Второе пришествие
Шрифт:
– Не знаю, уж, что ты там видел – сказал я, вытаскивая из кармана бумажник, – но ты мне дай данные на этих артистов из реаниматорской машины, что привезли меня сюда. Я протянул ему несколько стодолларовых банкнот. – На, вот, напарника своего подлечишь – нечего было на меня со скальпелем кидаться.
Выпив ещё по одной и простившись с Михалычем, который аж прослезился и назвал меня своим братом – после бутылки медицинского спирта, особенно на двоих, все люди становятся братьями и сёстрами, а иногда даже мужьями и жёнами – я снова двинулся в путь.
Ровное урчание мотора настраивало
Нужно будет найти какой-нибудь мотель и вздремнуть там часок-другой, подумал я, с трудом разлепляя веки.
Глава II.
Тихий, ненавязчивый стук в дверь вырвал меня из сладких объятий Морфея или Морфиуса (не путать с морфием – он с маленькой буквы пишется).
Поискав глазами запропастившееся куда-то одеяло и поняв, что почему-то спал голым, я наконец-то нашёл его и, накрыв им то, что другим видеть не полагалось, я произнёс банальное «да», которое в разных случаях могло означать совершенно разные вещи. В данном случае мое «да» означало, что тому, кто посмел разбудить меня, разрешалось войти.
– Извините, Вам еду в номер подавать или как? – мальчик лет шестнадцати с невозмутимой улыбочкой на устах переминался с ноги на ногу на пороге, вперив свой взгляд куда-то в мою сторону, но мимо меня.
– Тащи всё сюда – я проследил за его взглядом. В центре комнаты стоял стол, заваленный остатками еды и таким количеством пустых бутылок, что я невольно остановил движение своей головы и мои брови, в недоумении, поползли вверх, но всё-таки любопытство взяло вверх, и мой взгляд направился дальше.
Заметив объект пристального внимания официанта, я невольно присвистнул и в это время услышал звук закрываемой двери. То, что так заинтересовало официанта, лежало рядом со мной.
Симпатичная блондинка, лет двадцати шести, абсолютно голая, широко раскинув ноги и выставив на обзор всё, что имелось между ними, посапывая и причмокивая, мирно спала на второй половине двуспальной кровати. Не в силах устоять от охватившего меня желания, я залез на неё, конечно, разбудив при этом, но это было и к лучшему, потому что она, наверное, только об этом и мечтала – когда же её разбудят подобным образом.
Получив взаимное удовольствие и распластавшись на кровати, я с ужасом подумал, чем же мы здесь вчера занимались и как она вообще сюда попала.
Зайдя в ванную и приводя себя в порядок, я понемногу восстановил в памяти отрывки вчерашнего вечера. Вспомнил Михалыча, его напарника, двух бугаев с автоматами, какой-то мотель со странным названием «Любовь у дороги», затем вспомнил, как мне стало жалко одинокую симпатичную девушку, притулившуюся в углу бара и старавшуюся остаться незамеченной.
Казалось, она назначила кому-то тайное свидание, а он так и не пришёл. Я решил скрасить её одиночество и утешить, и как бы невзначай подсел к ней. Она была не против. Мы с ней немного выпили, поболтали чуть-чуть и я решил проводить её до номера. А так как у неё не было в гостинице своего номера, я, как истинный джентльмен, предложил ей свой, на что она ответила вежливым отказом. Они всегда
вначале отвечают вежливым отказом.А вот дальше уже я, хоть убейте, не помню. Слава богу, что вся мебель оказалась на месте, в целости и сохранности, а также в моей постели оказалась всего лишь одна дама, а не целых три или четыре.
Закончив утренний туалет и насухо вытершись полотенцем, я решил проветрить ванную и открыл окно. Интересно ещё было узнать, какая на улице стояла погода.
Погода, кстати сказать, хорошая и ясная, стояла на улице не одна. Там, кроме неё, стояло ещё три «джипа», один «мерс» и один «хаммер», из которых быстро и бесшумно выходили люди в масках и с автоматами в руках.
Дебилы, – подумал я. – Разве спецназ так действует? Да я бы сразу такого командира к стенке поставил. Он же всех своих людей засветил. Стоп, – что-то сверкнуло у меня в голове и тотчас же погасло. Лишь камень на перстне начал бешено менять цвета – от голубого до ядовито синего.
Идиот, – стукнул я себя по лбу, – спецназ на таких машинах не разъезжает.
Выбежав в комнату и на ходу натягивая штаны, носки и ботинки, я ринулся к выходу, но было уже поздно. Я только успел отскочить в сторону, чтобы не мешать открывающейся двери моего номера.
К тому времени, когда пятеро или шестеро боевиков, посмевших без приглашения вломиться ко мне в номер, уже лежали без сознания возле дверей, на лестнице, ведшей на второй этаж мотеля, послышались отборная ругань и мат.
– О боже, смилостивься надо мной. Пусть её здесь не будет, – орал низким басом какой-то верующий армянин, – не то я ей глаза выжгу, распну или зекам подарю на зоне.
Услышав этот голос, моя белокурая незнакомка перекосилась в лице и начала метаться по комнате, рукой зажав рот и сдерживая готовый вот-вот родиться вопль ужаса.
Я молча показал ей рукой на ванную комнату, куда она тотчас же и скрылась, взял два «Узи» и уселся на диване.
В тот момент, когда новоявленный Отелло задыхаясь, переступил порог моего «люкса», я четырьмя одиночными выстрелами нарисовал аккуратные красные точечки на лбах сопровождавших его охранников.
Ещё недавно он был под защитой, казалось бы, неприступной армии своих охранников, но прошла минута и вот он стоит передо мной один-одинёшенек, не в силах понять, куда же подевались все его люди.
– Быстро закрой за собой дверь и свою пасть, и не смей её раскрывать, пока я тебе не разрешу. Ты понял? – я навёл на него ствол.
Мафиози повернул голову вправо, влево, посмотрел назад, затем вниз, увидел, что случилось с его людьми, затем опять зачем-то посмотрел назад, шагнул вперёд и молча закрыл за собой дверь.
– Всё как ты скажешь, милый человек, всё как ты скажешь – его шок невозможно было описать. Он вот-вот готов был рухнуть на колени, лишь бы его не трогали.
– Ты чего здесь разорался, – закурив сигарету и смачно затянувшись, спокойно поинтересовался я.
– Я… это… как его… ну… жену… искал – заикаясь промямлил он.
– И что, нашёл? – усмехнулся я, увидев, что моя ночная гостья, завернувшись в покрывало, выглянула из ванной комнаты. Я поманил её пальцем и усадил возле себя.
– Д-да, нашёл, милый человек.