Я так хочу!
Шрифт:
10 глава
В машине почти всю дорогу мы молчали.
И это уже через пять минут стало меня нервировать.
Алина забралась в самый уголок салона, как можно дальше от меня, скрестив руки на груди, словно выражая протест, отвернулась к окну и разговаривать здесь, по всей видимости, не собиралась.
Забираясь в салон, я лишь усмехался. Неужели она думает скрыться от меня даже здесь?…
Моя маленькая, на свете нет места, где бы ты смогла от меня скрыться. И тем более этим местом не является моя собственная машина.
Но она сопротивлялась,
Пусть сопротивляется, пока у нее есть такая возможность.
Вряд ли у нее будет еще что-то, кроме этого сопротивления. Бессмысленного, а оттого, глупого.
Алина вздрогнула, когда я сел рядом, специально очень близко, коснувшись ее облаченной в тонкий капрон ноги, совей ногой, лишний раз доказывая и себе, и ей, что я всегда добиваюсь того, чего хочу.
Вопреки моим ожиданиям она даже не взглянула в мою сторону, хотя я только того и ждал, чтобы, поймав в плен ее испепеляющий меня взгляд, окутать его своим, упрямым и властным, доказывающим раз за разом свое над ней превосходство.
Но девушка не предоставила мне на это и шанса. Она лишь отодвинула ногу, лишая меня своего тепла, тяжело вздохнула, с трудом втягивая в себя воздух, раздраженно насупилась, поджала губы и втянула плечи. Разозлилась.
Усмехнувшись, я стал наблюдать за ней, внимательно разглядывая черты лица, сведенные к переносице брови, напряженные губы, наморщенный нос, темные локоны, к которым так и хотелось прикоснуться, почувствовать пальцами их шелк и нежность, заправить за ухо, ненароком коснувшись мочки, пробежать пальцами по бархату кожи и ощутить теплое женское дыхание на своих щеках.
Желание прикоснуться к ней стало почти непереносимым, и я до боли в ладонях сжал руки в кулаки.
Что за черт?!
Просторный салон автомобиля превратился в тесное, душное пространство, скручивающееся в тонкую, горячую спираль и накаляющее воздух до того предела, который уже невозможно было сносить.
Витающий в салоне аромат ее духом ласкал мои ноздри, терзал их своей сладостью и свежестью, как и сама Алина, не подозревая об этом, терзала меня одним своим присутствием.
Как тогда, в «Зодиаке», когда я готов был наброситься на нее при всех, сжать в объятьях и не отпускать.
Тогда она вела себя крайне раскованно. Вспомнить хотя бы то, с каким скрытым вызовом, специально для меня, на показ, она поцеловала того бармена!! Да я в ту же секунду готов был разорвать его в клочья. Или тот показной танец соблазняющей искусительницы?! Опять же, специально, на показ… Для меня. Я знал, я чувствовал, что он был предназначен для меня.
Вызов. Она бросила мне вызов. И я принял его.
Она и сейчас бросала мне вызов. Не хотела мириться, не хотела покоряться, она усердно готовилась к сопротивлению.
Но разве я не знал, не предполагал, что будет именно так?!
Знал. Предполагал. Потому что решил завоевать не кого-нибудь, а Алину Вайтман.
Прищурив глаза, я продолжал смотреть
на нее в упор.И я знал, что она чувствует кожей мой огненный взгляд, не могла не чувствовать, и знал также, что она едва сдерживает себя от того, чтобы обернуться и накричать на меня, отодвинуться еще дальше, насколько это возможно, но дальше — это уже выскочить из машины на полном ходу. Поэтому она сидела, напряженная, как струна, и крайне раздраженная, плотно сомкнув губы и гневно прищурив глаза.
Возможно, ее смущало присутствие Саши, и я попросил его поднять ширму.
Быстрый удивленный взгляд в мою сторону, приподнятые в изумлении брови, и Алина вновь уставилась в окно, не проронив ни слова и лишь стиснув зубы.
Я нахмурился. Молчание стало не просто раздражать, а аромат ее духов не просто сводить с ума.
— Может быть, — проговорил я, — что-нибудь скажешь?
— Что сказать? — мгновенно отреагировала она, не поворачиваясь ко мне
— Не знаю, — пожал плечами — Может, тебя что-то интересует?
Она невесело рассмеялась. И мне не понравился ее смех.
— Что-то интересует? — едко проговорила она — С чего бы начать!!
Злится, подумал я.
— Начни с чего-нибудь, — сказал я тихо — Уверен, у тебя куча вопросов.
И вновь она невесело рассмеялась.
— Куча, вы правы. И даже больше.
Я раздраженно повел плечами.
— Вот, пожалуйста, — воскликнул я, поморщившись, — не делай так больше!!
Уставилась на меня с изумлением. Неужели оторвала взгляд от окна?!
— Чего не делать? — спросила, не понимая
— Не обращайся ко мне на «вы», — ответил я, глядя ей в глаза — Я чувствую себя стариком.
— А вы и… — начала она, но, наткнувшись на мой предупреждающий взгляд, замолкла — Не хочу стирать ту границу, что лежит между нами, — закончила она упрямо
— Границу? — в глазах блеснули льдинки — Что за граница?
— Та, что отделяет вас и меня.
— Нас вскоре ничто не будет отделять, так что привыкни к мысли, что обращаться ко мне стоит только…
— Я думаю, вы ошибаетесь, — резко перебила девушка, проигнорировав мой ледяной взгляд — Граница есть и будет. И я через нее никогда не перешагну. Вы останетесь собой, а я останусь собой. Мы разойдемся, а вы завтра и не вспомните, что были со мной знакомы.
До чего же упрямая маленькая проказа?! Откуда только свалилась на мою голову?!!
— Этого не будет, — громогласно заявил я после непродолжительной паузы — Мы НЕ разойдемся и я НЕ забуду, — бросил на нее пригвождающий к месту взгляд — И это НЕ обсуждается.
— А у вас куда не посмотри, — выдавила она холодно, — все не обсуждается!! Вы вообще считаетесь с чужим мнением? Или оно для вас так… пустой звук?
Злится, уже почти в ярости. Это лучше, чем равнодушие, и все же… не то, что мне было от нее нужно.
Но на легкую победу рассчитывать и не приходилось. Я знал, что будет трудно.
— Почему же, считаюсь, — кивнул я безэмоционально — Только когда это мнение совпадает с моим.
Алина поджала губы и мысленно, видимо, застонала. Это я понял по тому, как приподнялись, а затем опустились тонкие бровки, образовывая морщинки около глаз.