Я не хочу!
Шрифт:
– Я полностью здоров, Алиса, – поднялся следом, – и с головой у меня все хорошо.
– Раз так, то объясни ради бога, какого хрена все это значит?
На что он поморщился, не любил сквернословия.
– Это значит то, что я сказал. Ни больше, ни меньше. Ты будешь моей женой. И даю слово, ты будешь счастлива. А сейчас мне пора. Вечером еще поговорим.
Я, молча, проследила за тем, как он взял пиджак, перебросил его через руку и направился к двери.
Способность ходить и думать ко мне вернулась только после хлопка входной двери. Но вместе со способностью пришла и паника, самая настоящая паника. Меня колотило, что аж зуб на зуб не попадал. Я не верила в то, что услышала. Мозг активно пытался стереть из памяти этот разговор, оградиться от него, абстрагироваться. Это что же получается? Моя жизнь
– Алис? С тобой все хорошо? – защебетала Лидия Петровна. – Какая бледная! Дрожишь вся! Ужас! Что случилось?
– Ничего, – пробормотала все еще сипло.
– Да как же ничего? Я уходила, все было в порядке.
– Поспорила с Владом. Ему не понравился мой институт.
– Эх, – покачала головой, – до чего он сложный человек. Как есть отставной солдат. Или так, или никак, – разрубила воздух рукой.
– Да, сложный, – с трудом взяла себя в руки, – до вечера, Лидия Петровна, – и поплелась на улицу. Там меня ждал водитель, он же охранник, он же нянька если надо. Влад приставил ко мне Демьяна сразу после смерти мамы, чтобы вне дома я была под постоянным надзором.
Кажется, теперь я начинаю понимать, откуда такая забота. Откуда такое раздражение на мои и без того редкие свидания с одноклассником. Мы с Димкой Вестниковым всего-то пару раз сходили в кино, можно сказать, по-дружески, и несколько раз посидели в кафе, а возмущений от отчима было столько, будто он меня с ним каждый раз в койке заставал. И как же всегда бесился, когда я оставалась с ночевкой у единственной подруги. Вроде и не запрещал, но при этом всем видом показывал, что я веду себя слишком вольно. Оказывается, он просто боялся, что я могла достаться другому. От этой мысли к горлу подступила тошнота. Нет, нет, нет… Этого не может быть…
– Доброе утро, Алиса, – кивнул мне Демьян. – Все по плану?
– Доброе, – бросила, не глядя на него. – Да.
Выходит, все они в сговоре! У Демьяна приказ следить за мной, а у Лидии Петровны какой приказ? Кормить сбалансировано, чтобы не нажрала бока? Влад же любит стройных и спортивных. Мама у меня как раз такой и была, когда они познакомились. Господи, на каком бы суку удавиться. Я не хочу в это верить! Не хочу!
Машина тем временем тронулась. И пока мы ехали, я пыталась сообразить, что делать дальше. В одночасье моя жизнь, мои мечты, моя свобода оказались под угрозой и угрозой серьезной. Влад слишком многое может себе позволить. Он вхож в дома к людям власть имущим и всесильным, среди которых немало конченых подонков. Иногда сам рассказывал, кому приходилось помогать, от чего у меня волосы на голове шевелились. Говорилось все это с неким налетом назидания, мол, видишь, какие ублюдки везде, потому будь осторожна, не проверив человека, не верь. А что в итоге? В итоге он сам недалеко ушел от этих ублюдков. Взрастил себе невесту! И как мамы не стало, дал ход своей больной фантазии. Я просто не могу позволить ему сделать то, что он задумал! Я скорее сдохну, чем лягу с мерзавцем в кровать! С этого момента надо быть максимально острожной в словах и действиях. Ни в коем случае не истерить, не угрожать, не умолять, ибо Владислав Анатольевич не терпит трех вещей – женских истерик, угроз и упрашиваний.
Глава 2
Влад
Теперь она знает. Наконец-то! Как камень с души, честное слово.
Я постарался не выдать волнения, хотя у самого все переворачивалось внутри, кипело и рвалось наружу.
И я не соврал, когда сказал о том, что не сразу осознал свои чувства. Правда, это произошло задолго до кончины Ирины. Я понял, что люблю свою падчерицу, когда ей исполнилось пятнадцать. Скромная, милая, послушная и очень любознательная, притом нереально женственная от природы, тогда как ее мать не вылезала из спортзалов, всё молодилась.
Поначалу и, правда, помогало, но потом стало смешно. И не стремление выглядеть моложе, а ненормальное стремление затмить собой всех в моих глазах. Глупая баба. Как же хорошо, что Алиса пошла в отца. У этой девушки впереди большое будущее, которое ей обеспечу я. Главное теперь убедить ее в том, что наш союз единственно верное решение. Придется очень постараться, все-таки не хочется, чтобы она меня боялась.До работы добрался быстро и первым делом набрал свою помощницу:
– Кристина, зайди.
Та появилась через минуту. Всего неделя дрессировки и сморите-ка, результат налицо – опаздывать перестала, команды воспринимает с первого раза.
– Да, Владислав Анатольевич, – вытянулась в струнку.
– Подбери хороший ресторан. У моей Алисы, – как же ласкают слух эти слова, – скоро день рождения. Восемнадцать лет. В общем, организация праздника на тебе. Справишься, получишь премию в размере трех окладов, не справишься, уволю с соответствующей характеристикой.
– А, да, – бедняжка резко побледнела, – хорошо. Только, мне ведь нужно знать ее вкусы, предпочтения.
– Завтра я тебе все вышлю. Встречи сегодня есть?
– Есть, – забегала глазами по экрану планшета, – две. Одна через час с помощником министра Короленко, им требуются дополнительные протоколы защиты данных, вторая в пять с заместителем Лидовского из «РусЭнерджи», хочет обсудить некоторые пункты договора.
– Хорошо. Тогда готовь конференц-зал. И до встречи меня не беспокоить.
– Как скажете, – поспешила удалиться.
А пока есть время, можно подумать о важном, о том, что заставляет сердце биться в самой настоящей истерике, что гоняет кровь по жилам с бешеной скоростью. Алиса! Моя Алиса! В целом я знаю ее вкусы, но лучше пусть сама напишет, чего ей хочется. Сегодня, так или иначе, нам придется еще раз все обсудить. Она сообразительная и очень проницательная, пусть сейчас немного ошарашена, но ничего, обдумает, успокоится, поймет, на худой конец смирится. Ей будет хорошо только со мной, только я смогу дать ей то, что она хочет. И только она может дать мне то, что хочу я.
Не переживай, Ира, твоя дочь в надежных руках, уж ее я не обижу, а ты… ты просто не оставила мне выбора, когда начала вести разговоры о переезде, о том, что вам с дочерью будет хорошо вдали от меня.
Глава 3
Алиса
Полдня прошли как в тумане. Я приехала в институт, отыскала кабинет приемной комиссии, подала документы, с кем-то поговорила, кого-то послушала, хотя ни слова не запомнила. А выйдя из кабинета, села на скамейку и уставилась на пальму, что росла в кадке у противоположной стены. Я не хочу возвращаться домой! Не хочу пересекаться с этим человеком! Тем более, говорить. Мне кажется, я вообще умру, если снова окажусь перед ним, если он опять дотронется до меня. Но и бежать, куда глаза глядят, тоже не вариант. Не сейчас.
Как бы страх и чувство самосохранения ни требовали немедленного бегства, я не могла им поддаться. Во-первых, куда бежать? К кому? К подруге? Но там меня не спасут. А больше-то и некуда. С моим отчимом никто, ни один здравомыслящий человек не захочет иметь дело. Тем более, чтобы бежать, нужны документы, деньги и время. Мой паспорт обычно хранится у него в сейфе, якобы для сохранности, это сегодня он со мной, а как вернусь, Влад его заберет. Естественно, кода я не знаю. Деньги! Все деньги на карте, а карта привязана к двум номерам телефона – моему и его, так что, отчим всегда в курсе, сколько списалось средств и когда. Ну и, наконец-то, время. Чтобы сбежать, я должна всё продумать, выгадать подходящее время, причем на раздумья у меня всего-то две недели.
В этот момент на телефон пришло смс от Демьяна.
«Ты закончила?»
Вот он – тотальный контроль. А если другими словами – страх Влада потерять дозревшую до постели падчерицу. От этой мысли снова передернуло, затошнило. Хотелось верить, что до моего совершеннолетия он действительно будет держать себя в руках. Но судя по тому, как у него утром горели глаза, как он был взбудоражен… не знаю, что меня ждет по возвращении. Каков подонок! Все просчитал, все продумал. Дождался, когда станет можно. Выродок чертов!