Чтение онлайн

— Как же меня это достало, почему каждый раз только начало? — недовольно пробурчал кто-то, уже привычно укладывая меня щекой на гладкое и твердое грудное плато, у самого перехода в плечо.

Хм. Мой «выдуманный друг» протестует?

Я приоткрыла один глаз. Внимательно изучила горошинку темного соска прямо перед носом, дальше — рельефный живот с впадиной ниже пупка и мальчишески нежным переходом в узкие бедра. Сбоку беззащитно выпирала паховая косточка, натягивая загорелую кожу. А рядом… О. О.

Я зажмурилась. Вот это да, а я, оказывается, фантазерка. И эстет. Тефа, моя троюродная сестра, описывая ЕГО, утверждала, что в целом, к сожалению, ОН выглядит страшновато и смешно. А в моих мечтах получилось

все красиво, аккуратно и гладенько, только крупновато немного.

— В следующий раз надо уменьшить, — пробормотала я. И крепко уснула.

Существуют переломные моменты нашей жизни. Одни делают нас сильнее, другие — открывают новые грани окружающего мира, во время третьих — кардинально и необратимо меняемся мы сами. Иногда такие события происходят внезапно, мы оказываемся неподготовленными и растерянными перед судьбоносным торнадо, перемалывающим нашу жизнь.

Но сейчас, босиком по желтому песку, еще прохладному с утра, я шла в полном осознании, четком понимании происходящего. Сегодняшний день изменит мою жизнь. В плохую ли, в хорошую ли сторону, но изменит.

Мои однокурсники стояли молча, с интересом меня разглядывая, но без обычных ухмылок, от которых хочется помыться. Открытые лица, мускулистые плечи в вырезах белых форменных маек. Они ровным рядом окружали десятиметровый в диаметре дуэльный круг. Все, как описано в правилах — внутри песок, по периметру за ним — каменное мощение. Такой размер не даст мне особенно разгуляться и побегать, но достаточен для основных техник уклонения.

Я сжала губы, стараясь дышать незаметно, не показать, как быстро сокращаются легкие. Спокойно, Стелла, спокойно.

— Отлично выглядишь, рыжуль, — тепло выдохнул Олаф, когда я проходила мимо. Рядом стоящий Камачо только дернул уголком рта и, казалось, еще больше окаменел.

На противоположной стороне круга уже стоял расслабленный Уго, он с с пренебрежением мазнул по мне взглядом и отвернулся, продолжая о чем-то тихо беседовать с приятелем.

Обожаю, когда меня недооценивают. Это даст минимум дополнительных полминуты. Выстоять мне нужно пять. Пять очень, очень долгих, предельно страшных минут моей жизни.

— Внимание! — ритор Фуко поднял руку. Вдвоем с Сантаной они присутствовали от преподавательского состава. — ГАС дает разрешение на проведение личного дуэльного поединка между Стеллой Маккой и Уго Ласкесом. Бой завершается падением одного из противников или по прошествии пяти минут. Готовы ли стороны прийти к до-дуэльному соглашению?

— Нет, — процедил Уго.

— Нет, — выдохнула я.

Нам сообщили, что судьями будут риторы, и объявили минутную готовность.

Уго потанцевал ногами, разминаясь. Я стояла ровно, разогрелась я уже в комнате, а сейчас внимательно изучала противника. И мне не понравилось, как сквозь сжатые кулаки Ласкеса проглядывает песок. Парень, а ты не так уж и пренебрежительно ко мне относишься, если решил подстраховаться.

— Время! — крикнул Сантана. И мы с Уго сорвались навстречу друг другу.

Обманное движение корпусом у обоих. Уго кхекает пугающе близко. От резкого звука я должна инстинктивно закрыть глаза, а потом широко распахнуть через секунду в поиске противника. В эту точно выверенную секунду он бросает облаком песок мне в глаза.

Это плохой финт, но разрешенный правилами. Все, что мы получаем на арене, можно использовать. Нельзя только то, что принесено извне. То есть за гирьку в руке судьи бы оштрафовали, а вот песок, пожалуйста, хочешь, куличи лепи, хочешь, противника фаршируй.

Да вот только финт этот в ГАСе осуждаем, и те, у кого раньше здесь учились отцы или братья, презрительно засвистели. Вот что значит

только читать правила, но не знать традиций. Мои девочки, буквально выпотрошившие старшекурсников, сейчас, скорее всего, гордо переглядываются.

А я… ныряю под замахнувшуюся руку Уго и довожу ему локтем по ребрам.

С моей силой удар не велик, но за счет инерции чувствителен. Папа утверждал, что кулаком не всякий может ударить, согнул кисть неправильно — и вуаля, перелом пальцев можно получить в подарок. А вот локтем по корпусу даже дилетант может неплохо врезать.

— Разведка боем прошла успешно, — громко вещал Сантана, традиционно освещающий дуэли. В нашем случае многочисленных задних рядов не было, каменный амфитеатр с одной стороны круга пустовал, но наставник ответственно подходил к своим обязанностям. — Песок не сработал! И Стрела пометила цель. Иначе этот слабый издевательский удар не назовешь. Меньше гуманизма, больше боли! Гуманизмом подростки перед сном занимаются, а настоящие гасовцы…

Над моей головой пролетел кулак. Пока высоко бьет, не привык спарринговаться с низкорослыми. И я снова удачно подныриваю, успевая подрубить отставленную ногу.

Уго припадает на одно колено. И по кругу идут недоуменные шепотки. Сейчас нужно подходить и добивать. Каждый из них так бы и сделал.

Вот только мне нечем добивать, разве что вцепиться и покусать. В ближнем бою Ласкес разделает меня на тысячи маленьких, умоляющих о пощаде стрелочек. Поэтому я не спешу наносить удары, а отбегаю на пару метров и внимательно слежу за Уго.

— Минута прошла! — объявляет Фуко.

А мы продолжаем бой, все более осторожно действует мой противник, все так же тяну время я. Однокурсники нас азартно подбадривают, становятся на самый край круга, наклоняясь вперед и забирая у меня еще несколько жизненно важных сантиметров маневренности. Вторая минута проходит тихо, в быстрых пробежках и неожиданных финтах. В последние секунды меня прижимают к периметру, образованному из тел, я с трудом уворачиваюсь в узком пространстве, получаю вскользь по плечу и хватаюсь за него, шипя от боли.

— А нашу скользкую девочку, не желающую вступать в бой, все же задели, — отмечает Сантана. — Сейчас увидим, была ли это случайность или Ласкес, наконец, нащупал… правильную тактику, а не то, что подумали.

— Три минуты!

Спасибо, Фуко. Еще немного, большая часть уже позади. Держись…

Я порхаю как птица, уворачиваюсь как змея, но Уго уже все понял. Перед ним не гадюка, а ловкий уж, которого можно не опасаться. И он с азартом теснит меня к стене из людей. Волны свежести непрерывно бодрят меня от близкого присутствия Райдена, застывшего дорожным камнем, одинокого в своей неподвижности среди моря размахивающих рук и раскрытых в крике ртов. Но, обманкой заставляя Уго развернуться в другую сторону и уже пробегая за его спиной мимо орущего строя, я получаю удар по голени от чьей-то выпрямленной ноги и едва не падаю на песок. Боль такая, что я вою, но это еще можно пережить. А вот летящий хук в челюсть от наконец поймавшего меня и щерящегося от радости Ласкеса… мне никак нельзя получить. Это будет концом дуэли и, возможно, моих планов на учебу. Насколько помню, инвалидов в ГАСе не держат.

От Уго пахнет потом, я это чувствую, потому что он сгреб меня за майку и держит, не давая возможности упасть.

Кулак почти нежно мажет по краю щеки. Единственно, что я успеваю сделать, это повернуть голову. А мой противник явно останавливает силу удара. Он смеется, удерживая меня, готовясь поиздеваться. Птичка поймана.

Извини, Райден, кажется, я облажалась.

— Официально фиксирую нарушение правил, — сообщает Фуко ровным нейтральным тоном.

По сравнению с ним Сантана вступает резко и торопливо, громкость бьет по ушам: