Чтение онлайн

— Я думаю, что тебе стоит узнать тему того разговора, пока ты не уехала отсюда. Возможно, ты после этого передумаешь. — судя, по тону Килена он бы этого не хотел. — Он отменил свадьбу с ней и разорвал помолвку. — на выдохе бегло произносит брат. Теперь, он ждет моей реакции и ничего не говорит.

Я не знаю, что сказать на это.

— Почему он так резко это сделал? — развожу руками, глядя перед собой. Это все на что я сейчас способна.

— Ну… он… как бы это сказать…

— Он сказал причину?

— Да. Причина у него была… и он ее назвал.

— Ты мне ее скажешь?

—

Это ты. — качает головой Килен, поднимаясь с кровати и меряя шагами комнату. — Он так и сказал: «Не хочу тебе лгать и обижать тебя тем самым. Она — та, кто вновь заставил мое сердце биться. Я забыл обо всем этом, но она мне напомнила.

Сейчас, когда она едва не оказалась в холодной горной реке, я был готов на все. Прости меня, Наташа. Хотя ты, наверное, никогда не простишь. Я знаю, что чувствую: я хочу быть с Варей и буду с ней. Мне дали второй шанс свыше, когда забрали у меня Леру.». Так он и сказал, — смотрит на меня Килен.

От перенапряжения я начинаю икать и не могу остановиться. Килен вздыхает и берет со стола графин с водой и стакан, что стоит рядом с ним. Он наливает воду и протягивает ее мне. Я беру этот стакан с благодарностью в глазах и дрожащими руками, пытаюсь заставить себя влить хоть каплю жидкости в свое горло. Зубы стучат по граням стакана.

— Прошло? — приседает передо мной брат и ласково касается своей рукой моей головы. — Ты как, в порядке?

— Да. Да, все хорошо. — заверяю я его, держа все стакан, судорожно сжимая тот в своей руке.

— И что теперь будем делать?

— А что ты от меня хочешь? Что я должна делать? Он говорил не обо мне, а о той, кого не существует. Он говорил о Варваре, а я — не она! — всплескиваю руками, не зная, что теперь делать после слов брата о Роме. — Где ты, вообще, это слышал? Когда успел? — тут до меня кое-что доходит и я понимаю когда он успел. — Ты исчез вслед за Ромой! Следил за ним, да?! Вы оба пропали одновременно! Ты подслушивал!

— Ты бы видела его, когда твой плот едва не перевернулся, а ты не рухнула в воду! Да его лицо перекосилось так, что стало страшно! Он с места дернулся, что сшиб стул, что был перед ним, просто не заметив его. Он в тот момент никого и ничего не видел. Я решил, что надо узнать, почему он оставил тебя и рванул обратно. Я пошел за ним. А он сразу направился к домику его и Наташи. Я, просто, постоял под окном. — заканчивает невнятно свое оправдание Килен.

— Даже если так, я все решила. Менять что-то уже поздно. Быть под другой личиной я не хочу и не могу больше, а открыть себя — значит потерять Рому во второй раз. Такое пережить я не способна.

— Мы уезжаем? Уверена? — подходит ко мне сзади брат, приобняв за плечи. — Главное, чтобы ты не пожалела об этом после.

— Надеюсь на это, — смахиваю я со своей щеки непрошеную слезу. Килен без слов понимает меня и обнимает. Я улыбаюсь, чувствуя родное тепло и поддержку.

Сегодня вечером мы должны будем уехать. Все сумки собраны и знаем об этом только я и мой брат. Только что, я предупредила об этом Виталика, который был рад этому, сказав, что у него будет больше шансов сделать приличный клип без моего мельтешения,

хоть я и являюсь его начальницей.

— Но это так, формально… — пожимал он своими широкими плечами, глядя поверх моей головы. — А по сути, краса моя ненаглядная, тебе явно не до клипа. Ты приехала сюда за чем-то другим, вот и уезжай, если нашла, что искала.

«Найти-то, нашла, но вновь потеряла по собственной глупости.» — думаю я, кивая словам Виталика. Теперь, все улажено, можно ехать.

Рома ничего не знает и знать не должен. Килен хотел ему рассказать о том, что мы собираемся уезжать, но я смогла его остановить.

Теперь, мне надо закончить со сборами и убираться по-быстрее отсюда.

Я иду по просторному коридору главного корпуса, чтобы позвонить в город, заказав такси.

Неожиданно, я вижу Рому, который выворачивает из-за угла. Мы с несколько секунд смотрим друг на друга не шевелясь. Первой на поступок решаюсь я: резко разворачиваюсь и почти бегом спешу подальше от Ромы.

— Варя, подожди! — опомнившись, кричит мне Рома, бросаясь вдогонку. Он не должен увидеть моего заплаканного лица. — Подожди, мне надо с тобой поговорить! Остановись! Прошу! — но я не слушаю его и ускоряю темп. Он нагоняет меня.

На моем пути возникает небольшое подсобное помещение, куда я и прячусь. Рома пробегает мимо меня, не останавливаясь. Вскоре, его шаги замедляются. Их больше неслышно. Я украдкой выглядываю в коридор: там никого нет. Путь свободен.

В домике меня ждет хмурый Килен:

— Тебя искал Рома, хотел поговорить. Говорил, что видел тебя, но ты сбежала от него.

— Не смогла больше ничего придумать.

— Как это по-детски, — вздыхает Килен. — Он тоже был изрядно удивлен твоим поведением. Просил тебя о встречи. Сказал, что вам необходимо поговорить. Что будешь делать?

— Собирать вещи, — принимаюсь я за норовистую застежку чемодана, которая постоянно заедает. — Мы уезжаем как можно скорее.

— Почему-то, мне так и казалось. — со вздохом принимается мне помогать с чемоданом, садясь на него верхом и придавливая его своим весом.

Мы уже садимся в машину, когда я последний раз бросаю взгляд на курорт и прощаюсь со своим прошлым навсегда. Больше его у меня нет и я не хочу о нем думать.

— Едем, — говорю я водителю, закрывая окно со своей стороны. Рядом со мной сидит Килен и лишь молча смотрит на меня. Ему нечего говорить, а мне не хочется ничего слышать.

Сколько мы едем, я не знаю. Я открываю окно, подставив лицо прохладе ветра и закрыв глаза, думаю о том, как все будет теперь хорошо у нас с братом.

Машина несется быстро, смазывая мне всю картинку, поэтому я предпочитаю ехать с закрытыми глазами.

Резкий толчок и визг шин, смешанный с запахом жженой резины, заставляет меня открыть глаза и потереть ушибленные нос и лоб. Кажется, у меня теперь не две ссадины больше, чем было до этого. Мой багаж ушибов пополнился из-за резкого торможения. Что там произошло?

— Как ты, Лера? — кидается ко мне Килен, прежде, чем выйти из машины.

— Со мной все нормально, а ты как? — осматриваю я его. Видимых ран у него нет, что радует.