежала ледяная волна мурашек. Он посмотрел на старуху. Она по-прежнему сидела на корточках, уставившись на него с каким-то странным, неприятным интересом. Едва их взгляды встретились, Маула, не вставая с корточек, стала быстро – неестественно быстро – пятиться назад, мелко перебирая ступнями, обутыми в растоптанные туфли. Словно какая-то непреодолимая сила затягивала ее в чащобу. Старуха открыла черный рот и забормотала:

– Спаси ее! Спаси ее! Спаси ее!

И бормотала так, пока не исчезла в кустах. Колючие ветки кустарника сомкнулись за ней,

как шторы. Вокруг стало стремительно темнеть, и меньше чем через пять секунд все погрузилось в непроницаемую мглу.

Ким проснулся от слепящего белого света, льющегося из окна. Часы показывали восемь утра. Все еще находясь под впечатлением от страшного сна, Виктор сел на кровати и опустил босые ноги на пол. Посмотрел на свои ступни и обмер: пальцы ног были испачканы свежей незасохшей грязью.

Утро выдалось мрачным и туманным. В воздухе пахло чем-то неприятным, тухлым, словно ядовитые испарения лесных болот добрались и до поселка. Солидный рослый толстяк выбрался из джипа и подошел к Егору.

– Павел Иванович Кривцов, – представился он.

– Егор Игнатьич Соболев.

Они пожали друг другу руки. Приезжий был одет в теплую прорезиненную куртку и такие же теплые штаны. На ногах у него были сапоги, а на голове – спортивная шапочка. На вид Кривцову было лет сорок пять. Из-за большого шрама, пересекающего его подбородок и левую щеку, лицо казалось слегка перекошенным. Жесткие светлые глаза глядели иронично и спокойно.

– Я, наверное, слишком поздно приехал? Говорят, на охоту нужно выходить в четыре утра?

– Ничего, – успокоил клиента Егор. – Выдвинемся сейчас. Зверя можно бить в любое время. Главное – найти его.

– А вы найдете?

– Для вас постараюсь.

Кривцов засмеялся.

– Ладно. Тогда пойду подготовлюсь. Вещи мои кто-нибудь возьмет?

– Да, я велю своему человеку. Идите в коттедж. Занимайте любую комнату, какая вам глянется.

– Спасибо.

Кривцов зашагал к коттеджу. К Егору подошел Фрол.

– Знаешь, кто это? – тихо спросил у него Егор.

– Богатый хрен из области, – ответил Фрол. – Кажется, банкир или что-то вроде того.

– Его кличка Кривой. Он правая рука Лисицына.

Фрол удивленно присвистнул.

– Это точно?

– Точно. Он управляющий в банке Лисицына.

Егор пристально смотрел вслед клиенту, который уже дошел до гостевого коттеджа и теперь поднимался по деревянным ступенькам крыльца.

– Не нравится мне твой взгляд, Егор, – негромко сказал Фрол. – Этот тип – всего лишь наш клиент. Поохотится и уедет. Это наша работа, ведь так?

Егор усмехнулся и коротко произнес:

– Посмотрим. Иди, отнеси ему вещи. И пусть поторопится, через двадцать минут выдвигаемся.

…Через два с половиной часа все было кончено. Огромный лось лежал на снегу, хрипя и выпуская из расширившихся ноздрей облачка пара. Трава вокруг него была забрызгана кровью.

– Класс! – восторженно воскликнул Кривцов, выходя вместе с Егором из засады с ружьем наперевес. – Не думал, что попаду!

Они подошли к умирающему зверю.

Егор достал острый охотничий нож. Громила Кривцов взглянул на нож, перевел взгляд ни лицо Соболева. Тот стоял неподвижно, с ножом в руке, глядя на Кривцова в упор. Громила побледнел и невольно попятился.

– Нужно перерезать горло и спустить зверю кровь, – спокойно сказал Егор. – Справитесь?

– Я?.. Справлюсь. Конечно, справлюсь!

– Держите.

Егор перехватил нож за лезвие и протянул Кривцову. Громила взял нож и приблизился к подстреленному лосю. Соболев отошел в сторону, достал из кармана сигареты и закурил. Пока Кривцов добивал лося и спускал кровь, Егор невозмутимо курил, поглядывая на клиента.

К нему подошел Фрол.

– Ну, – сказал он с улыбкой, – вроде все отлично. Думаю, клиент доволен.

– То ли еще будет, – угрюмо добавил Егор.

Фрол настороженно посмотрел на него.

– Ты о чем?

– О «поляне», которую мы накроем, чтобы отметить охоту, – ответил Егор и посмотрел приятелю в глаза. – А ты о чем подумал?

– Слушай, Егор, то, что было, то уже прошло, – тихо сказал Фрол. – Его не вернешь. Чего ж теперь вспоминать?

Соболев жестко прищурился.

– Значит, ты считаешь, что мне не стоит вспоминать про отца? – с холодной иронией осведомился он.

Фрол понял, что сморозил не то, и, виновато глянув на Егора, примирительно пробасил:

– Я считаю, что жизнь продолжается. И если эти козлы платят нам, то это их потеря. Их проблемы. А нам – прибыток, который никогда не бывает лишним. Ведь так?

Егор молча посмотрел ему в глаза. Фрол поежился.

– Пацаны! – позвал Кривцов. – Пацаны, я его прикончил! – Громила поднялся на ноги, провел испачканными лосиной кровью ладонями по щекам, вскинул руки вверх и радостно захохотал. – Предлагаю за это выпить!

Накрыть импровизированную «поляну» оказалось делом недолгим. Кривцов сам разлил коньяк по стаканам и поднял первый тост:

– За тебя, Егор Игнатьевич! Эта охота – самое лучшее, что со мной случилось за последние десять лет! Давно не чувствовал себя таким счастливым!

Мужчины чокнулись и выпили. Потом закусили мясной нарезкой.

– Я подрежу колбасы, – сказал Егор, вынул из чехла нож и принялся нарезать дорогую итальянскую колбасу тонкими кусочками.

– Славный у тебя нож, Егор Игнатьич, – похвалил Кривцов. – Лучше ножа я в жизни не видел.

– Да, – согласился Егор. – Нож у меня хороший.

– Отлично сбалансированный, острый, как бритва, – продолжал нахваливать громила. – В ладони лежит как влитой. Такой и из пальцев-то выпускать не хочется.

– Да, нож у Егора отличный, – поддакнул Фрол, жуя вяленое мясо.

– Отцовский подарок, – сказал Егор и посмотрел на Кривцова. – На восемнадцатилетие.

– Отличный подарок, – одобрил Кривцов. – Я своему сыну тоже такой подарю. Правда, он у меня еще маленький, ему всего восемь. Бойкий пацан.

– Пацаны вырастают и превращаются в мужчин, – заметил Егор.

– Это точно, – кивнул Кривцов. И взялся за бутылку. – Ну, что, давайте еще по одной?

И они выпили еще по одной.