Я подарю тебе тьму
Шрифт:
— Жду тебя в кухне! Поспеши! — напутствует меня Льерен.
Не знаю, что он со мной делает, но я готова бежать за ним, как за Крысоловом из Гамельна, по первому звуку флейты. Даже в бездонное озеро. Вот чертов маг!
Глава 25
Я становлюсь магпредпринимателем
За завтраком я то и дело краснею, вспоминая наше объяснение. Краешки губ Льерена иногда изгибаются в лукавой усмешке, которая меня вводит в еще большее смущение, а голубые глаза мага обжигают огнем, отчего я начинаю ерзать на табуретке. Льерен ведет
— Чем собираешься заняться, Астра, пока я на службе? — интересуется маг.
Ага, так и сказала тебе!
— Да ничем особо, — пожимаю я плечами. — Книги, наверное, почитаю, порисую красками…
Берите с меня пример, как можно врать, не произнося ни слова лжи!
— Я рад, что у тебя есть занятие по душе, — тепло улыбается мне Льерен.
Еще как по душе!
— А я могу спросить? — осторожно начинаю я и после одобрительного кивка мага продолжаю: — Я так поняла, что вы раньше рисовали клиентам разные зачарованные надписи, чтобы превратить вещи в артефакты или что-то вроде этого. Так ведь?
— Это тебе Тиэрен сказал? — сразу напрягается маг.
Да тебе даже не снилось, что он мне еще сказал.
— Ага, Тиэрен.
— Этим я сейчас не могу заниматься, — неохотно объясняет Льерен. — Там в тандеме работают маг и художник. Но художник от меня сбежал. Ну, не от меня, конечно…
— Рвач он был и хапуга, — вставляет Арвета, подкладывающая магу мясного рагу в тарелку.
— Короче, сейчас я этим не могу заниматься.
— Поэтому и гол как сокол, — снова вмешивается служанка. — Вон зимние сапожки Астре уже готовы, сын господина Капрака меня тут на рынке увидел и просил передать. А заплатить-то и нечем!
Льерен, торопливо бросив в рот последний кусок, раздраженно отодвигает от себя тарелку.
— А вот скажите, — интересуюсь я, — сколько вам платили за такие чары на предмете? И какая оплата была: сдельная? За количество знаков, слов? Как вообще происходит это?
— Тебе зачем? — удивляется маг.
— Для общего развития, — независимо сообщаю я. — Мне в этом мире жить, вообще-то. И хорошо бы знать немного о макро— и микроэкономике Холлина, а также Гроста. Об общей системе налогообложения, о…
— Пощади! — морщится Льерен. — Ты где училась-то?
— На отделении стратегического менеджмента экономического факультета. Но мне больше рисовать нравится, — честно признаюсь я.
— Расскажите девочке о простых вещах и ценах, — вмешивается Арвета, убирая пустые тарелки. Она приносит чайник и разливает нам по чашкам чай из местных трав.
— Так ты ее с собой на рынок возьми. Ей в хозяйстве пригодится, — предлагает маг.
— Чего это будущая виконтесса на рынке забыла? — сразу же щетинится Арвета.
— Так сколько стоит чары на предмет наложить? — настойчиво возвращаю я Льерена к нашим баранам, точнее, к живо интересующему меня предмету.
Маг вздыхает и нехотя перечисляет.
— Если красивую вывеску-оберег на дом, то не меньше одной
златушки. Если для бедняков что-нибудь попроще, да и требований особых к красоте надписи нет, то и за полторы серебрушки можно сговориться. Но за заклинание от черного тумана я меньше беру. И полсеребрушки нормально. Это все же жизнь спасает.— Так можно было бы как раз и дороже брать! — встревает Арвета.
— Не твоего ума дело! — вспыхивает маг, и я вижу, что экономка тут же тушуется и замолкает. Уходит в угол, где в знак молчаливого протеста гремит посудой.
— Не могу я за это дорого брать, Астра, — серьезно объясняет мне маг. — А на храмы обереги и вовсе бесплатно делаю.
— Ага. Это как перечень бесплатных жизненно необходимых лекарств в моем мире, — понимающе киваю головой я. — А какой процент получал ваш художник за работу?
— Половину, — вздыхает маг.
— Потому что хапуга и прохвост! — не выдерживает Арвета. — Минуту помазюкал и половину урвал! А магию же вы творите!
— Проехали!
Льерен, обжигаясь, допивает горячий чай: я давно заметила, что все разговоры о деньгах для него как нож острый. Прощается и торопится на работу.
— А ты что задумала, детка? — тут же спрашивает меня Арвета.
— Простите! Пока сказать не могу, — развожу я руками.
— Ну-ну, — добродушно соглашается женщина. — Действуй! Я господину ничего говорить не буду. У тебя разумности на вас двоих хватит.
— Если не на троих! — смеюсь я. — Еще Тиэрена забыли.
— А вот Тиэрен вас поумней обоих будет, — вздыхает женщина. — Ох-хо-хо!
И она, качая головой, начинает протирать стол.
«Капрак. Господин Капрак!» — повторяю я себе всю дорогу, пока иду в сапожную мастерскую. Правильно произнесенное имя человека — первая ступенька на лестнице к взаимопониманию. А я не хочу споткнуться сразу на ней.
Осыпавшая улицы листва весело золотится на солнце. Небесная синь холодна, но не спешит сегодня подернуться тучами. Мы несколько раз ходили с Арветой на примерку к портнихе, поэтому дорогу на нужную мне улицу я знаю, а лавка сапожника была где-то неподалеку. Я действительно быстро нахожу ее и уверенно проникаю внутрь под звон колокольчика.
Хозяин, как и в прошлый раз, сидит за столиком у окна. Он шьет, далеко отводя от себя руку с иголкой и дратвой. Но, увидев меня, вскакивает и кланяется.
— Господин Капрак, доброе утро! — солнечно улыбаюсь я ему.
— Барышня! Такая честь!
Сапожник в явном затруднении: мое имя он припомнить не может, хотя лицо и кажется ему, возможно, смутно знакомым. Потом его взгляд падает на мои ботинки, и он обрадованно выдыхает:
— Ну как же, как же! Невеста господина темного мага!
Судя по всему, весь город уже в курсе. И это при отсутствии интернета.
— Зовите меня Астрой! — любезно предлагаю я. — Я пришла узнать, господин Капрак, готовы ли мои зимние сапожки.
— Готовы, барышня! Уже дня три, как готовы!
Сапожник лезет на полку и достает очаровательные голубые сапожки из овчины, отороченные сверху белым мехом незнакомого мне животного. Я верчу их в руках, придирчиво рассматривая работу, но изъянов не нахожу.
— Можно примерить?
— Разумеется, барышня! Как же без примерки? Только вот… — мнется господин Капрак.