Чтение онлайн

Как только официальные выступления закончились, началось веселье. Заиграл приглашенный оркестр. Дональд с женой сделали первый тур, а потом вышли из танцевального круга и пошли разговаривать с людьми. Несколько храбрецов первыми нерешительно подошли к буфету и вскоре все уже, толкаясь, столпились вокруг столов. Но никто почему-то не выходил в круг танцевать.

— Принести тебе что-нибудь, Келли? — Голос Билла раздался у нее над самым ухом. Она даже не заметила, как он оказался на месте, где только что сидел. Поль.

— Нет, пока не хочу, — ответила она, чувствуя, что он впился

взглядом в ее лицо и в ее костюм.

— В таком случае, может быть, потанцуем? — Чувствуя, что она собирается ему отказать, он тут же добавил: — Кто-то же должен начать танцевальный вечер.

Келли не хотела оказаться в его объятиях, она знала, что слишком остро реагирует на каждое его прикосновение. Но когда вопрос был поставлен таким образом — Билл просил се помочь гостям преодолеть робость и показать пример, открыв бал в честь фирмы Макгауренов, — Келли встала и пошла с ним в круг.

Это было блаженство, и она знала, что так будет. Билл хорошо танцевал, но не это было главное. Первое время оба молчали. Келли изо всех сил старалась сосредоточиться на ритме музыки, чтобы не впасть в блаженный экстаз в объятиях Билла.

В центр зала начали выходить и другие пары, и она почувствовала, как руки Билла стали держать ее чуть крепче, прижали ее ближе к нему, чтобы якобы избежать столкновений с другими танцующими. Но, оглянувшись украдкой, Келли увидела, что вокруг них никого нет, что на площадке в центре зала еще много свободного места.

Тогда она подняла на него глаза и встретила его откровенный ласковый взгляд.

— Какая ты красивая! — прошептал он.

От этих слов у нее сжалось горло. Они показались ей такими же искренними, как и его взгляд.

— Спасибо, — едва дыша, откликнулась Келли. Потом с большим трудом заставила себя вспомнить, что он вот так же говорил и смотрел на нее раньше, а она наивно считала это искренним.

— Ты можешь хотя бы на сегодняшний вечер забыть, как ты меня презираешь? — спросил Билл, стараясь увести ее в танце в тихий уголок и заглядывая ей в глаза.

Сердце ее начало часто и сильно биться. Келли подумала, что надо бы ответить: «С какой стати?», но в тот момент не могла даже вспомнить, почему она должна его презирать и презирает ли она его на самом деле.

— О, я… я ни в коем случае не хочу расстроить вашего дядю, особенно в такой день, — осторожно произнесла она, надеясь, что слова ее звучат достаточно официально.

Казалось, ее ответ вполне устроил Билла, хотя он уже не улыбался, все теснее прижимая се к себе. Келли в замешательстве подумала, что, пожалуй, не стоит танцевать с ним следующий танец, даже если он ее пригласит. Хотя она не представляла, как сможет отказать себе в таком удовольствии. Музыка кончилась, Билл быстро наклонил к ней голову, так что его челка коснулась ее волос, на мгновение крепко сжал ее руку. Потом он галантно отступил на шаг, поблагодарил за танец и проводил обратно к столу.

Потом они танцевали под Поля Джонса, и Келли невольно рассмеялась, когда Билл ловко увел ее прямо из-под носа другого кавалера, который собирался пригласить ее на танец, но не успел.

— Ну как, тебе нравится? — спросил Билл, сам очень довольный.

—

Да, здесь весело, — ответила Келли, потому что в этот момент не могла покривить душой.

Он остался доволен ее ответом, она поняла это по тому, как зажглись его глаза.

Келли продолжала веселиться. Она по очереди танцевала со всеми братьями Макгаурен, и даже старый Дональд прошелся с нею круг, когда заиграли старое томное танго, хотя ноги у него слегка заплетались.

Но когда руководитель оркестра объявил последний танец, Келли заметила, что Билл устремил на нее взор, и тут ее охватила паника. Ведь он снова будет прижимать ее к себе, свет приглушат, в зале будет полутемно и… ее сопротивление наверняка ослабеет. Келли всерьез опасалась, что снова сделает какую-нибудь глупость, не справившись со своими чувствами.

Билл встал. Она тоже вскочила.

— Сейчас все ринутся в раздевалку за пальто, — произнесла она вслух, не обращаясь ни к кому. — Пойду, пожалуй, возьму пальто пораньше, пока нет давки. — И, схватив вечернюю сумочку, торопливо пошла в сторону раздевалки.

Но там множество людей уже скопилось вокруг гардероба. Поэтому к тому времени, как она взяла пальто, перекинулась парой слов со своими коллегами и вышла в фойе, все Макгаурены уже вышли из зала и прощались с гостями.

— Мы сейчас едем все ко мне, продолжать банкет, — сообщил ей Дональд. — Поедешь с нами, Келли?

Чувствуя всем телом и каждой своей клеточкой рядом присутствие Билла, она отрицательно покачала головой, улыбнулась и поблагодарила за чудесный праздник. Затем сказала:

— Думаю, нет. Мне завтра рано вставать на работу, а мой шеф просто дьявол, когда дело касается работы!

Как глупо, думала потом Келли, что она боялась даже пожать Биллу руку, зная, что она и так уже расслабилась больше, чем нужно, от шампанского и танцев. Келли боялась, что одно только касание его руки вызовет в ней взрыв, и она не сможет сохранять свой надменный независимый вид. Поэтому распрощалась с Дональдом, как бы имея в виду и Билла, и торопливо пошла искать на стоянке свою машину.

Минут через пятнадцать, на полпути к дому, она вдруг заметила, что сзади за ней на большой скорости едет машина. Думая, что она сейчас обгонит ее и умчится вперед, Келли продолжала неторопливо ехать. Но машина не обогнала ее. Наоборот, притормозила, приноравливаясь к ее скорости, и повернула туда же, куда и ока.

К тому времени, как Келли остановила свою «мини» возле дома, она уже знала, кто преследует ее, и все ее страхи рассеялись. В душе у нее остался только один страх — что она еще не могла восстановить прежнее, холодное и враждебное, отношение к Биллу Макгаурену.

Он уже стоял на тротуаре и поджидал ее, когда она вышла из машины.

— Так и знала, что это ты, — буркнула она, не в силах на него сердиться,

— Я боялся, что ты не впустишь меня, если я сразу приеду к тебе домой, — ответил он, показывая этим, что заметил, как ока ловко избежала последнего вальса с ним и поспешно исчезла. — Но надеюсь, ты меня простишь. Я боялся, что твой мотор может забарахлить, а мне не хотелось, чтобы ты осталась на улице без машины в такое время.