Второй шанс для двоих
Шрифт:
– И вот что здесь интересного? – все негодовала Славя. – Никакого даже взаимодействия. Все пинают мяч, как хотят, и все.
– А ты ожидала тут уровня РПЛ? – поинтересовался я.
– Чего? – не поняла та.
Блин, какой РПЛ? Макс, ну не тупи. Мало того, что сенсорным телефоном машешь направо и налево, так еще и ляпнул аббревиатуру, которая появится только лет через тридцать. Бессмертный что ли?
– Неважно, – отбрехался я. – Смотри и получай удовольствие.
Игра возобновилась. Пока непонятно, какая из команд играла первым номером. Каждый атаковал со своих владений поочередно. Вот «белые» прибрали себе мяч, провели атаку, но Дэнчик
– Урааа! – вскинула руки Ульянка. – Понял, Егорыч? С нами шутки плохи!
Пацан явно был не в восторге от внезапно переменившегося не в его пользу ветра. Чертыхнувшись, он, приняв от вратаря на руки мяч, крикнул ему что-то невразумительное, надавал по ушам остальной части их команды и агрессивно поставил мяч в центре поля.
– Все еще не впечатляет? – хитро осведомился я у Слави.
– Ни капли, – хмуро ответила активистка, намеренно уставив свой взор в сторону клумбы с ромашками около входа в спортзал.
Тем временем Егор завозился с мячом недалеко от штрафной «красных», в результате чего благополучно его и потерял. Впрочем, не растерялся, сам догнал соперника и обезмячил. Но против него выступил Дэнчик. Егор попытался обвести, но реакция моего друга не подвела – он подставил ногу под мяч, в результате чего случился угловой.
– Команда, рассосредоточились! – оживился он. – Все к воротам, бегом!
Я заметил, что Славя-таки отвлеклась от клумбы и, пусть и краем глаза, начала поглядывать за происходящим. Ох уж этот азарт. И активистке он не чужд.
Пионер из «белых» исполняет угловой, мяч рикошетом от спины Ульянки отлетает к Егору и тот метров с пяти бьет прямо в угол. Вратарь «красных» задел мяч, но не потащил. Счет сравнялся.
– Блин! – ругнулась Славя. Заметив мой ехидный взгляд, она тут же взяла себя в руки и вернулась к рассмотрению клумбы, расправив на себе белую рубашку. Ладно, так уж и быть, прикинусь глухим. Это мне не в новинку.
Глянул на Дэнчика – тот снисходительно улыбался, наблюдая за прыгающим от радости Егором. Я понял, что он спокойно мог спасти ситуацию, но решил не вмешиваться. Правильное решение. Пионеры не понимали, но мой друг очевидно играл далеко не в полную силу. Было бы желание – в одиночку бы всех бегать заставил. А сам бы даже не вспотел.
Распасовка из центра, пионер из «красных» устроил проход, обыграл Егора и тут же получил по ногам от второго соперника.
– Фол! – тут же закричала Ульянка. – Фол! Где свисток? Судью на мыло!
– Да хорошо, хорошо, фол, так фол, – вздохнул Егор, жестом говоря своим остановить игру.
Дэнчик исполнил стандарт, спасовав Ульянке. Та полетела в атаку на правый фланг, навесила перед носом у выскочившего вратаря «белых, рассчитывая его перекинуть, но тот смог отбить его перед собой, пусть и не совсем удачно. Дэнчик чуть-чуть не успел, чтобы замкнуть, ибо в подкате тоже до мяча не дотянулся. Резко вскочил, поскольку атака еще не завершилась. «Красный» пионер подхватывает мяч с другого фланга, пасует Дэнчику и тот почти уложил мяч в девятку, но вратарь «белых» чудом сумел вытащить.
– Воу! – восхищенно
крикнул Егор. – Витек, красава!И переводит свои зеленоватые глаза на Дэнчика. Тот, приметив это, ему хитро подмигнул. В ответ Егор улыбнулся улыбкой, в которой начало проскальзывать невольно возникшее уважение к оппоненту. Все правильно. В спорте только так и должно быть. Ты всегда должен на первых парах что-то доказывать, чтобы чего-то добиться, пока твое имя не начнет работать уже на тебя. Прямо, как в жизни.
Спорт это жизнь? Хех, ну да, ну да.
Телефон в кармане загудел, оповещая меня о том, что пора бы уже нашим развеселым спортсменам уйти на законный для них перерыв.
– Тайм-аут! – крикнул я, скрестив руки в воздухе. – Перерыв, эммм, пять минут!
Дэнчик с Егором кивнули друг другу, а затем он вкупе с Ульянкой направились к нам со Славей, оживленно переговариваясь.
– Хорошо прессингуем, но нужно больше напористости в районе их штрафной…
– Блин, Дэн, у меня слов нет! Ты так шикарно с мячом, и так, и сяк…
– Да, ты тоже ничего так… Для начинающего…
– Эй! Я вот, вообще-то, тебя хвалила!
– Ну, это же я, в конце-то концов…
Если Ульянка была немного запыхавшейся, то по Дэнчику было видно, что дай ему волю, он бы и все сорок пять минут отбегал. Он, поди, и сам не замечал, как сейчас улыбается. Я даже вздрогнул. Ведь это не было какой-то вспышкой памяти давно ушедшей так-то от нас беззаботной юности, а чем-то вполне материальным. И еще материальным был тот факт, что мой лучший друг окончательно вернулся в строй. А разговоров-то было – не могу, не хочу, не буду… Все ты можешь, брат. Стоит только захотеть.
– Славь, ну как тебе? – тут же поинтересовался он, весьма гордый собой.
– Ты молодец, – ответила та, скромно улыбнувшись. Глядя на ее возникший на щеках румянец, я еще раз для себя понял, почему мой друг на нее запал. Очень трудно было ожидать обратного в случае с такой красавицей.
– А ты что скажешь, Макс? – и можно было действительно подумать, что он интересуется моим мнением о качестве его игры. Но мы оба знали, какую смысловую нагрузку несет этот вопрос. Нечто совершенно другое. Что могли понять только мы.
– А я чего? – озорно переспросил я. – Я тебе уже все, что мог – сказал. Моя позиция нисколечко не поменялась.
– Ну, глянем тогда, чего уж там будет дальше, – вздохнул Дэнчик и на какое-то мгновение ушел в себя. Я наблюдал за ним такое. Бывало так, что он будто отключался, а потом кто-то невидимый снова поджигал фитиль и вот мой друг снова загорается.
– Да чего будет, чего будет, сделаем их, как наши презренное Динамо в апреле! – Ульянка аж надулась от важности сказанного, как индюк.
– Именно, – живо кивнул Дэнчик.
Честно говоря, я вообще не понимал, о чем речь. Но это было и не столь важно. Что от меня, по сути, сейчас требовалось? Стоять, да улыбаться. Без лишних слов, это лучшая поддержка, которую я мог сейчас оказать.
– Ух, наконец-то я сотру эту ухмылку с лица Егорыча, – все ликовала Ульянка. – А то каждый раз, как играем в разных командах – моя проигрывает! Ну, ничего, пора уже и честь ему знать.
– Рано еще злорадствовать, мелкая, – хмыкнул я. – Только один тайм отыгран.
– Кто мелкая? Я мелкая? – завелась рыжая-младшая. – Сам ты мелкий, понял? Тоже мне, нашелся, профессор кислых щей. Задать бы тебе взбучку, да…
– Ростом не вышла? – подсказал я Ульянке, специально согнувшись, дабы наши глаза оказались на одном уровне.