Высокий замок
Шрифт:
– Поражение? – Он криво усмехнулся. – Поражения не будет, Бетина. Будет победа… или смерть. Ведь смерть – это не поражение, правда? Во всяком случае не всегда поражение.
– Очень плохо, когда командир видит впереди смерть.
– Это просто трезвый расчет, – пожал он плечами.
– Доброе утро.
Блайт сидел у костра, неторопливо подбрасывая в огонь сухие веточки. Он взял на себя утреннюю вахту и сейчас время от времени позевывал. Альта, разумеется, мирно проспала всю ночь и продолжала заниматься этим добрым делом, несмотря на то что над костром уже во всю булькал
Таша выбралась из спального мешка, набрала полную грудь холодного сырого воздуха, поежилась.
– А оно действительно доброе? Я бы не сказала…
Над предгорьями стелился туман. Он окутывал лес, разрывавший его серую пелену голыми древесными стволами, скользил по холодным камням, заползал даже в самые узкие щели. В такую погоду хорошо сидеть дома, у пылающего камина, имея под рукой кувшинчик подогретого вина. А вот мокрый туман в пути, среди голых камней и черных деревьев, штука в высшей степени неприятная.
– Когда начнем?
– Поедим. – Он протянул ей миску. – Не бог весть что, но при такой погоде кажется изысканным деликатесом.
– Спасибо. – Она поднесла ко рту ложку с дымящейся кашей. – Действительно, вкусно. Знаешь, Блайт, я не такая уж любительница изысканной кухни. Но кашу с вяленым мясом я, вероятно, возненавижу на всю оставшуюся жизнь.
– Даже несмотря на то что она вкусная?
– Именно поэтому.
Он пожал плечами – временами логику леди Рейвен было сложно понять.
– Разбудим девочку?
– Не стоит. – Таша облизала ложку, отставила в сторону опустевшую миску. – Когда проснется, сварим еще.
– Я имел в виду другое. Мне кажется, она заслужила право присутствовать при финале. Каким бы он ни оказался. Думаю, еще полчаса ничего не изменят.
– Ты не веришь, что у меня получится, не так ли, Блайт?
– Не так, – усмехнулся он. – Я знаю, что не получится. Но намерен всеми силами помочь. Вместе мы сильнее, чем поодиночке, тем более, уж прости, опыта в распутывании чужих заклинаний у меня несколько больше.
На то, чтобы разбудить Альту, ушло больше времени, чем предполагал Консул. Когда девочка перестала душераздирающе зевать и поминутно тереть глаза, утро уже окончательно вступило в свои права и даже туман, казалось, пятился под ударами лучей холодного осеннего солнца. Альта с видимым удовольствием выскребла остатки каши из котла и наконец решительно заявила:
– Пора начинать?
– Пора, – кивнула Таша. – Мы с господином Блайтом спустимся в котлован, а ты останешься наверху. И не спорь, пожалуйста!
– Я и не собиралась… – По тону девочки было ясно, что как раз этим она и намеревалась заняться.
Они подошли к котловану. Разумеется, со вчерашнего дня здесь ничего не изменилось – все те же камни, подернутые туманной дымкой. Таша осторожно начала спуск, Блайт почти сразу же обогнал ее и теперь двигался чуть впереди, чтобы успеть подхватить девушку, если ее нога скользнет по обледенелому граниту. Мысленно волшебница поблагодарила спутника – но только мысленно.
– Значит, так, – негромко заявил Ангер, когда они оказались на дне, – будем действовать вместе. Ты ведешь, я подхватываю.
– Не наоборот?
– Нет, не думаю, что ты сможешь, а мне уже приходилось так работать. Пару раз довелось распутывать ловушки, созданные еще до Разлома.
Помнишь, ты рассказывала про заклинание на замке в том зале на острове?– Да…
– Как ты сказала? Его линии были совершенны. Мне довелось столкнуться с чем-то подобным… Очень совершенные линии заклинания очень трудно распутывать. Они все время норовят ускользнуть, вернуться в прежнее состояние. Для этого и нужен кто-то второй, кто будет держать узор, пока ты вытягиваешь из него одну нить за другой.
– Ну что ж… пробуем.
Таша прикрыла глаза и сосредоточилась. Узор чужого заклинания ощущался явственно, но в первые моменты ей не удавалось вычленить даже одну линию. Все словно бы затягивал туман – такой же, как и наяву, только более липкий, более отталкивающий. Таша скрипнула зубами и взялась за древнее кружево всерьез. Прошло не меньше получаса, прежде чем ей удалось вырвать первую магическую нить. Ярко-алую нить огня. Ничего удивительного, что эта нить попалась ей первой – Санкрист альНоор был выдающимся магом Альянса и основой своего заклинания, что вполне предсказуемо, должен был сделать огонь. Таша знала, как нейтрализовать огненную нить. Губы девушки зашептали нужную формулу «обратного плетения», и жгуче– алая нить начала блекнуть, пока не стала серой и безжизненной. Но стоило Таше потянуться за следующим фрагментом заклинания, нить тут же стала вновь наливаться пламенем.
– Дер… жи… – прошипела она.
И в то же мгновение она ощутила, что нить перехвачена и можно продолжать. Теперь она вытянула другой элемент – тоже алый, но его цвет говорил не о родстве с огнем. Это была линия крови, очень сильная, очень сложная… Таша билась с ней минут двадцать, то восхищаясь мастерством Санкриста, то обрушивая на его голову проклятия. Наконец нить сдалась, признала свое поражение… и Блайт тут же перехватил ее.
– Только не останавливайся… – Голос доносился словно бы издалека.
Она не знала, сколько прошло времени. Вытягивала одну нить за другой, нейтрализовывала их, передавала Блайту и снова вгрызалась в чужой узор. Пламенная, каменная, кровавая, снова пламенная нить. Водяная, воздушная – и опять кровь, кровь, кровь… Безусловно, Санкрист был гением – но гением из Альянса Алого Пути, и это должно было наложить заметный отпечаток на его творчество. Огненных нитей было немало – и они несли на себе печать настоящего мастера. Вода и воздух чаще были бесхитростными и очень легко поддавались нейтрализации. Земля была тяжеловесна и упряма, но относительно проста. Но больше всего было нитей крови, изощренных и чем-то очень неприятных… не столько своей сложностью, а еще и тем, что являлись фрагментами очень жестоких плетений.
И Таша никак не могла понять, почему именно магию крови древний маг вложил в основу своего заклинания…
Блайт стоял на полшага позади волшебницы, принимая распутанные и погашенные нити, удерживая их в пассивном состоянии. Пока что ему было легче, чем Таше, – не требовалось улавливать общую структуру узора, не требовалось бороться с чужой магией. Только держать… Но он и в самом деле обладал немалым опытом по «обратному плетению», а потому точно знал, что скоро станет тяжелее. Много тяжелее. По лбу уже поползли первые капли пота – каждая принятая нить требовала дополнительных усилий, и он не был уверен, что сможет удержать их все.