Высокие ставки
Шрифт:
— Я рад, что ты это заметила, — говорит мой дедушка, появляясь в дверях. — Нам придётся быть очень осторожными в своих действиях. Последнее, что нам нужно — это чтобы ты стала примером для того, чтобы вампиры становились одиночками, потому что их Семьи — это зло.
— Я не хочу быть каким-то чёртовым примером, — я морщусь.
— Тебе придётся согласиться на несколько интервью, — продолжает мой дедушка, как будто не слышит меня. — Я подумываю об утренних телепередачах. Может быть, также в одной из хороших широкополосных газет.
— Я не буду этого делать! — протестую я.
— Ты
Я вытаскиваю лист смятой бумаги, который дал мне О'Ши, и размахиваю им.
— Эти деймоны всё ещё на свободе! Майкл, возможно, убил нескольких из них, но мы до сих пор не знаем, кто за этим стоит и собираются ли они напасть снова.
— Полиция убеждена, что преступники бежали из страны. Ведутся переговоры с правительством Венесуэлы, но я не питаю особых надежд.
Я качаю головой.
— В их распоряжении слишком много ресурсов. Мне трудно поверить, что главари просто исчезли.
— Они атаковали самое сердце судебной системы Агатосов. И потерпели неудачу. Они ещё очень долго не захотят находиться поблизости. К террористам относятся серьёзно.
— Но я не думаю, что они террористы. С чего бы террористам так интересоваться каким-то фальшивым ухом? И кому, чёрт возьми, принадлежит это ухо, если не Тобиасу Ренфрю?
— Не каждую тайну можно разгадать, Бо.
Я в отчаянии сжимаю кулаки.
— Я пообещала Николлс, что встречусь с ней, чтобы дать показания и ответить на её вопросы. У меня тоже есть несколько чёртовых вопросов. Возможно, она сможет на них ответить.
— Ты будешь гоняться за собственным хвостом.
Я фыркаю.
— По крайней мере, я буду гоняться хоть за чем-то.
***
Я вхожу в полицейский участок. Мне всё равно, где в мире они сейчас находятся; я не готова позволить людям, которые чуть не убили Rogu3, выйти сухими из воды. Едва я успеваю назвать своё имя дежурному сержанту, как появляется Фоксворти. Если уж на то пошло, он выглядит хуже, чем когда я видела его в последний раз. Учитывая, что его дело с Миллером должно было быть закрыто, я удивлена его бледностью.
— Привет, — говорю я. — Я здесь, чтобы увидеться с Николлс. Деймонов тоже вы ищете?
— Нет. Они уехали в Венесуэлу, мы ничего не можем сделать. С этим должно разобраться правительство.
Я пристально смотрю на него.
— После того, что они сделали? Фоксворти, мы не можем просто так позволить мошенникам сесть в самолёт! Мы должны их поймать!
— Это не мне решать. Не всё делается на нашем уровне, Блэкмен. Иногда нужно доверить дело экспертам.
— Прошло меньше суток. Я не собираюсь сидеть сложа руки. Кстати, где Николлс?
— Она сказала, что вы можете прийти в другой раз. Теперь, когда мы точно знаем,
что они скрылись, с показаниями спешить нет смысла.— Это просто абсурдно! Я проделала весь этот путь, чтобы поговорить с ней, — мои глаза прищуриваются. — Я думала, что теперь мы ладим лучше. Вместо этого вы заставляете меня бессмысленно носиться по городу.
Он смотрит на меня. Что-то тёмное в глубине его глаз заставляет меня помедлить.
— С собакой всё будет в порядке, — говорит он. — Ветеринар звонил мне недавно.
— Кимчи? — наконец-то есть хорошие новости. — Это просто фантастика!
— Как только он немного поправится, его переведут в собачий приют Баттерси.
Я хмурюсь. Возможно, мне есть что сказать по этому поводу. Я понимаю, что в глазах Фоксворти по-прежнему застыла тьма.
— Вас беспокоит не Кимчи, не так ли?
Фоксворти поднимает глаза к потолку и поджимает губы.
— Николлс согласилась допросить вас позже, потому что я подумал, что вы захотите пойти со мной.
— Я не понимаю, — у меня начинает скручивать нутро. — Куда пойти с вами? — он вздыхает. — Фоксворти, в чём дело?
— Мы нашли ещё одно тело, — говорит он.
Я вглядываюсь в его лицо.
— Что вы имеете в виду?
— Женщина в возрасте двадцати одного года. Её опознали как Фиону Лейн, студентку факультета магических искусств Святого Мартина. Она была изнасилована и убита. Её тело найдено в заброшенном карьере на окраине города.
Кровь отхлынула от моего лица.
— Нет. Этого не может быть…
В глазах Фоксворти стоит загнанное выражение.
— В её ладони были воткнуты два деревянных кола.
***
Мы стоим в паре метров от распростёртого трупа. В конце концов, я отвожу взгляд и отворачиваюсь, чтобы больше не смотреть на неё.
— Тела были в саду Миллера. К тому же Миллер подходит под описание Коринн. Это, должно быть, подражатель.
— Это имело бы смысл, — подавленным тоном соглашается Фоксворти, — вот только мы не раскрывали ту часть, где говорится о кольях.
Я отчаянно ищу ответ.
— Я уверена, что есть много людей, которые знают об этой детали. В первоначальном расследовании участвовало множество людей.
— Я надеюсь, вы не намекаете, что за это несёт ответственность сотрудник правоохранительных органов.
Мои плечи опускаются.
— Миллер был не нашим парнем? У него был друг, который одолжил его сад? В конце концов, он был невиновен? — это звучит совершенно неправдоподобно. Однако на данном этапе, столкнувшись с ужасом того, что когда-то было Фионой Лейн, я готова поверить во что угодно.
— Я не думаю, что это может быть правдой, — инспектор терпеливо смотрит на меня.
Я понимаю, что он ждёт, когда я свяжу воедино все факты. Я оглядываюсь по сторонам, пытаясь собраться с мыслями. — Коринн сказала, что, когда она впервые пришла в сознание, на нападавшем была балаклава. Позже на нём её уже не было. Возможно, это потому, что их было двое, и один из них — очевидно, не Миллер — не хотел раскрывать свою личность. К тому же, сейчас мы находимся в каменоломне посреди чёртовой пустоши. Все остальные жертвы, даже самые ранние, были похищены или подверглись нападению в людных общественных местах.