Я просто отступлю…
Шрифт:
– Давайте, располагаться. Наверное, поближе к речке? – отходя от парочки, спросила Миллс. Сейчас она только посмотреть боялась на Эмму, так как отчетливо почувствовала желание и ответ на ее порыв.
– Да, неплохо было бы освежиться, – сказала Эмма и, посмотрев на Эйдена, пошла вслед за Реджиной, отстраняясь от объятий парня.
– Эйден, принеси покрывала и корзину, – скомандовала Реджина и, брат развернулся и пошел к машине, – я потом прокачу тебя на нем, и ты совсем поменяешь мнение, – брюнетка кинула быстрый взгляд на Свон.
– Нет, спасибо, – протянула, усмехаясь, Свон и, обойдя Реджину, скинула с себя
– Ну, тогда я тебя искупаю, – Реджина с разбега схватила Эмму за талию и затащила в воду, падая вместе с девушкой.
Эмма от неожиданности начала ахать и хватать ртом воздух.
– Ты что творишь? – прокричала на выдохе Эмма, откидывая прохладные капли со своих глаз и смотря на улыбающуюся брюнетку. И именно эта улыбка заставила блондинку подойти вплотную к Реджине и взявшись руками за ее плечи потянуть под воду, уходя вместе с ней.
Теперь Миллс была в шоке от этих действий. Под водой она обхватила Эмму за талию и вынырнула вместе с ней.
– А теперь, что делаешь ты? Мы чуть не захлебнулись.
Эйден смотрел на все со стороны, ему было приятно, что его сестра веселится с его невестой. Он подумал, что будет очень хорошо, если они немного пообщаются на свои темы, о своих увлечения, Нью-Йорке. Поэтому парень не стал вмешиваться и пошел к Вулкану.
Эмма тоже в ответ положила свои руки на талию Реджины и даже притянула ее к себе, сокращая расстояния между ними.
– Не захлебнулись, и вообще ты первая начала, – говорила с широкой улыбкой блондинка.
– А кто не хочет кататься на Вулкане? – Реджина немножко сжала бока Свон, – ты трусиха…
– Я не трусиха, я просто опасаюсь этих… – Эмма кинула взгляд на коня.
– Не этих, а лошадей, – рыкнула Миллс, – я же не трогаю твои мячики… – сказав, Реджина задорно засмеялась, – нет, я все же трогала твои мячики.
– И хочешь еще? – Эмма нагнулась к Реджине и прошептала это на ухо.
У Миллс мгновенно сбилось дыхание, желание зашкаливало, и рука не произвольно соскочила на ягодицу.
– Перестань или я прямо…
– Девчонки, вы там не замерзли? Вода прохладная, – крикнул Эйден и, брюнетка как от огня отскочила от Эммы, – нет, она как раз освежает, иди к нам.
– Сейчас, осталось немного разложить, – крикнул парень, занимаясь раскладыванием продуктов.
Эмма усмехнулась. Она совершенно не обращала внимания на своего жениха. Только глаза, только действия, запах, мягкие руки. Свон абсолютно не отдавала себе отчет в том, что она в наглую провоцировала брюнетку, играла с ее желанием и настолько, что ее собственное желание и эмоции совершенно застелили разум.
– Она всё равно не помогает, – намекая на прохладную воду сказала Эмма и пошла из речки. Но только выйдя, она моментально скинула с себя майку и шорты, а сама вновь вернулась в прохладную воду, мгновенно подплывая к плавающей Реджине.
Миллс не сводила взгляда с каждого движения Эммы, она так же не обращала внимания на своего брата. Остатки разума улетучились вместе с майкой и шортами блондинки.
– Поплыли, – кинула брюнетка в сторону противоположного берега, – кто быстрее…
– Посмотрим, – кинула с усмешкой Свон и, сказав, – раз, два, три, – начала интенсивно сгребать воду и быстро плыть к противоположному берегу.
Миллс также поплыла, ничуть не уступая Эмме. Но Реджину мало интересовал
выигрыш, поэтому, когда они доплыли, она схватила блондинку за руку и потащила ее из воды.Эмма даже не думала сопротивляться. Она, ведомая Реджиной, шла за ней, при этом не упускала возможности любоваться прекрасным видом сзади.
Забежав вглубь, девушки скрылись за деревьями берега.
– Что ты делаешь со мной?! – Миллс припечатала блондинку к ближайшему дереву и запечатала страстный поцелуй на ее губах.
– Могу такой же вопрос задать тебе, – зарываясь руками в темные волосы, Эмма разорвала поцелуй только, чтобы озвучить ответ, а после сама прильнула к пухлым губам, сразу углубляя поцелуй.
Реджина с остервенением отвечала на поцелуй, руками притягивая Эмму к себе и блуждая по ее телу ладонями. Свон в своих ласках ушла немного вперед и, не отрываясь от сладких губ, руками нащупала застежку купальника и тут же расстегнула его спуская с плеч. А через мгновение поменяла их положение и, уже брюнетка была припечатана к дереву. А горячие губы и юркий язычок блондинки прильнули к оголенному, возбужденному соску, лаская ее и несильно покусывая, руками при этом с жадностью сжимая ягодицы брюнетки. Миллс охнула от таких действий Эммы. Закусив губу, Реджина откинула голову, наслаждаясь этими прикосновениями, зарываясь ладонями в белые локоны.
– Эмма…
– Теперь ты знаешь мое имя, – усмехнулась Свон, так и продолжая играть с грудью брюнетки, а руки уже проникли в трусики сжимая упругую попу своими горячими ладонями.
Разум пытался вернуться, но каждое жаркое прикосновения вышибало его. Реджина подняла Эмму за подбородок и вновь начала целовать ее, уже сама пробираясь под лифчик купальника.
Свон сама руками расстегнула застежку своего лифчика и откинула его в сторону. При этом продолжала страстный поцелуй, который совсем не хотелось прекращать или прерывать.
Миллс опять поменяла их местами, и сама прикоснулась губами к торчащему соску. Об этом теле она мечтала каждый день в течение трех лет. Медленными поцелуями она начала спускаться вниз и встала на колени, целуя низ живота девушке, которую любила.
Эмма запрокинула голову назад, упираясь затылком в дерево и закусывая нижнюю губу. Горячие, страстные поцелуи по ее груди, животу, бедрам сводили с ума и не оставляли ни единого шанса на возврат, на отступление. Разум покинул обеих девушек и для них сейчас существовали только ощущение нереальности и дикого возбуждения, которое они так долго жаждали получить и сейчас получают напрочь забыв, что на другом берегу их ожидает брат и жених.
Реджина спустила плавки от купальника Эммы и прикоснулась юрким языком к набухшему бугорку. Запах, вкус этой девушки был самым приятным и желанным, но осознание происходящего вернулось неожиданно. Не отрываясь от блондинки, Миллс взвыла.
– Нет. Нет, девочка моя! Я так тебя хочу, но мы не можем… Он мой брат, и сейчас мы предаем его, – брюнетка выпустила Эмму из рук, так и продолжая сидеть перед ней на коленях.
Свон подняла голову к небу и тихо взвыла от беспомощности их положения. Она и сама понимала, что каждое их действие, каждый поцелуй, каждое жаркое прикосновение всё неправильно, всё невозможно и не нужно. Но, черт! Как же хорошо, как же хочется. Как же желанен запретный плод.