Высокий Лорд
Шрифт:
— Ну надо же! — тихо сказал Аккарин, засовывая руку в тайник и доставая старую деревянную коробочку. Высверленные дырочки на ее поверхности складывались в геометрически правильный узор. Открыв крышку, Аккарин слегка наклонил коробочку, показывая Сонеа ее содержимое. Внутри лежали миниатюрные шахматные фигурки, каждая с маленьким штырьком, идеально подходящим к отверстиям в крышке. Взяв фигурку ладьи, Аккарин задумчиво повертел ее в пальцах.
— Мы с Лорленом прятались здесь, сбегая с уроков лорда Маргена.
— Лорда Маргена? — удивленно моргнула Сонеа. — Наставника Ротана?
— Да. Он
Представить Аккарина учеником был едва ли не сложнее, чем рабом. Сонеа знала, что Высокий Лорд всего на несколько лет старше Дэннила, но Дэннил казался значительно моложе черного мага. «Дело не в том, что он выглядит старше, — внезапно подумала Сонеа, — просто его манера держаться создает впечатление уверенности и большого жизненного опыта».
Закрыв коробочку, Аккарин вернул шахматы в тайник. Он присел рядом с девушкой, опершись спиной на скалу и расслабившись. Сонеа ощутила странную неловкость. Куда только подевался гордый и надменный Высокий Лорд? Сейчас рядом с ней был усталый человек, встретившийся со своими воспоминаниями. Не зная, как относиться к этой внезапной перемене, Сонеа исподтишка наблюдала за ним. Аккарин смотрел по сторонам, словно проверяя, не изменился ли источник.
— Когда я покинул Гильдию, я был ненамного старше тебя, — сказал он. — Мне было двадцать. В Университете я выбрал Боевые Искусства, стремясь к трудностям и опасностям. Я жаждал приключений, и Гильдия казалась мне тесной. Мое решение написать книгу о древней магии было только предлогом отправиться в путешествие и посмотреть на мир.
Сонеа с изумлением смотрела на своего наставника. Взгляд Аккарина был направлен вдаль, словно он всматривался в собственное далекое прошлое. Похоже, Высокий Лорд собирался рассказать ей свою историю.
— Исследуя древнюю магию, я наткнулся на некоторые загадочные детали. В поисках объяснения я отправился в Сачаку. — Аккарин покачал головой. — Если бы я придерживался главной дороги, я мог бы избежать несчастья. Киралийские торговцы иногда заходят в Сачаку в поисках экзотических товаров. Время от времени Король посылает туда дипломатов — разумеется, в сопровождении магов. Но Сачака — большая страна, ревностно хранящая свои тайны. Гильдия знает, что там есть маги, но не понимает, кто они такие.
— Но я-то пересек границу со стороны Элана и попал прямо в пустыню. После месяца путешествий я встретил одного Ичани. Я увидел палатки и решил познакомиться с богатым путешественником. Тот приветствовал меня, представившись Даковой. Я понял, что он маг, и удивился. Дакова, в свою очередь, спросил, указав на мою мантию, не из Гильдии ли я? Я кивнул.
Аккарин вздохнул:
— Я считал, что мне нечего бояться. Я ведь был одним из самых сильных магов Гильдии. До этого мне встречались в Сачаке только бедные крестьяне, до смерти боявшиеся гостей, обладающих магическими способностями. Я должен был сделать выводы…
Дакова обрушил на меня магические удары необычайной силы. Изумившись, я спросил, не обидел ли его, но он не ответил. Я и глазом не успел моргнуть, как мои силы иссякли. Я был полностью опустошен и думал, что поэтому Дакова так легко прочитал мою память.
Я мучился от сознания, что предал Гильдию из-за собственной гордыни и глупости. Лишь позже я узнал, что Ичани умеют читать мысли и против воли человека.Сонеа замерла. Неужели он расскажет ей, как был рабом? Аккарин опустил глаза в землю.
— Прочитав мои мысли, Дакова узнал, что черная магия запрещена в Гильдии и что мы гораздо слабее, чем думали сачаканцы. Он просто надрывался от хохота и решил, что об этом должны узнать и другие Ичани. У меня забрали мантию и одели в обноски. Я стал рабом Даковы.
Я не мог в это поверить, а поверив, не мог смириться. Каждый день я пытался бежать, и каждый день Дакова без труда находил меня. Ему даже нравилось устраивать охоту, а потом подвергать меня наказанию.
Прищурившись, Аккарин слегка наклонился к Сонеа. Девушка испуганно опустила голову, страшась его взгляда.
— Мое положение было невыносимым, — продолжил Высокий Лорд, совладав с собой. — Дакова называл меня «мой ручной маг из Гильдии» и выставлял на потеху гостям. Он понимал, однако, что рискует — в конце концов, я был опытным и сильным магом. Поэтому каждый вечер он читал мою память и забирал мою силу.
Аккарин засучил рукав мантии. Рука его от запястья до локтя была испещрена мелкими шрамами. По коже Сонеа пробежали мурашки — лишь тонкая ткань скрывала от посторонних глаз это свидетельство страшного прошлого Высокого Лорда.
— Половина рабов Даковы состояла из рабов побежденных им Ичани, а половина — из молодых людей со скрытыми магическими способностями, набранных им из местных крестьян и шахтеров. Каждый день он забирал у них магическую силу. Дакова был могущественным магом, но жил в какой-то странной изоляции от высшего света Сачаки, в пустыне, а не в городе. В конце концов я понял, что Дакова и другие Ичани были изгоями. По разным причинам — участие в заговорах, неуплата налогов, убийства — король Сачаки приговорил их к изгнанию, запрещая другим сачаканцам любые контакты с ними.
Казалось бы, Ичани должны были сплотиться, но они ненавидели друг друга. Они вели беспрерывную войну, пытаясь отомстить за прошлые оскорбления или пополнить запасы продовольствия. Не так-то просто прокормить рабов. Урожаи в тех краях плохие, а террор и запугивание крестьян и подавно не способствуют росту продуктивности.
Лицо Аккарина исказилось гримасой.
— Женщина, объяснившая мне все это, была потенциально очень сильным магом. Родись она киралийкой, могла бы стать выдающейся целительницей. В Сачаке она оставалась лишь «постельной рабыней» Даковы.
— Однажды Дакова напал на другого Ичани и понял, что теряет силы. В отчаянии он убил почти всех рабов, забирая их силу без остатка. Самых сильных он оставлял под конец, так что, когда Дакова все же одолел противника, в живых остались только я и Такан.
Такан? Слуга Аккарина? Сонеа моргнула в изумлении.
— Несколько недель Дакова был совсем слаб, — продолжал Аккарин, — но он не слишком беспокоился по этому поводу. Все Ичани знали, что у Даковы есть брат, Карико. Братья поклялись беспощадно мстить за смерть друг друга. Вскоре после схватки Карико пришел на помощь Дакове и дал тому новых рабов для восстановления сил.