Вы призвали революцию
Шрифт:
Между нашим строем и приближающимися вивернами вспыхнуло всеми цветами радуги штормовое облако энергии, жестоко рвущей на клочки всех, кто в него угодил. На землю начали падать куски тел наездников и летающих ящеров. Некоторые, правда, то ли в силу опытности, то ли в силу наличия магических способностей, позволивших создать барьер, смогли избежать смерти.
– Отставить резонанс! – поднимаю синий флажок.
– Застрельщикам – огонь! – и опускаю его.
Увидев новый сигнал, самые лучшие стрелки, рассредоточенные по линиям строя, начали выцеливать
Отдельные всадники на вивернах, получив множественные попадания, начали снижаться, но большинство выживших всё же смогло набрать высоту и улететь прочь. Вот только на фоне того, сколько их было изначально, это крохи. Точное число ещё предстоит узнать, но навскидку можно предположить, что на нас напало порядка полутора сотен, а улетело прочь не более четверти.
Я посмотрел на снижающиеся точки получивших попадания заклинаниями виверн, к которым устремились рыцари Оплота. Пленные у нас точно будут, а потому силы противника станут известны уже до начала похода. Отлично – всё начинается просто великолепно.
***
– Ну как? Все готовы говорить?
– Те, хто живе – дыа, – палач, ответственный за допрос пленных варваров, — дебильно улыбнулся, демонстрируя лишь половину зубов.
– Тогда оставь меня и позови помощника.
– Ысть, ваша сфитлость, – он неловко поклонился и вышел из пыточной.
Я же только нахмурил брови в неудовольствии. Подобное обращение уже успело стать неприемлемым в наших рядах, вот только чего ещё ожидать от слабоумного, выполняющего дурную работу в казематах форта, расположенного на самой границе с варварами, непрестанно терзающими гарнизон? Уж точно не соблюдения новых норм общения.
– Товарищ Лееб, я готов записывать, – дверь, ведущая в тюремный коридор, приоткрылась и в проходе показался мой помощник.
– Тогда пойдём. Не думаю, что варваров хватит надолго, учитывая умственное состояние нашего… хм, специалиста.
– Бедный человек, – он покачал головой, – печально, что школа Восстановления не способна исцелять подобные случаи.
– Пока что не способна.
Помощник только пожал плечами. Не все чародеи разделяли мой энтузиазм по поводу бездны возможностей, предоставляемых магией. А на все кивки в сторону Героев лишь отвечали, что прочие-то обычные люди. Но я продолжал стоять на своём: однажды мы сможем овладеть этим искусством настолько, что все нынешние заклинания покажутся детским баловством.
Вместе проходим караульное помещение и попадаем в пыточную, где на дыбах, крестах и железных стульях были прикованы шесть варваров.
– Ну что, кто заговорит первым – больше не встретится с палачом. Иные же… – не продолжаю очевидную мысль.
Пусть горцы и имели собственный язык, но знатная верхушка, использующая виверн, почти поголовно знала наречия тех земель, которые они беспрерывно грабили. Иначе обращаться с рабами становилось уж слишком несподручно. Да и с некромантами было необходимо как-то общаться. Так что я не переживал за
языковой барьер.– Равнин… ное ничто… жество… хртьфу… – на мой сапог приземлился плевок от закреплённого на кресте варвара.
– Понятно. Этого в расход, – помощник кивнул и вышел из пыточной, после чего вернулся с палачом, и уже вместе они вывели горца прочь. Больше его никто не увидит.
– Ещё кто-то хочет поиграть в несломленных? – обвожу взглядом оставшихся.
– От… родье… без… чести… – прошептал один из них.
Я усмехнулся:
– Вести себя согласно положениям чести с вами, убогими варварами, налётчиками и работорговцами – оскорбить всякого достойного человека и нелюдя. Потому можете не бросаться пустыми словами – говорите, что мне нужно, или же умрите мучительной смертью. Итак?
Остальная пятёрка молчала.
– Ладно, кажется, вас необходимо ещё оставить здесь на парочку ночей. Как пожелаете, – уже собираюсь отвернуться, но тут заговорил один из прикованных, самый щуплый и молодой.
– Я… я скажу… толь… только… пусть… всё пре… прекратится…
Оставшаяся четвёрка немедленно начала его проклинать и трясти цепями, словно пытаясь вырваться и прикончить предателя. А я только довольно улыбнулся.
– Разумеется. Тебя раскуют, накормят и напоят. А после ты расскажешь нам всё, что потребуется. Или же вернёшься сюда вновь, понятно?
Пленник только прерывисто кивнул, не обращая внимания на проклятия прочих горцев. Всё идёт по плану. Просто отлично.
***
Пока я находился в форте, ожидая прибытия всех отрядов ополчения, налёты наездников не только на само укрепление, но и на многие земли в округе полностью прекратились. И здесь есть две возможных причины: либо мы истребили силы Кланов, за которыми была «закреплена» часть королевской границы в этом месте, либо же горцы, почуяв нешуточную угрозу, отозвали всех налётчиков и стали постепенно собирать войска, готовясь к нашему наступлению.
Пришлось вновь взяться за пленных. Тот, кто согласился сотрудничать, оказался, к сожалению, лишь родственником главы одного из небольших Кланов, а потому многих деталей не знал. Горцы кричали, плакали, вновь кричали, но терпели. И это вызывало невольное уважение. Не думаю, что смог бы столько держаться, не имея ни малейшей надежды на своё спасение. Но вода камень точит, и в итоге все сломались.
К моменту подхода последних ополченцев я имел достаточно точную карту не только тайных троп и пещер, сетью покрывающих горы хребта, но и многое знал о внутренней политике Кланов. Мы ожидали, что сообщество варваров будет немонолитным и поделённым на несколько фракций, но реальность превзошла все ожидания.
Дело было, разумеется, в деньгах. А точнее, в контроле торговли с некромантами. Получалось так, что сам Гильджаран находился в подчинении одного из Кланов – Бордовых Крыльев, который из-за этого имел исключительное право на сношения с Восходом. Все рабы и добытая манаруда, поступаемые на рынок города, облагались немалыми пошлинами, а товары, которыми расплачивались некроманты – еда, предметы роскоши и оружие, также имели наценку, уходящую в казну Клана.