Чтение онлайн

Жидкость, весело журча, полилась в цилиндр.

– Больше, больше лей!
– приговаривал Марек, контролируя процесс.
– Этим, и кошку не согреешь!

Наконец, спирт был разведён. Илья достал из тумбочки заветные сухари, налил дистиллированной воды для запивания.

– Как древние греки!
– с восторгом сообщил Марек.
– Ну, за что пьём, друг Илюха?

– Тост сейчас у нас один: чтоб чертовщина эта поскорей закончилась!

– Да! За это стоит! Ну, давай!
– Марек, первым ахнул свой стакан. Передернулся, захрустел сухарём.

Илья вертел стакан в руках - всё ни как не мог решиться:

– Тёплый...

собака!

– Ничего, ничего, - подбадривал его Марек, - зато сразу согреешься!

Наконец Илья выпил. Скривился от гадкого вкуса свежеразведенного спирта и сразу же припал к стакану с водой.

– Первый надо без воды, - поучал Марек, - чтоб до костей продрало!

Некоторое время, они молча жевали сухари.

– Я тебе вот что скажу...
– начал, наконец, Марек, но тут в дверь постучали - Кого там ещё, черти?!.. Собрались, называется, друзья в кои веки, чайку попить.

Илья, открыл дверь и обалдел. На пороге стояла Анюта, собственной персоной. В ватной фуфайке поверх белого халата. В правой руке она держала маленький, электрический фонарик. Илья с удивлением сообразил, что за всеми перипетиями последнего часа, он совсем забыл о своей несчастной любви. Анюта смерила его настороженным взглядом (Илья все еще был в застегнутом на все пуговицы пуховике, только шапку и перчатки снял), затем спросила:

– Можно войти?

– О!
– заорал за спиной Ильи, Марек.
– А вот и женщина! Я не разочарован. Какими судьбами к нам, Анна Ивановна? Садитесь к столу. Откушайте, чем бог послал, - он потряс мешком с сухарями.
– Отпейте также...

– Надо же!
– удивилась Анюта - И этот здесь. Сладкая парочка! Что бы ни случилось, они будут сидеть и пить!.. Алкаши!

– Да, действительно, что же мы сидим?
– сказал Марек - Теперь, в присутствии дамы, мы будем пить только стоя!

– Трепло!
– с выражением сказала она.

– Ой-ой! Фу ты-ну ты!
– сделал вид, что обиделся, Марек.
– А чего пришла-то к трепачам и алкашам?

– А я не к тебе пришла.

– Ну ладно всё, - вмешался, дотоле молчавший, Илья,- хватит пикироваться!

– Она первая начала обзываться!
– пожаловался Марек, делая обиженную рожу.

Анюта пожала плечами и, повернувшись к Илье, спросила

– Ты хоть, можешь объяснить, что здесь происходит?

– Не только здесь!
– сказал Илья, чрезвычайно довольный, что за объяснениями обратились именно к нему. Кратко, путано, неоднократно перебиваемый Мареком, он сообщил Анюте всё, что ему было известно. Впрочем, сведений этих только на краткий рассказ и хватало. Выслушав его, Анюта опустилась на стул и уронила лицо в ладони. Илье стало так жалко её, что захотелось обнять за плечи, погладить по голове, сказать на ушко какие-то ободряющие слова, способные хоть как-то утешить, успокоить...

– Вот беда-то, какая!
– сказала она, совершенно убитым голосом - А я на завтра, на стрижку записалась... в три часа... Что уставились? Лучший мастер в городе. К нему фиг пробьешься! А вечером в сауну собирались. Теперь, наверное, никто работать не будет...

"Тьфу ты!...
– удивленно подумал Илья, - кругом непонятно что творится, а она о причёске! И с кем это, интересно, она в сауну собралась?"

– Сочувствуем!
– влез из своего угла Марек.
– Мне вот завтра, к зубному назначено. К девяти. Между прочим, лучший стоматолог района!
– причём по его

тону невозможно было понять, серьёзно он говорит, или издевается.
– Талончик могу показать, - добавил он, увидев сомнение на лицах слушающих. И даже пошарился в карманах своего чёрного пальто.

– Как вы думаете, завтра это закончится?
– спросила Анюта, словно речь шла о внеплановом отключении горячей воды.

– А тебе во сколько к парикмахеру?
– участливо спросил Илья.

– Я же сказала, в три, - недоверчиво ответила она.

– Как думаешь, - обратился Илья к Мареку, - к трем закончится?

– Обязательно!
– без тени сомнения отозвался тот.
– Я даже думаю, к двум тридцати им надо управиться, чтоб кое-кому успеть до парикмахерской добежать.

– Дурак!
– констатировала Анюта, хотя уже с трудом скрывала улыбку.
– Оба дураки!

– Правильно, - согласился Марек, - зато веселые! Веселые юродивые, всяко лучше мрачных. Ребята!.. предлагаю выпить! Чтоб не раскисать!

– Давайте, - поддержал его Илья - Аня, ты будешь?

– Не знаю...
– Анюта с сомнением покосилась на стаканы и цилиндр с характерно пахнувшей жидкостью, - а что вы пьёте? Спирт?

– Естественно спирт!
– хихикнул Марек.
– Спиритус вини! Что тут ещё можно пить? Мы же в химическом институте работаем, как-никак.

– Фу, гадость! Ну, каплю, если только, чтоб нервы успокоить.

Достали ещё один стакан. Марек быстренько разлил. Чокнулись молча. Выпили.

– Какая гадость!
– отдышавшись, повторила Анюта.
– Ф-ф-у, как вы её пьёте?

– Так же как и ты, - пожал плечами Илья, - морщимся и пьём.

– А едите что?
– она взяла двумя пальцами со стола сухарь, оглядела его со всех сторон и брезгливо положила на место.
– Он же мышами объеден!

– Сама ты, мышами...
– возразил Илья.
– Это, наверное, Степановские дети ели.

Просто все белые сухари уже кончились, остались только чёрные.

– Ладно...
– она встала, слегка покачнувшись, - подождите, сейчас что-нибудь принесу поесть.

Когда она вышла, Марек тут же пристал к Илье:

– Давай, пока её нет, выпьем ещё по одной. Да обсудим, что делать-то будем.

Они выпили.

– Ну?
– спросил Марек.
– Пойдём ещё раз до дому?

– Ты как хочешь...
– сказал Илья, хрустя сухарём, - а я в гробу видал, ночью, по такой погоде шастать! Дождёмся утра... рассветет, тогда и пойдём.

– Ладно!
– с готовностью согласился Марек.
– С утра, так с утра. А сейчас-то, что будем делать? Кстати...
– выпучил он, вдруг глаза, - ты такой фильм помнишь... "Послезавтра", кажется, называется. Там тоже, все раз и замерзло... мож и у нас так... холодный воздух спустился со стратосферы.

– Ладно, синоптик-кинолюбитель, - усмехнулся Илья, - завтра разберемся, что там "послезавтра". А сейчас, спать, наверное, ложится, надо... что ещё делать-то. Слушай, ты рядом сидишь, посмотри там, на термометре, сколько градусов? Что-то вроде, как, теплее стало.

Марек, взяв свечу, долго вглядывался в шкалу висевшего за окном термометра:

– Ни хрена не пойму...

– Давай я посмотрю, - вызвался Илья.

– Знаешь сколько?..
– тон у Марека был обескураженным.
– Я оказывается, просто не там смотрел! Я смотрел снизу, а надо было сверху.... Пятнадцать градусов выше нуля! Прикинь!