Чтение онлайн

— Шить я ничего не собираюсь, — ответила странная посетительница. — Я мама Андрея. — И опять внимательно посмотрела на Алену.

Та застыла, ни жива ни мертва, крепко прижимая к себе Сашеньку, и мучительно покраснела.

— Какого Андрея? — спросила Валя, уже понимая, о ком идет речь.

— Андрея Шестакова, — охотно пояснила Надежда Никитична, ловко расправляясь с содержимым тарелки. — Отца нашего с вами будущего внука.

В воздухе повисла тишина. Кошка Фиса, вернувшись на кухню, села рядом с нежданной гостьей и уставилась на нее немигающим взглядом. А поскольку та не реагировала на немой призыв, деликатно тронула ее лапой, мол, имей совесть,

поделись сосиской, здесь, кроме тебя, есть еще по меньшей мере два желающих.

Гостья оказалась человеком нежадным, поделилась сосиской и с Фисой, и с Фунтиком, скромно ожидающим своей доли, по-братски разломив ее пополам.

— Мой сын узнал про ваше несчастье, — сказала Надежда Никитична. — И хочет вам помочь.

— А как он узнал? — еще пуще зарделась Алена.

— Ему Кеша сказал, ваш заведующий. Викентий Палыч, — на всякий случай уточнила она, чтобы не оставалось никаких сомнений в источнике полученной информации, поскольку Алена так и сидела, широко распахнув глаза, и даже рот чуть-чуть приоткрыла от изумления. Ну кукла куклой!

— Давайте в комнату пройдем и там поговорим, — вмешалась Валя. — А Мими пока помоет посуду и накроет стол к чаю. А Сашенька ей поможет, правда, милый?

— Правда, — подтвердил Сашенька, сползая с Алениных коленей.

— Вот и отлично! — одобрила Надежда Никитична. — А я вам как раз торт большой принесла. Он в прихожей остался.

— Боюсь, что там остались одни только воспоминания, — кивнула Алена на сладкую парочку — Фису с Фунтиком — и поспешила в прихожую.

Мими с Сашенькой ринулись следом. Но опасения оказались напрасными — торт, большой, снежно-белый, украшенный поверху блестящими сочными вишнями, остался в неприкосновенности и был торжественно воздвигнут на середину стола.

— Ведь это такая компания — ничего без присмотра оставить нельзя, — посетовала Валя. — На Новый год целый противень бедрышек куриных запекла и сверху на плите оставила. Так Фиса все их на пол перекидала, а напоследок еще и противень с жиром опрокинула. Мы на этот грохот и прибежали.

— А зато они потом их долго ели, — заступился Сашенька, обнимая Фунтика за лобастую голову.

— Не даешь своих друзей в обиду? — улыбнулась Надежда Никитична.

— Не-а, — подтвердил Сашенька. — Мы дружная семейка!

— Вообще держать животных в доме не очень гигиенично, — заметила гостья, усаживаясь в кресло, которое Валя торопливо очистила для нее от игрушек и одежды. — Кошки везде лазят, по столу ходят. Собака с улицы грязь на лапах приносит…

— Наша Фиса никогда по столу не лазит, — с чувством возразила Мими. — А Фунтику мы после улицы лапы в тазике моем.

— А вы знаете, — вступила Алена, — я недавно прочитала удивительную вещь… — Она заметно волновалась, пальцы дрожали, и можно было только догадываться, какие невообразимые надежды множились сейчас в ее душе. — Оказывается, вероятность возникновения аллергии у детей, которые в первый год жизни тесно общаются как минимум с двумя животными, на семьдесят пять процентов меньше, чему тех, кто был лишен такой возможности. Причем, когда в доме одно животное, ничего не происходит. Странно, правда? Ведь всегда считалось, что ребенка, предрасположенного к аллергии, надо в первую очередь изолировать от животных. А теперь вот пишут, что дети, выросшие рядом с ними, значительно реже страдают от аллергических заболеваний. Появилось даже новое направление в медицине, приверженцы которого утверждают, что окружающая среда стала слишком чистой, а разные вакцинации и антибиотики так ослабили иммунитет,

что расчистили дорогу аллергии и астме.

— Я надеюсь, ты не собираешься экспериментировать на собственном ребенке в смысле дестерилизации окружающей его среды? — поинтересовалась Надежда Никитична.

— Нет, ну что вы, — смутилась Алена. — Просто эта информация показалась мне любопытной. И думаю, в этом есть некоторый элемент истины. Ведь пишут же, что сельские дети гораздо здоровее городских еще и потому, что дышат деревенской пылью.

— Правда? — удивилась Надежда Никитична. — Впервые слышу. Ты, я вижу, много читаешь?

— Каждую свободную минуту, — подтвердила Валя. — Только вот минут-то этих у нее не больно много. От сна отрывает. А что касается стерильности… Мой дед был страшный чистюля. Овощи, фрукты тер щеткой, ошпаривал кипятком. Руки мыл сто раз на дню. И все время маялся животом. Раза три, наверное, лежал в инфекционном отделении…

— А что ты сейчас читаешь? — вернулась Надежда Никитична к интересующей ее теме.

— Сейчас? Да вот… — Алена обернулась, взяла с журнального столика книгу и протянула ее Надежде Никитичне.

«“Медицинские тесты”, издательство Джона Хопкинса, США», — прочитала та и удивленно подняла на нее глаза:

— Зачем тебе это?

— Здесь самые последние достижения, новейшие методы диагностики — очень интересно. Хотя вообще-то я хочу стать хирургом, — пояснила Алена. — Просто пока нет возможности заняться этим серьезно. Но я своего добьюсь…

Надежда Никитична увидела, как омрачилось Валино лицо, и сочла, что пора переходить к делу, ради которого она и появилась в этом доме.

— Ну что же, — вздохнула она, — как я уже сказала, мой сын узнал про ваше несчастье…

— А про какое именно несчастье узнал ваш сын? — изменившимся голосом спросила Алена, которой вдруг представилось, что Шестаков, услышав о ее беременности, прислал мать с требованием избавиться от ребенка.

— Про аферу с деньгами, устроенную твоей сестрой, — пояснила Надежда Никитична, сразу поняв, чего она так испугалась. — Он уполномочил меня передать вам деньги, чтобы вы смогли немедленно погасить кредит и забыть об этой неприятности как о кошмарном сне. — Она потянулась к сумочке. — Вот здесь семьдесят пять тысяч рублей.

Валя и Алена смотрели на нее как завороженные.

— Но нам нужно только пятьдесят тысяч, — первой очнулась Валя.

— Неизвестно, как там дело повернется, а вам предстоят и другие большие расходы.

— Мы не возьмем эти деньги, — сказала Алена. Она побелела как мел, будто ускользающие надежды увлекли за собой все краски жизни. — Я понимаю, он откупается этими деньгами от ребенка. Но пусть не волнуется! Я никогда, ни при каких обстоятельствах…

Голос ее предательски зазвенел и сорвался. В дверях показались перепуганные дети, и Валя, рукой подозвав их к себе, усадила рядом на диване.

— Он откупается, — лишила ее последних иллюзий Надежда Никитична, — зато мы с Николаем Ивановичем не собираемся отказываться от своего счастья. У меня два великовозрастных сына-шалопая, — повернулась она к Вале, — и ни одного внука. Я такая же бабушка, как и вы, и от своей кровиночки ни за что не откажусь. Так что вы, девочки, не пугайтесь. Вместе мы с любой бедой совладаем. А сейчас пойдемте пить чай.

Надежда Никитична решительно поднялась и направилась на кухню. «Дружная семейка» потянулась следом. На кухонном столе, сервированном к чаю, в плетеной хлебной корзинке, свернувшись на белой салфеточке тугим клубком, сладко спала кошка Фиса.