Чтение онлайн

И вот теперь, даже через столько лет, желает сотворить из моих нервов тугой клубок, а потом закинуть в какие-нибудь мрачные чащобы. Мог бы просто поддержать, порадоваться моему восстанию из могилы.

Но нет! Он просто не способен быть милахой. Это ж надо так жаждать мне навредить. Выдумать подобную чушь только для того, чтобы поиздеваться.

Гад.

– Ладно, - скрещиваю руки на груди.
– Ха-ха. С такой мрачной рожей тебе все равно не стать отвязным шутником.

– Я не шутил.

Как же бесит его взгляд исподлобья. Он специально присаживается на низкие поверхности, чтобы оказаться ниже собеседника. Словно нарочно

создает иллюзию возвышения над ним. Но на самом деле это Виви всегда возвышается. Это он смотрит сверху вниз. И будет смотреть так, даже лежа плашмя на самом дне.

Это какая-то немыслимая форма самоуверенности, о которой Сэмюэль и мечтать не мог.

Некая императорская величественность.

– Не шутил?
– хмыкаю и качаю головой.
– Подумай сто раз прежде, чем снова озвучивать бессмыслицу. Если у нас детка…

С губ срывается смешок. Нет, ну это и правда смешно. Я любовные сцены со всякого рода близостью только на картинках видела. И в фильмах. Ну, и на пижамных вечеринках мы с Тамарой пару раз порно-ролики смотрели… Одним глазком. Честно!

– У нас детка?.. Пфф… - Хихикаю.
– Виви, врубись тогда в такую проблемку. Получается, что ты фактически поимел труп. Сечешь? Я ж почти дохлой была. Тру-у-упешник. Ты что, некрофил? Пф-ф… ой, не могу, щас уже лопну от ржаки.

Конечно же, я смеюсь. Потому что уверена на сто процентов в том, что Виви меня не трогал. Даже если отбросить формальности типа фиктивных семейных уз и взаимного отвращения, то оставался один здоровенный факт в виде самого Виви - шикарного мужчины с роскошным телом и крепкой империей за плечами (про скверный характер опять же умолчу). Короче, под него с радостью легла бы любая особа, как обремененная мозгами, так и свободная от этих излишков. И любая из возможного списка еще бы и пяточки ему облизывала с причмокиванием.

При таком раскладе зачем ему я? Истыканный иглами кусок мяса?

– Вернемся на серьезную волну?
– чуть успокоившись, предлагаю я. Почти миролюбиво. Ему бы оценить должным образом мои попытки поладить. А не портить и без того натянутые отношения.

– Давай.

Ну, наконец-то! Едва не вздергиваю руки к потолку, изображая молитвенный посыл к небесам. Ведь может, когда захочет.

Однако нам все равно нужно разобраться до конца.

– Эли.
– Приподнимаюсь с кровати и тут же присаживаюсь обратно. Тело качает, как маятник.
– Эли… Чей он?

– Мой.

Ответ принимается.

– И твой, - добавляет эта сволочь.

Сползаю с кровати на пол, держусь за одеяло. Оно частично валится на меня. Виви не двигается с места.

Шутка затянулась.

Поднимаю голову и смотрю прямо в золотые глаза.

– Я - мама Эли?

Отвечает мгновенно, не раздумывая и не сомневаясь ни секунды.

– Да.

Проклятье!

Ползу на коленях к выходу. Потом с трудом приподнимаюсь и двигаюсь в полусогнутом положении. Влетаю в дверь плечом.

– Лето.

– Заткнись!

Слышу его голос совсем рядом. Идет ко мне?

Снова врезаюсь плечом в створку. Там нет никакого замка, и дверь в самом деле открывается легко. Просто это я все еще слишком слаба.

Вылетаю в ярко освещенный и стерильно белый коридор и прилипаю к противоположной стене. Щурюсь, наблюдая, как внутри помещения, которое я только что покинула, движется тень.

– Лето.

Его интонации наполнены размеренным спокойствием. Виви не преследует меня в попытке остановить. Он просто

неспешно идет за мной, словно прогуливаясь.

Ползком, а иногда, когда появляются силы, и короткими скачками передвигаюсь вдоль стены, касаясь ее ладонью. Я понятия не имею, куда идти. Мной движет чистый инстинкт, разбуженный моей неуемной жаждой. Зверем иду по следу, ведь жертва уже намечена.

На пути попадается несколько сотрудников комплекса в медицинских халатах. Они не трогают меня, не стараются остановить, а сразу же шарахаются в сторону. Чувствую себя взбесившимся львом.

И в таком настроении натыкаюсь на Майю. Она тихо пищит, когда я повисаю на ней, вцепившись в халат. Планшет и чашка с кофе, которые она держала в руках, летят вниз. На снежно-белом напольном покрытии расплываются, будто кляксы на чистой рубашке, бурые пятна.

– Кто владеет всей информацией о проекте?
– выдыхаю я ей в лицо.
– Такеши?
– Она робко кивает.
– Где он?

– В-в-в ц-центральной наблюдательной.
– Женщина мертвенно бледнеет и уже трясется в моих руках.

– Скоси глаза, - мягко и вкрадчиво прошу ее, - в ту сторону, куда мне следует ползти.

Лицо Майи приобретает почти тот же цвет, что и у пола, а затем женщина послушно косит влево.

– Благодарю.

Отталкиваюсь от нее и бреду дальше. Звериный жар внутри усиливается с каждым шагом. По-моему, по дороге кое-какие конечности у меня отказывали, а сознание покидало тело. Но очнувшись от мучительного стазиса, обнаруживаю, что добралась до места. Тело двигалось само.

Когда-то Четыреста пятая сказала мне, что мой уровень адаптации выше любого жителя Клоаки.

«Все вокруг погибнут, но ты выживешь, - говорила она.
– Ты еще не представляешь, насколько велико твое стремление к жизни».

Так что черта с два я сдохну.

Последняя дверь поддается легко. Влетаю в просторное помещение, уставленное оборудованием и экранами с какими-то показателями. У стены расставлены мягкие диваны и кресла, несколько столиков со стеклянными столешницами, на другом конце комнаты - широкий стол с мониторами и моноблоками. Такеши, удобно устроившись в огромном стуле с пушистой накидкой и заткнув уши наушниками, флегматично водит пальцем по планшету, периодически останавливаясь и всматриваясь в записи.

Бреду к нему через все помещение, словно зомби, уловивший аромат свежих мозгов. Мои пальцы почти нежно касаются его шеи сбоку. Такеши вздрагивает и оборачивается со словами:

– Майя, я же просил час меня не беспокоить…

Выразительно пялюсь на него. Его глаза расширяются, и в следующее мгновение дикий ор заполняет помещение. Вдобавок врачишка подскакивает на стуле и неуклюже заваливается на бок, утянув за собой и сам стул.

– Ой, ой… - Он приподнимается на локтях и, болезненно щурясь, трет лоб. А затем, видимо, вспоминает, каким образом оказался на полу.
– О, дьявол…

– Хорошо.
– Делаю шаг к нему.
– Можешь меня называть и так.

Рука сама собой тянется к стилусу на столе. Такеши в ужасе наблюдает за моими действиями. Мне по-прежнему любопытно, почему я вызываю у него такую реакцию. Возможно, вооружись я перышком из подушки, он испугался бы не меньше. Однако сейчас этот вопрос уходит на дальний план.

– Встань.

Такеши поспешно вскакивает на ноги, будто опасаясь не успеть исполнить команду до конца какого-то отведенного ему времени. Он жмется к столу и зажимает в кулаках ткань халата.