Чтение онлайн

– Какие вы? Какая, на хрен, Бельгия? При чём здесь всё это? То давно прошло, я говорю про восемьдесят вторую авиадесантную дивизию, которая высадилась в Нормандии, и вломила вашему брату по первое число!

Теперь настал черёд немцев удивляться.

– Что-то не помню я такого, - усомнился Михаэль.
– Да и не могла политическая обстановка за пару дней сложиться, чтобы янки вступили в войну!

– Пару дней?
– встретив уверенный отпор, десантник начал подозревать, что сам сошёл с ума, и несёт всякую чушь.
– А я, наивный, думал, нас об этом вся Европа пять лет умоляла...

– Так, - решительно

сказал майор.
– Наши страны не враждуют. Вы можете делать лягушатникам или британцам поставки, из вредности, но прямой войны пока что нет! Перестаньте бряцать оружием, будет дипломатический скандал!

Американец опомнился.

– Так, ребята, не спускайте с них глаз. Чуть дёрнутся, стреляйте. Не привыкать, япошек громили, и этих будем!

– Слышишь, ты!
– не выдержал Дитрих.
– Успокойся! Что мы тебе сделали? И при чём здесь Япония?

– Что Гитлер сделал всему человечеству?
– подал голос кто-то из американцев, тощий очкарик-радист.
– Вспомните Сталинград, Бабий Яр, ваше неукротимое желание захватить мир!

Михаэль схватился за голову.

– Я схожу с ума, - пожаловался он самому себе.
– До чего докатились? Ты ещё скажи, что Германия и объявила войну дяде Сэму.

– Так и произошло, - подтвердил очкарик.

– Ага, - майор рассмеялся в полный голос.
– Бредовее только объявление войны России. То есть СССР, который у них сейчас...

Несмотря на напряжённую обстановку, американцы дружно заржали.

Сержант мучительно пытался найти выход. Что, в конце концов, произошло? Ведь последние события ничем не реалистичней. Взять хотя бы нападение каких-то жертв химической атаки с неестественно длинными и острыми ушами. Полегло много ребят, лучшие из взвода, а вооружены остроухие были луками, а не "Томми-ганами"! И, пока десантники опомнились, нападавшие успели неплохо пострелять.

Что же произошло? И кто эти странные люди? Выхода два: или окончательно рехнувшиеся "джерри", или, наоборот, очень хитрые. Хотят завести в западню? А смысл - мы всё равно у них в тылу. В любую секунду из-за угла вывернет патруль, и... к тому же, эта девушка за поводьями. Явно не похожа на француженку. Пустые ножны, меча нет, может, отобрали эти же "джерри". Но что это всё?

– Ещё раз говорю: успокойтесь, - Михаэль начал волноваться всерьёз.
– Между Америкой и рейхом нет войны. Нет и, надеюсь, не будет!

– Да нет уж, будет, - саркастически, как только мог, пробурчал янки.

Что за ерунда? Сначала весь взвод с самим сержантом во главе гибнет в Ньювилле, трижды проклятой дыре. Затем все в полной целости и сохранности обнаруживают себя на травке в каком-то сраном поле. Оружие и боеприпасы на месте, причём всё, что потратили во Франции, непонятным образом восполнилось. Против последнего никто не возражал, чего не скажешь о нескольких лучниках, появившихся из леса. Эльфы шли, не боясь ни пуль, ни, видать, самой смерти. Будто о них не... знали. В глазах горела ясно пропечатанная уверенность в собственном превосходстве. Светло-зелёные плащи развивались на ветру, лёгкая, уверенная походка выдавала настоящих знатоков леса - пройдут так, что и листика не заденут - и, не успели десантники их заметить, как незваные гости начали стрелять. За три секунды, пока американцы удивлённо разглядывали эту картину, незнакомцы успели выпустить по три стрелы каждый,

никто не промахнулся.

И только тогда сержант опомнился и, с диким рёвом вскинув "Томми-ган", одной очередью на пол-обоймы отправил лучников в небытие. При осмотре трупов стало понятно, это не люди, уши убитых имели какую-то странную форму, больше похожую на равнобедренный треугольник. Проще говоря, длинные и острые.

– Давайте начнём переговоры, - проявил миротворческую инициативу майор.
– Американцы, если вы хоть чуть-чуть представляете, где вы находитесь, то понимаете, что порознь здесь не выжить. Предлагаю хотя бы не открывать огня. Обер-лейтенант, прикажите солдатам опустить оружие. Здесь явно какое-то недоразумение.

– С чего вы взяли?
– буркнул Томсон.

– Вы не французы, не будете стрелять, - и, подавая пример, Михаэль первым убрал пистолет в кобуру.

Сержант охреневал - самое мягкое определение, хотя бы частично описывающее положение вещей. Всё происходящее напоминало дурдом и, похоже, взводу десантников-разведчиков армии США отвели в нём не самые худшие места. Что же делать? Смотря на этих немцев, спокойно опускающих оружие, можно подумать, что дурдому далеко, ой как далеко до происходящего здесь, наяву.

"Нет, мы свихнулись" - обречённо подумал сержант.

С одной стороны, никакие переговоры помочь не могли. С другой же, без помощи взвод, а точнее, то, что от него осталось, не сегодня-завтра погибнет. Достаточно встретить ещё несколько остроухих лучников. А такие перспективы вовсе не казались радужными. Но, если пытаться договариваться с "джерри", появлялся риск попасть в ловушку. Какую, сержант не знал, да это и неважно. Главное, ничем хорошим не закончится.

И, устав выбирать, принял решение. Как выяснится впоследствии, правильное.

– Убрать оружие!

– Но, сержант...
– вяло возразил кто-то из солдат. Винтовка целилась точно в голову немецкому майору.

– Винтерсон, твою мать!
– рявкнул сержант так, что все вздрогнули.
– Это приказ, и не тебе, сосунку, обсуждать! Живо, выполнять!

Михаэль спрыгнул с телеги.

Американец протянул руку.

– Сержант Томсон.

Немец мягко, но уверенно пожал ладонь, шершавую от мозолей и шрамов, как и должна быть у настоящего солдата.

– Майор Зингер, - и, выдержав паузу, добавил: - Добро пожаловать в W-51.

Телега сбавила скорость - теперь на ней все попросту не умещались. Ехали офицеры, несколько американцев (Томсон ещё не полностью доверял Михаэлю) и Лика, в глубине души безгранично радующаяся, что пока осталась жива. "Святая троица" и десяток янки шли впереди или позади повозки.

Бойцы армий разных стран обменялись историями. Естественно, немцы расстроились, узнав, как обстоят дела в Европе в 1944 году.

– С нашей стороны это безумие, - сокрушался майор.
– Напасть сразу на всех - кому это нужно? Ещё Бисмарк предупреждал: Германии нельзя вести войну на два фронта. А тут Англия, СССР, Америка... даже в Африку, и туда залезли. Вместо того чтобы покончить с британцами, распылили силы и радовались... эх!
– Михаэль с видом студента, получившего незачёт за семестр, махнул рукой.

– Да, - осторожно вставил Томсон.
– Все недоумевали, Гитлер как с цепи сорвался. Ему из захваченного пользу извлекать, а не дальше лезть...