Взор Талимана
Шрифт:
Так и не сомкнув больше глаз, они оба просидели у костра, каждый думая о своем. Илая мучилась вопросом, что за кинжал такой, мог поразить магическое существо. Прежде, она никогда не слышала о подобном оружии, но спросить не решилась, ей казалось, что этот воин и сам был удивлен возможностями своего клинка. Ранним утром, не сговариваясь, так же молча, они поднялись и отправились в путь.
Чем ближе они подходили к поселениям магов, тем красивее и разнообразнее становилась природа вокруг. Илая украдкой посмотрела на своего спутника и заметила, как удивленно он всматривается во все, что видит перед собой, будто хочет навсегда запомнить. Это означало, что он никогда прежде не
Ее провожатый заворожено рассматривал летающие вокруг чудеса, непостижимых цветов и форм. На землях клана Каллима царило бесчисленное количество видов бабочек, отсюда и название клана. Каллима - это бабочка, с неповторимым контуром крыльев. Верхняя часть каждого крыла окрашена в полосы черного, оранжевого и синего, плавно перетекающими друг в друга. Эта бабочка насколько яркая и красивая вовремя полета, настолько же незаметна, когда садиться на листву, поскольку, обратная сторона крыльев окрашена в зеленый.
Оставшийся путь, Илая шла впереди, ощущая себя хозяйкой этих мест, а воин и не возражал. Девушка не торопилась, наслаждаясь покоем и тишиной, по которым ужасно скучала, находясь в заточении. А еще ей хотелось, чтобы этот человек в полной мере ощутил всю прелесть того, что его народ уничтожает ежедневно.
Они прошли еще около часа, пока не наткнулись на высокую стену, заросшую густыми ветвями. Илая почтительно остановилась и приложила руку к живой ограде, закрыла глаза, а сердце распахнула, не скрывая своих намерений. Даже без магии, она была дочерью своего клана. Ветви медленно зашевелились, расступаясь перед гостями и открывая им длинный узкий коридор из плотно растущих кустарников. Сквозь этот тоннель, они вошли на территорию поселения магов.
Увидев своих соплеменников, занимающихся своими обыденными делами, Илая внутренне сжалась и непроизвольно опустила голову, что не ускользнуло от взгляда ее спутника. Девушка вела его к дому отца. На пути они встретили Мику, который заметив ее, собрался, было подойти, но Илая жестом остановила его, словно, говоря: «Не сейчас», и парень виновато потупился. Что бы он не хотел ей сказать, это не имело значения. Его вины во всем этом не было, да и спасти ее он не смог бы, даже его магия не способна была выловить ее из потока.
Приближаясь к дому главы клана, Илая заметила своих сверстников, которые покидали занятия магией. Когда и они заметили ее, то лица их сразу оживились, предвкушая веселье.
Ваху предпочитал публичные наказания, а подобное зрелище всегда доставляло удовольствие окружающим. Их забавляло то, что наследница столь сильной магии, которая была у Диры, оказалась неумехой и неудачницей.
Отец вышел на крыльцо, и Илая остановилась, склонив голову. Послышались веселые смешки отовсюду:
– Сейчас будет зрелище!
– Наша криворукая, снова в центре внимания!
Столько яда сочилось из этих голосов, но Илая уже привыкла. Внезапно, рядом с ней возник ее провожатый и встал плечом к плечу.
– Киран! Я рад приветствовать тебя на наших землях, – произнес Ваху, и девушка, наконец, «вспомнила», как зовут ее спутника. Ее даже не удивило, что
отец первым поприветствовал человека, а не собственную дочь. – Плата за проступок моей дочери ждет тебя, ты можешь пройти в дом.Воин чуть склонился в приветствии и медленно начал подниматься по ступенькам, когда отец продолжил:
– Что касается тебя, Илая. Я еще обдумываю твое наказание, но склоняюсь все же к тому, чтобы продлить ритуал «Связания сил», еще примерно на год. – Народ, собравшийся вокруг, ахнул, а Илая сжала кулаки, впиваясь ногтями в кожу и изо всех сил стараясь не позволить предательским слезам пролиться.
– Но, отец…
– Я не давал тебе позволения говорить! Ты снова разочаровала меня, унизив в глазах клана Барсов, а так же лишив свой народ большого запаса лекарственных зелий. Ты не заслужила права владеть магией, тем более, что по сей день не научилась владеть даже собой. Окончательное решение я приму, после созыва совета четырех кланов, который состоится через месяц, тебе как раз исполниться двадцать один. А теперь найди себе занятие и не попадайся мне на глаза.
Илая не способна была пошевелиться, сраженная словами Ваху. Это просто уничтожило ее. Она продолжала стоять, глядя прямо перед собой, впиваясь взглядом в широкую спину Кирана, застывшего на пороге и ставшего свидетелем ее унижения. За это она возненавидела его еще больше. Видимо, он остановился специально, чтобы как и все насладиться зрелищем. Ваху нагнал воина и они вместе вошли в дом. Только после этого, Илая развернулась и бросилась бежать обратно, туда откуда пришла.
У них с Микой было любимо место в зарослях, недалеко от витиеватого прохода в клан. Час или чуть больше, Илая мерила шагами небольшой участок земли, скрытый густыми кустарниками, злясь и ненавидя всех и вся. Она даже не сразу заметила, как позади нее оказался воин, что привел ее сюда.
– Что тебе нужно?- резко спросила она. – Как ты вообще нашел меня?
– Если хочешь спрятаться ото всех, старайся пыхтеть недовольством, чуть тише. Я просто шел обратно, к своим, и услышал тебя, – ответил Киран.
– Получил то, зачем пришел? – Илая указала на две большие сумки в руках мужчины. – Вот и иди своей дорогой.
Девушка злилась на него бесконтрольно, ее очень задевало, что этот человек стал свидетелем ее позора.
– Я лишь хотел сказать, чтобы ты задумалась над тем, что произошло!
– Не смей и ты меня воспитывать…
– Я не о том, – теряя терпение, перебил ее мужчина. – Мне плевать на твои проступки. Твое воспитание, касается только твоего клана. Я говорил о том, что кто-то жаждет твоей смерти.
– Что? – опешила Илая.
– Дважды за наш недолгий путь, на тебя нападали птицы и не с мирными намерениями, причем те, что были ночью, созданы магически и это твои слова! А теперь задумайся, почему ни одна из них не нападала на меня?
– Да? И ты решил показать свое прекрасное воспитание и услужливо указать мне на свои умозаключения? – саркастично заметила Илая.
– Я, даже не имея родителей, хотя бы как-то воспитан! – вспылил Киран. – А твой отец – глава клана, и с тобой совершенно невозможно разговаривать! Ваху прав, ты дерзкая и сумасбродная.
– Да что ты вообще знаешь обо мне, варвар? – Слова об отце больно ранили, разжигая неприязнь к этому бессердечному человеку.
– Я знаю, что ты полна злобы и ненависти, которые застилают твои глаза. – Илая хотела возразить, но Киран не позволил ей. – Ты - наследница главы клана, считающая себя выше и благороднее меня, грязного варвара, которая, однако, не смогла ни разу выдавить из себя ни единого слова благодарности, человеку, который дважды спас твою жизнь!